понедельник, 15 марта 2021 г.

Между прошлым и будущим: графический мир Фаворского



Когда я слышу имя Владимира Фаворского, вспоминаются еще в детстве и юности прочитанные книги «Слово о полку Игореве», сонеты Шекспира, «Домик в Коломне», «Маленькие трагедии» Пушкина, и перед глазами сразу же возникают удивительные образы, воплощенные в черно-белом цвете, но несущие в себе весь цветовой спектр ощущений и эмоций от дивных, неповторимых иллюстраций замечательного художника.

Нашему поколению вообще несказанно повезло, что мы учились читать и понимать литературу из единственного в то время печатного источника – Книги. Ведь благодаря синтезу «писатель – художник», возникали подлинные шедевры книжного искусства, в которых органично сочетались все элементы художественного оформления и мысль писателя, сюжет его произведения выступали особенно выпукло и ярко. В блистательной когорте художников-иллюстраторов можно выделить особенную «касту» ксилографов, как одно из крупнейших явлений в современном искусстве, а среди них ведущего мастера книжной гравюры – Владимира Андреевича Фаворского. Десятки книг украшены его великолепными гравюрами. И каждое произведение он иллюстрировал по-разному, следуя не только тексту, но и стилю автора.

Творческая жизнь Фаворского очень насыщенна и многогранна. Начинал он как живописец (правда, эти работы мало известны), в течение жизни работал как монументалист (к сожалению, эти работы большей частью уже уничтожены; последние из них – это фреска в Историческом московском музее в Петровском зале и мозаики в Варшаве в Советском посольстве). Кроме того, Владимир Андреевич работал в театре. Из воспоминаний мастера: «Делал Шекспира «Двенадцатую ночь», «Собаку на сене» Лопе де Вега, Пушкина «Маленькие трагедии», «Великий государь» Соловьева и др. (Между прочим, эскизы к пушкинским трагедиям находятся в Музее Пушкина в Ленинграде.) Немного занимался скульптурой из слоновой кости и дерева. Много рисовал карандашом и так, и в поездках…».


Фаворский так говорил про себя: «…я никогда не был в узком смысле изобразителем, в книге делал всю книгу и одинаково занимался и иллюстрацией, и шрифтом, в театре конструировал сцену, в монументальном – вмешивался в архитектуру, словом, старался в каждом произведении делать и вещь, и образ».

Но в истории, в первую очередь, остался Фаворский-гравер. Даже книги, созданные им, по прошествии времени и изменении взгляда на книжную иллюстрацию, на ее взаимоотношение с литературным текстом, могут оказаться впоследствии лишь замечательным памятником своей эпохи. Но гравюры Фаворского вызывают и, я уверенна, будут вызывать неизменное восхищение и глубокий, живой интерес всегда – пока будет существовать искусство ксилографии.

Чем бы ни занимался художник: гравюра на дереве, рисунки, эскизы к прикладным вещам, живопись, трактаты об искусстве, работа над книгой и шрифтом, – во всем присутствует характер глубинной гуманистической философии мастера, и в первую очередь, в отношении к природе.

Люди такого характера, как Фаворский, редко встречаются, они как бы осуществляют связь прошлого с будущим, они не попадают в колеблющийся ряд представителей разных школ, а как бы соединяют их. Творчество их развивается на границе с наукой, с заходом в её сферы.

Жизнь и творчество этого удивительного художника – это непрерывный поиск, ежечасный рост и становление. Искусство Фаворского с годами приобретало все новые и новые качества, оставаясь всегда новаторским и современным. Неизменно сохраняя верность своим творческим принципам, непрерывно обогащая и совершенствуя свое мастерство, Фаворский от работы к работе обретал новое, добиваясь правды и совершенства.

 

Владимир Андреевич Фаворский родился в Москве 15 марта 1886 года. Отец его был присяжным поверенным и личным дворянином, а дед – сельским священником в Нижегородской губернии. Андрей Евграфович был весьма предприимчивым человеком, живо интересующимся хозяйственными вопросами, к чему он хотел привлечь и своих сыновей. К искусству он относился скептически, считая, что «художничество» может обречь только на нужду. Зато мать будущего гравера, Ольга Владимировна (урожденная Шервуд), сама, будучи художницей, поощряла художественные наклонности старшего сына Владимира. Благодаря ей гимназист Володя Фаворский знакомился с выставками и бывал в музеях. А потом стал посещать студию Юона и Строгановское училище, где учился скульптуре.


После окончания гимназии в 1905 году отец отправил молодого человека продолжить образование за границу, в Мюнхен, опасаясь вовлечения его в революционное движение. Там юноша поступил в частную художественную студию профессора Холлоши, в которой он проучился три года. Владимир Андреевич с глубочайшей благодарностью вспоминал впоследствии свою встречу с Холлоши и дни, проведенные в его студии: «Конечно, не он один меня учил и воспитывал, но он первый открыл мне дверь в искусство и научил искать в натуре художественную правду, за что я всегда буду ему благодарен».

После возвращения в 1908 году в Россию, Фаворский поступил на филологический факультет Московского университета, во вновь открывшееся специальное отделение с особым искусствоведческим уклоном, которое он окончил в 1913 году. Именно к этому периоду относятся и первые опыты Владимира Андреевича в гравюре. Художник был буквально заражен идеей целостности пространства и выразительностью композиции.

Свадьба Фаворских, 1912

Фаворские, 1913


В 1912 году в его личной жизни произошли большие перемены – он женился на художнице Марии Владимировне Дервиз, с которой познакомился годом раньше, когда они оба учились в Московском университете и обучались художественному ремеслу. Оба талантливы и перспективны, они быстро нашли общий язык, а затем и полюбили друг друга.

В 1915 году в семье родился долгожданный первенец Никита. Но уже через пару месяцев Владимира мобилизовали и отправили на фронт, шла Первая мировая война.

Молодая женщина тяжело переживала расставание с мужем. Позже в своих мемуарах Мария Владимировна вспоминала: «Смотрю на его милое лицо. И невыносимо мне, что может больше никогда его не увижу. И нет терпения, нет другого выхода, в обессиленной душе только слёзы…».

Чувства молодых были взаимно глубокими и искренними.

Из письма М. В. Фаворской мужу на фронт 2 сентября 1916 г.: «Милый мой муж, спасибо, мой рыцарь-солдат за стихи, они хорошие и я так и вижу моего милого… Люблю тебя больше всего; слишком тебя люблю и боюсь, что ты, именно ты, для меня свет и тобой я живу и вдохновляюсь…». В одном из ответных писем Владимир Фаворский писал своей жене: «Возлюбленная моя Мария Владимировна! Ты — фундамент моей жизни».

Впоследствии жизнь докажет, что семья для известного графика действительно была его главной опорой, местом вдохновения, обителью безграничной нежности и любви.


Семья Фаворских, 1929 г


Осенью 1918 года, получив звание прапорщика, награжденный Георгиевским крестом за участие в Брусиловском прорыве, Фаворский вернулся с фронта. После возвращения Владимир вновь погрузился в работу, именно это время его первых известных гравюр. Но мирная, спокойная жизнь супругов продлилась недолго, началась Гражданская война. Владимир был призван в ряды Красной Армии, а Мария с сыном поселились в городе Загорск (подмосковный Сергиев Посад). И вот, пройдя в очередной раз через весь ужас фронтов гражданской войны, заболевший тифом и только усилиями любимой жены чудом выздоровевший, Владимир Фаворский наконец полностью отдается творчеству.

В гравюрах Фаворского гармонически сочетаются и художественные идеалы, и техника их воплощения. Примером тому служит один из ранних трудов художника – создание инициалов к «Рассуждениям аббата Жерома Куаньяра». Мастер тщательным образом работал над композицией каждой миниатюры, каждая сцена которой наполнена своей внутренней динамикой, показывающей последовательность развития действия. В дальнейшей творческой эволюции гравера действие станет средством выражения напряженного драматизма, который свойственен его лучшим творениям.

В работах Фаворского 1921 – 1925 годов еще чувствуется отстраненность художника от окружающих событий. Его интересовало лишь одно – художественное совершенство гравюры. Обратите внимание на лист гравюры «Свердловский зал в Большом Кремлевском дворце», который сделал Владимир Андреевич для альбома «Революционная Москва: Третьему конгрессу Коммунистического Интернационала». В нем удивительно весомо и чеканно передана и архитектоника сооружения, и монументальность зала, показывающая блестящее разрешение пространственных задач.


Но уже в 1925 году на Международной выставке декоративного искусства и художественной промышленности в Париже гравюры на дереве и проиллюстрированная Владимиром Фаворским «Книга Руфь» получили высшую награду Grand prix.



Несомненно, работа над «Книгой Руфь» означает новый этап в творчестве Фаворского. Художник во всеоружии своего мастерства смело вторгается в область сокровенных и высоких человеческих чувств. Она начиналась символической картиной Вселенной, где мир несется в виде одной из бесчисленных спиралей. Концовка книги изображает узловатый корень, из которого расцвели и тянутся ввысь гроздья цветов и листьев – жизнь.

Гравюры к «Книге Руфь» явились своеобразным утверждением системы взглядов Фаворского в новых условиях, когда довольно камерное искусство ксилографии приобрело более широкую, массовую и постоянную аудиторию.

Вторую высшую награду Grand prix Фаворский получит также в Париже (1937 год) на Международной выставке «Искусство и техника в современной жизни» за оформление Советского павильона.


Фаворский признался как-то в одной из статей, что когда он «вошел в мир искусства и понял красоту его, то захотелось, чтобы другие также видели его, научить видеть их этот мир». То есть, своим творчеством он устремлялся в будущее, чтобы через познание законов прекрасного и художественной правды, открыть человеку красоту искусства – будь то его ученики или просто зрители.

Графические приемы, используемые Фаворским, поразительно разнообразны. С одинаковой виртуозностью он владеет пятном, силуэтом, контуром, белым штрихом. Его гравюрам свойственен мягкий серебристый колорит, энергичные росчерки сообщают им динамику. Особенно ценны в них пластичность формы, объем и пространство, переданные простыми средствами, не нарушающими плоскости листа. Подобное сочетание можно увидеть только на старинных фресках древних мастеров.

Не удивительно, что Фаворский, как никто другой, сумел понять глубокую народность «Слова о полку Игореве» с его национальным русским характером и особенности поэтического языка Пушкина, Шекспира, Бернса. Каждая его книга – это совершенство слияния художественного и литературного образного строя. В каждой из них художник находит новые, свежие приемы, позволяющие глубже проникнуть в стиль и характер произведения; все его книги неповторимы. По мнению советского искусствоведа М. В. Алпатова, «Фаворский никогда не довольствовался созданием иллюстраций, графических картин, отделенных от страниц текста. Он был всегда большим художником книги. Своим творчеством он утверждает представление о книге как о художественном целом. Он возобновляет этим лучшие традиции первопечатной книги эпохи Возрождения и средневековых лицевых рукописей».




Работая над эпической поэмой «Слово о полку Игореве», Фаворский хотел слить книгу в единую песню, где все иллюстрации, орнаменты, украшения букв, соединились бы воедино, чтобы ни одну из гравюр, входящих в книгу, нельзя было тронуть с места, как нельзя «из песни слова выкинуть». Это подсказывалось и постоянным стремлением художника решать книгу, как единое целое, и песенным началом, песенной природой самого «Слова».

Это случилось в 1937 году, когда отмечалась знаковая дата – 750-летие «Слова о полку Игореве». Художник сделал книгу нарядной и праздничной, благородно сочетая белый, черный и красный цвета. В это же время в Литературном музее состоялась и выставка, посвященная этому масштабному событию. В дальнейшем работа над «Словом» была продолжена уже после войны, когда в условиях патриотического подъема зазвучало с новой силой это поэтическое свидетельство славы русского народа.

Надо отметить, что именно в те годы Фаворский делал серию, ставшую потом весьма известной, станковых гравюр «Великие полководцы». Кроме того, среди этого цикла наиболее популярен лист «Боян». Вещий певец, играя на гуслях, поет песнь о славных походах русского воинства. Обратите внимание на значительные черты лица старика, его крупную фигуру воина, на струнах лежат сильные руки с длинными пальцами музыканта. Лица слушающих дружинников печальны и сосредоточены, выражая состояние погруженности в глубокое раздумье. Люди словно светятся изнутри, но, несмотря на отчетливо показанные их разные натуры и темпераменты, видно объединяющее состояние значительности и подъема, запавшее в их души от вещих песен Бояна.


В гравюрах Фаворского к книге «Слово о полку Игореве» заложено искреннее восхищение перед славной историей своего народа, гордости за него, уверенности в его непреходящей силе и величии. Перед выходом книги писатель Константин Федин опубликовал адресованное художнику открытое письмо, в котором есть такие строки: «Сейчас русский и всякий другой национальный советский читатель будет ждать выхода «Слова о полку Игореве», которое призвано к новой жизни Вашими гравюрами…выход «Слова» станет событием для всех, кто не слеп от рождения и не предвзят как ценитель искусства». И действительно, гравюры Фаворского к «Слову о полку Игореве» явились настоящим событием для всего советского искусства.

Пушкиниана Фаворского – отдельная знаковая тема. Для меня наиболее важно отношение художника к творчеству Пушкина, это и понятно, ведь я более сорока лет работаю в библиотеке, носящей имя великого поэта. Художник считал Пушкина олицетворением России, и в течение своей жизни не раз обращался к творениям гениального соотечественника.



Можно вспомнить его гравюры к «Домику в Коломне», исполненные в двадцатые годы прошлого столетия. Фаворский использует в иллюстрациях широкие белые поля, испещренные маленькими легкими гравюрками. Они как бы порхают вокруг колонок текста, напоминая непринужденные рисунки самого поэта на полях своих черновиков. Тут и беглые заметки, и женские головки, и причудливые фигурки, сопровождающие все движения текста.


Позднее, уже в середине тридцатых годов, художник гравирует известный всем портрет Пушкина-лицеиста. У Фаворского – это юный поэт, взметнувшийся, встревоженный, весь – острота и стремительная зоркость.

Наибольшее понимание драматизма, близкое к формулировке Белинского, Фаворский увидел и графически изложил в исторической трагедии Пушкина «Борис Годунов», считая ее поистине народной драмой. «Народ изображен, как стихия, как море со своими приливами и отливами, но он чует что-то и в каком-то смысле является носителем идеи – идеи чистоты, патриотизма, справедливости и возмездия», – писал художник.


Вся трагедия пронизана сквозным действием. Пушкин часто дает переходы, связывающие одну сцену с другой. И художник, следуя этому же приему, делает иллюстрации, по которым можно проследить динамичную канву действия.

Следующей работой Фаворского к произведениям Пушкина стали иллюстрации «Маленьких трагедий», которые впервые были показаны на выставке «Советская Россия» в 1960 году и явились одним из центральных ее произведений.




Приведу высказывания самого Фаворского о работе над этим Пушкинским циклом: ««Маленькие трагедии» – это кубок, наполненный страстями, «громокипящий кубок». Страсть – это необузданное желание.

В некоторых вещах, как-то: «Скупой рыцарь, «Моцарт и Сальери» – страсть старается себя возвысить и, таким образом, как бы облагородить себя целью и обстоятельствами.

В «Каменном госте» любовная игра приводит к настоящей страсти и даже вызывает Каменного гостя.

В «Пире во время чумы» страсть сочетается со страхом смерти и с высокими чувствами, говорящими о бессмертии: «Бессмертья, может быть залог».

В силу такой выразительности «Маленьких трагедий» и в силу их страстности я решил, что одни иллюстрации не смогут выразить это, и добавил еще линейки вверху страниц с масками, которые должны были изображать действующих лиц. Таким образом, мне казалось, что чувства передаются во всей книге, от страницы к странице, а не от иллюстрации к иллюстрации».

Фаворский вообще много думал о Пушкине. У него были и мысли как лучше иллюстрировать «Сказку о рыбаке и рыбке». Наверное, он мог бы сделать и работу по «Евгению Онегину», но «это страшно трудно», – говорил он. Действительно Пушкин и Фаворский – это очень хорошо!

Отмечу, что в поле зрения мастера был всегда и театр. Его интерес к театру прослеживался и в его гравюрах, и в его книжной графике. (Рекомендую почитать замечательный сборник «Фаворский в театре», выпущенный Союзом театральных деятелей РСФСР в 1988 году). Достаточно напомнить, что, когда к 100-летию гибели А. С. Пушкина МХАТ II задумывает поставить цикл произведений поэта – «Пиковую даму», «Египетские ночи» и сцены из «Медного всадника», потом «Маленькие трагедии» и поэму «Цыганы», то была создана специальная режиссерская бригада, а оформление спектаклей было поручено В. А. Фаворскому. И Владимир Андреевич отвечал на пушкинский стиль сложной простотой художественного образа спектаклей, используя весь свой опыт работы над пушкинскими темами, привлекая все многообразие театральных средств.

За самые известные свои работы – иллюстрации к «Слову о полку Игореве» (1950), а также пушкинским «Борису Годунову» (1954) и «Маленьким трагедиям» В. А. Фаворский в 1962 году был удостоен Ленинской премии.

 

Охватить разнообразный, богатейший мир Владимира Андреевича Фаворского в одной статье просто невозможно. О творческих исканиях Фаворского – Мастера с большой буквы, его теориях и их воплощении в созданном им уникальном стиле, раскрывающем индивидуальность художника, его многочисленных блистательных гравюрах, о выставках, победах написано много книг и монографий.

Профессор, действительный член Академии художеств СССР, лауреат Ленинской премии, народный художник СССР В. А. Фаворский – и сам оставил нам, кроме своих замечательных работ, емкое литературно-теоретическое наследие. Это доклады, выступления и статьи, посвященные теоретическим проблемам искусствознания; интервью, беседы, заметки – отклики на актуальные вопросы художественной жизни; лекционные курсы, программы, методические разработки для преподавателей, учебные пособия для студентов; его воспоминания о художниках, письма, автобиографические и другие материалы.

Подходя к завершению своего повествования о нашем замечательном соотечественнике, оставившем неизгладимый след в российском искусстве, чье 135-летие отмечается в эти дни, хочется еще раз остановиться на его человеческих качествах.

Прекрасный художник, Фаворский не замыкался только на своем творчестве, он был внимательным, умным и чутким педагогом, создавшим собственную систему преподавания и оставившим после себя целую плеяду молодых дарований, впоследствии ставшими известными советскими художниками: М. И. Пиков, Г. А. Ечеистов, А. Дейнека, А. Каневский, А. Д. Гончаров и многие другие. Общим для учеников В. А. Фаворского является мастерское владение техникой ксилографии и глубокое понимание специфики книжной графики. Однако каждый из них по-своему подходит к своей задаче, сохраняя индивидуальность в искусстве.

Известный искусствовед Елена Мурина написала о Фаворском: «Когда Владимир Андреевич приходил на какую-нибудь выставку или собрание художников, все, независимо от возраста и даже отношения к его искусству (были и такие, кто этого искусства не любил или не понимал), встречали его с величайшим благоговением и уважением. Он был известен тем, что никогда, в любые времена, не запятнал свою репутацию неблаговидным поступком, что в те годы было большой редкостью. В нем сочетались верность традициям русской интеллигенции, честь, благородство, простота – простота в отношениях с людьми, с учениками и глубокое чувство современности. Он был современный художник, переживавший историю нашей страны, и остается одним из самых значительных представителей русской художественной культуры».

Действительно, Фаворский на протяжении всей жизни был человеком высокой порядочности и мужества. А жизнь не раз преподносила на его долю не только радостные моменты, но и серьезные испытания.

Фаворский часто с тревогой говорил о мире, о любви к миру – для мастера это не было риторической фразой. Она выстрадана художником в двух мировых войнах.

Более полувека Владимир Андреевич прожил с единственной избранницей Марией Владимировной. Они были счастливой парой, ведь у них родились два сына и дочь. Родители воспитали в них гражданственность, порядочность, а также привили им любовь к художественному мастерству. Но, ворвавшаяся в мирную жизнь Великая Отечественная война, разделила дружную семью Фаворских. Супругов отправили в эвакуацию в город Самарканд. А когда оба сына, блестяще одаренные молодые художники, ушли добровольцами на фронт и погибли – Фаворский стоически принял эту страшную данность. Горе и мужество народа тогда сплелись у художника с личной трагедией. Но его мудрое и глубокое отношение к жизни, к своей стране и народу пробудили в нем особенно напряженный интенсивный творческий подъем, моральную силу и стойкость.

За тысячи верст от древнего Самарканда шли жестокие бои, но и сюда доходил грохот военных раскатов. Однако Фаворский ни разу не погрешил против правды. Он не стал изображать военных сцен, то, чего он не знал, но, вернувшись в Москву, художник награвировал серию портретов великих полководцев, в которой отразилась его личная патриотическая гордость за свою Родину, победившую в самой тяжелой из войн. Михаил Кутузов, Александр Суворов, Козьма Минин и Дмитрий Пожарский, Александр Невский – полководцы, возглавлявшие народ в годины суровых испытаний. Для каждого образа Фаворский находит монументальную форму, адекватную их деяниям.



Впоследствии Фаворский не раз обратится к теме мира, защите которого посвятил несколько всемирно известных линогравюр – плакатов. Его линогравюра «За мир» была удостоена золотой медали на Международной выставке книжного искусства в Лейпциге (ИБА-59).


Поистине, неординарность и цельность характера отличали личность Фаворского. По воспоминаниям российского живописца и автора многих статей об искусстве Иллариона Голицына, современника и друга Фаворского: «Его цельность не была однозначна: она включала строгость и мягкость, деликатность и непримиримость, настойчивое утверждение своей мысли и отрицание «ячества». Место Фаворского в человеческом ряду очень высоко. Влияние его духовного не исчезло со смертью, оно живет и, думаю, будет расти. Его творчество – это только часть его человеческого целого».

Духовная цельность Фаворского особенно выразилась в период его болезни. Ведь он до конца дней своих мыслил и творил. Когда он не смог делать гравюры на дереве, то перешел на линолеум, когда не смог гравировать, рисовал эскизы для керамики, когда не смог рисовать, выскабливал пинцетом рисунок на тарелочках. Когда же он не смог уже работать руками, диктовал статьи о художниках, творчестве, книге. И только когда не смог и этого делать – его не стало.

В 1964 году Владимир Фаворский был избран членом-корреспондентом Немецкой академии искусств, его персональная выставка экспонировалась в Государственном музее изобразительных искусств имени А. С. Пушкина. 23 декабря прошел вечер, посвященный его творчеству, а 29 декабря 1964 года его не стало.

Владимир Андреевич Фаворский обладал той простой философией, под стать древним, которая соединяет мудрость и житейскую непосредственность. Мы должны чаще прикасаться к его творчеству, еще и еще вспоминая, исследуя и оценивая его жизненный подвиг.


Источники:

Алпатов М.В. Мастерство Фаворского // Немеркнущее наследие: книга для учителя / М.В. Алпатов. – М., 1990. – С. 284-292.

Бакуменко В.М. Маленькие шедевры большого мастера: [о жизни и творчестве русского художника-графика В.А. Фаворского (1886-1964)] // Библиотековедение. – 2005. – Янв.-февр. (N 1). – С. 65-68.

Владимир Андреевич Фаворский. Сборник материалов// К выставке, посвященной 1000-летию со дня рождения. – М.: Союз художников РСФСР, 1986.

Турова В. В. Что такое гравюра // Молодежи об искусстве. – М.: Изобразительное искусство, 1986. –160 с., ил.

Фаворский в театре. Сборник / Сост. Авт. Вступ. ст. Г. И. Морозова; Ред. Н. И. Захава. – М.: Союз театральных деятелей РСФСР, 1988.

Фаворский В. А. Литературно-теоретическое наследие. – М.: Советский художник, 1988.

Халаминский Ю. Я. Владимир Андреевич Фаворский. – М.: Искусство,1964.

https://art.1sept.ru/article.php?ID=200701505

https://radiovera.ru/vladimir-i-mariya-favorskie.html#d698c8ba94b7f51a592f713add12d1e7

http://www.kultpro.ru/item_602/  

http://arthisto.ru/3/ren161.htm

 

Ольга Солодовникова, Центральная библиотека им. А. С. Пушкина

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...