пятница, 7 августа 2020 г.

«Я убит подо Ржевом…» Ржевская мясорубка

Исторический лекторий


Я убит подо Ржевом,
В безымянном болоте,
В пятой роте, на левом,
При жестоком налете.
Я не слышал разрыва,
Я не видел той вспышки, -
Точно в пропасть с обрыва -
И ни дна ни покрышки.
И во всем этом мире,
До конца его дней,
Ни петлички, ни лычки
С гимнастерки моей…
          А.Твардовский

 30 июня 2020 года случилось то, о чем еще в 1970-1980-е годы мечтали живые тогда участники боев под Ржевом, о чем просили ветеранские организации, о чем говорили военные историки, журналисты, поисковики, которые каждый год «поднимают» десятки и сотни останков погибших воинов: возле деревни Хорошево, рядом с городом Ржев в Тверской области открылся Мемориальный комплекс в память о советских солдатах, погибших в годы Великой Отечественной войны.

Авторами монумента стали молодые авторы – скульптор Андрей Коробцов и архитектор Константин Фомин. Мемориал представляет собой стоящую на 10-метровом искусственном холме бронзовую фигуру советского солдата высотой 25 метров, в развевающемся плаще, с автоматом ППШ в руках. Нижняя часть сделана в виде стаи журавлей, стремящихся в небеса и как будто, уносящих с собой душу солдата. Вдоль дороги, которая ведет к холму, стоят стены с изображениями лиц и фамилиями тысяч павших подо Ржевом советских солдат и офицеров. 

На гранитной стене у подножия памятника, под обрамленной венком бронзовой звездой, строка из стихотворения А. Твардовского: «Мы за Родину пали, но она спасена». Рядом с памятником находится мультимедийный музейный комплекс, в котором собраны архивные документы, фотографии и видеофрагменты, посвященные трагическим событиям Великой Отечественной войны, происходившим в 1942-1943 годах близ Ржева.

Почему же в течение 75 лет сражавшиеся подо Ржевом не были удостоены памятника? Ведь это было одно из самых кровопролитнейших сражений в истории войн. В народной памяти эти события получили названия «ржевская мясорубка», «ржевская прорва». А в официальной военной историографии даже термина «Ржевская битва» не существует, и ее историю у нас вообще не изучают. Нет её ни в школьных учебниках, ни в фундаментальных научных исследованиях. Почему сражение, такое масштабное по количеству задействованных войск – около десяти миллионов с обеих сторон, по охваченной территории, по длительности боев, по количеству операций и, наконец, по количеству потерь с той и другой стороны – до сих пор в официальной военной науке считалось боями местного значения? Но существует память народная. У нее свои мерки и своя хронология.

Для меня история Ржевской битвы – очень личная тема. В деревне Полунино, с которой начиналось наступление на Ржев, на обелиске над братской могилой высечена надпись: 

«Здесь похоронены солдаты, сержанты и офицеры 2, 5, 10, 16, 20, 24, 32, 37, 43, 52, 78, 107, 111, 114, 143, 178, 182, 183, 210, 215, 220, 243, 246, 247, 248, 250, 348, 357, 359, 369, 371, 375, 379, 413, 415, 632, 879, 966-й стрелковых дивизий, 33-й отдельной бронетанковой дивизии, 4, 35, 36, 119, 130, 132, 133, 136, 153, 156, 238-й стрелковых бригад, 18, 25, 28, 35, 38, 55, 85, 115, 119, 144, 153, 238, 249, 255, 270, 298, 427, 438, 472, 492, 829-й танковых бригад, 91-й Гв. мин. бригады, 438-й отд. саперной бригады». Может быть, в этой братской могиле похоронен и мой дед, Иван Степанович, пропавший без вести под Ржевом зимой 1942 года. Много лет мы пытаемся найти хоть какой-нибудь след, ищем любые сведения о Ржевских событиях, собирая буквально по фразам, по фрагментам то немногое, о чем вскользь упоминали мемуаристы, публицисты, писатели. Долгое время не было вообще никаких серьезных исследований на эту тему. Только в 90-е годы о Ржеве начали писать. Может быть потому, что материалы были засекречены. Ведь и до сих пор часть документов, касающихся освобождения Ржева, закрыта. Только воспоминания тех, кто прошел «Ржевскую мясорубку» и чудом остался жив, давали представление о том, что же это было. Я не собираюсь рассматривать Ржевскую битву с точки зрения стратегических замыслов и тактических решений. Я просто хочу понять, ради чего отдал свою жизнь мой дед и сотни тысяч других дедов, отцов, сыновей. Чем была эта битва в истории Великой Отечественной?

Ржев. Тихий, уютный город в верховьях Волги, город с большой военной историей, был оккупирован немцами в октябре 1941 года. Тогда на карте стояла судьба Москвы, и о Ржеве никто особенно не думал. После разгрома немцев под Москвой в декабре 1941 года и освобождения Калинина (Твери), Красная армия подошла к Ржеву. 5 января 1942 года Сталин приказал за неделю освободить Ржев от фашистов. Было решено окружить группу армий «Центр» между Ржевом и Вязьмой. Но высокая выучка вермахта, тщательная разведка, прекрасная организация взаимодействия родов войск, высокая техническая оснащенность, отлаженная связь, благодаря которой они оперативно вызывали авиацию, корректировали огонь артиллерии – все то, чего у нас не было, определили результат. Освобождение длилось с января 1942 по март 1943 года. Окружения не получилось, а образовался Ржевско-Вяземский выступ: плацдарм до 160 км в глубину и до 200 км по фронту. Этот выступ немцы называли «воротами к Москве». Немецкое командование вцепилось в плацдарм изо всех сил: слишком важным было стратегическое значение выступа, откуда немцы могли снова атаковать Москву. Немецкая оборона на Ржевском выступе была организована по-немецки тщательно: каждый населенный пункт был превращен в оборонный узел с дотами, траншеями и ходами сообщения. Перед передним краем были установлены сплошные проволочные заграждения. И вот против такой мощной обороны наше командование бросало, как в топку, все новые и новые силы, чтобы уничтожить этот выступ и обеспечить тем самым безопасность Москвы.

Рассказывая об этих событиях, уцелевшие участники битвы употребляли выражение «погнали подо Ржев». Невозможно даже умозрительно представить себе эту мясорубку на одном месте: более года тяжелых, кровавых боев, почти без продвижения вперед. Целый год, не видя результата, ходить в атаки, терять товарищей, отвоевывать какие-то метры и снова возвращаться все в те же окопы, если, конечно, тебя не убили.

Командиры и солдаты понимали бессмысленность происходящего: от того, возьмут или не возьмут они деревню или «высотку», на которые без всякой огневой поддержки кидают их снова и снова, основную задачу – взятие Ржева – не решить. Их атакующие цепи расстреливались почти в упор. Когда в строю оставалось 8 или 9 бойцов, их отводили в оборону, а потери восполнялись совершенно не подготовленными новобранцами. Обучение происходило прямо в бою. После первого боя новобранцы или становились обстрелянными бойцами, или пополняли списки безвозвратных потерь. Через два-три дня все повторялось сначала: пехота шла цепью через простреливаемое со всех сторон заснеженное поле, и боевая задача вновь оставалась невыполненной. В периоды самых ожесточенных боев дивизии теряли в день по 300–350 человек убитыми и по 700–800 ранеными.

Ветеран П. Михин, тогда лейтенант: «Страшно вспомнить, сколько там людей полегло! Ржевская битва — это была бойня (…). Такого я не видал потом за всю войну (...) А каково солдату в пятый раз подниматься в атаку на пулемет! Траншеи переходили из рук в руки по нескольку раз в день. Часто полтраншеи занимали немцы, а другую половину мы. Досаждали друг другу всем, чем только могли. Мешали приему пищи: навязывали бой и отнимали у немцев обед. Назло врагу горланили песни. На лету ловили брошенные немцами гранаты и тут же перекидывали их обратно к хозяевам».

Писатель Вячеслав Кондратьев, тогда сержант 132-й стрелковой бригады, воевавший и раненый там, под Ржевом, почти в 60 лет написал повесть «Сашка». Его каждую ночь беспокоили сны, в которых он видел своих боевых товарищей, и он писал о них, «бедовавших под ржевскими деревеньками, которые брали, брали, да так и не смогли взять», «битых-перебитых ротах в тринадцать штыков», «измытаренных, оголодалых, моклых», об их войне, не парадной, с наградами и салютами, а вот о такой: «Наша артиллерия практически молчала. Артиллеристы имели в запасе три-четыре снаряда и берегли их на случай вражеской танковой атаки. А мы наступали. Поле, по которому мы шли вперед, простреливалось с трех сторон. Танки, которые нас поддерживали, тут же выводились из строя вражеской артиллерией. Пехота оставалась одна под пулеметным огнем. В первом же бою мы оставили убитыми на поле боя треть роты. От безуспешных, кровопролитных атак, каждодневных минометных обстрелов, бомбежек подразделения быстро таяли. У нас не было даже окопов. Винить в том кого-либо трудно. Из-за весенней распутицы с продовольствием у нас было плохо, начался голод, он быстро истощил людей, изможденный солдат уже не мог рыть мерзлую землю. Для солдат все тогда происходившее было трудными, очень трудными, но все-таки буднями. Они не знали, что это был подвиг».

Участник боев на Ржевском выступе А. Шумилин вспоминал в мемуарах: «Для нас, окопников, война велась не по правилам и не по совести. Противник, вооруженный «до зубов», имел все, а мы ничего. Это была не война, а побоище. Но мы лезли вперед. Немец не выдерживал нашего тупого упорства. Он бросал деревни и бежал на новые рубежи. Каждый шаг вперед, каждый вершок земли стоил нам, окопникам, многих жизней».

Публицист и военный корреспондент Илья Эренбург вспоминал: «Мне не удалось побывать у Сталинграда... Но Ржева я не забуду. Может быть, были наступления, стоившие больше человеческих жизней, но не было, кажется, другого столь печального - неделями шли бои за пять-шесть обломанных деревьев, за стенку разбитого дома да крохотный бугорок...»

Читаешь такие воспоминания, и все время думаешь, какую силу духа и какое мужество нужно было иметь, чтобы выдержать это нечеловеческое напряжение, вытащить на себе эту неимоверную тяжесть и просто не сойти с ума, оставаясь человеком. Главный герой повести Кондратьева все время повторяет: «Мы же не фашисты».

Ржевская операция – одна из самых спорных операций в истории войны. Некоторые военные историки считают, что была единая войсковая операция Ржев-Сталинград и все действия подо Ржевом имели главную цель – отвлечь гитлеровское командование от Сталинграда. Действительно, события в Ржеве и Сталинграде, двух волжских городах, были похожи друг на друга тем, что высшее руководство и с той и с другой стороны стремилось отстоять эти города любой ценой, невиданно ожесточенными и кровопролитными боями. Для Сталина делом чести было отстоять Сталинград и взять Ржев. Для Гитлера делом престижа было взять Сталинград и не отдать Ржев.

Другие говорят, что не будь Ржева, Сталинград бы не устоял, и немцы прорвались бы на Кавказ. Но Сталинград вошел в историю как начало коренного перелома в ходе Великой Отечественной войны, а Ржев – как кровопролитная изматывающая борьба на выживание. Безвозвратные и санитарные потери советских войск, пропавшие без вести, попавшие в плен подо Ржевом превышают общие потери советских войск в Сталинградской битве.

П.Михин писал: «Наша 52-я дивизия наступала на Ржев с севера, через Полунино, в самый «лоб» противника. За 6 месяцев боев мы продвинулись на шесть километров. Освободили четыре пепелища и оставили после себя две братские могилы по 13 тысяч в каждой… Умирать никому не хотелось, но бежали вперед – наступали и умирали. Сколько «долин смерти», «рощ смерти» и «болот смерти» мы нарекли и оставили после себя! Но все же метрами продвигались вперед. Вспоминая пройденное, я вижу поля под Ржевом, усеянные трупами наших и немцев».

Во время наступления, воды речушки под названием Бойня, буквально покраснели от крови.

…Фронт горел, не стихая,

Как на теле рубец.

Я убит и не знаю -

Наш ли Ржев наконец?

Удержались ли наши

Там, на Среднем Дону?..

Этот месяц был страшен,

Было все на кону…

А.Твардовский

Некоторые историки полагают, что в огромных потерях Красной армии виновато советское командование, бездарно организовавшее наступление на Ржев, и лично Сталин. Ржевская битва стала одной из самых бесславных страниц и в биографиях Жукова, Конева, Захарова, Булганина. А поскольку о неудачах писать у нас не принято, то о Ржеве просто постарались забыть. Память о Ржеве была вытеснена историей побед в Сталинграде, на Курской дуге, освобождением Белоруссии, Украины, Европы и взятием Берлина. Битва за Ржев – это самая трагическая, самая кровопролитная и самая неудачная из всех битв, проведенных нашей армией. Но там, подо Ржевом, и командование, и армия приобретали бесценный военный опыт, слишком дорого оплаченный, но необходимый. Без Ржева не было бы тех побед нашей армии, которыми мы гордимся.

Я не хочу думать, что моего деда и еще сотни тысяч солдат просто тупо отправили на убой. Я не хочу думать, что его жизнь была отдана зря, в угоду чьим-то политическим амбициям, чьей-то трусости, чьему-то скудоумию. Наши солдаты воевали с противником, превосходящим нас во многом, особенно в технике, но они сделали все, чтобы и для фашистов бои за Ржевско-Вяземский плацдарм стали кровавым кошмаром. Немцы называли этот выступ ключом к Москве, пистолетом, направленным в грудь Москвы, краеугольным камнем Восточного фронта. И сражались они подо Ржевом яростно. Немецкие ветераны с ужасом вспоминали Ржев. А ведь там были сосредоточены отборные гитлеровские части. В отличие от Сталинграда, там не было менее боеспособных подразделений итальянцев, венгров и румын. С сентября по декабрь 1942 года подо Ржевом действовала немецкая дивизия «Великая Германия», элитное формирование вермахта. В боях с нашими, плохо обученными и плохо вооруженными частями, которыми командовали «бездарные» военачальники, «Великая Германия» потеряла столько обученных солдат и техники, что перестала существовать: пехотные полки сократились до батальонов, а батальоны до нескольких десятков человек, танковый батальон и дивизион штурмовых орудий потеряли практически всю бронетехнику. Немцы потом эти события называли «кровавой дорогой» – их дивизии оставили здесь от 50 до 80 процентов личного состава, а командование группы армий «Центр» в конце концов обратилось в Берлин с просьбой вывести их из подо Ржева. Да, они уходили сами, но ведь уходили вынужденно, не в состоянии больше вести изматывающие бои. Что же это было за заколдованное место, в котором и победа была не победа, и поражение не поражение? Место, где сошлись в каком-то нечеловеческом единоборстве две силы, практически равные, но с нашей стороны это была сила духа и сила правды, а наши противники думали, что с этим можно справиться только силой техники и оружия. Просчитались.

Потери с той и другой стороны были чудовищны и до сих пор по-настоящему не подсчитаны. Источники указывают разные цифры: от 1 до 2 млн. человек. По данным разных историков, безвозвратные потери советской армии, включая пленных, в ходе Ржевской битвы составили от 392 554 до 605 984 человек.

В послевоенные годы эти земли решили не пахать. Сейчас поисковики работают на этих полях, болотах и в лесах, просто нашпигованных незахороненными останками, оружием и обломками военной техники.

Можно спорить о терминах. Можно пересматривать счет потерь советских войск, проведя более тщательные подсчеты. Можно говорить о самой необходимости сражений за город Ржев, и о том, имело или не имело взятие его решающее значение для хода военных действий. Но героизм солдат сомнению и пересмотру не подлежит. Настоящая история битвы подо Ржевом еще ждет своего исследователя. Того, кто раскроет ее тайны, уберет белые пятна и напишет, наконец, правду обо всем.

А мемориал уже есть. О нем спорят, обсуждают его достоинства и недостатки с точки зрения художественной ценности. А я очень рада тому, что память моего деда и всех погибших подо Ржевом солдат, больше не будет тем, о чем не принято говорить. Даже если бы были нарушены в этом памятнике все мыслимые пропорции и законы композиции, для меня он был бы прекрасен. Этот мемориал – памятник не Великой Победе, а великой трагедии, он посвящён памяти тех, кто всё-таки отстоял Ржевский выступ и не дал немецким войскам подойти к Москве, жертве, которую простой солдат принес «на алтарь Отечества» как немного пафосно говорили наши предки, и как просто сказал в своих стихах Александр Трифонович Твардовский:

Нет, неправда. Задачи

Той не выиграл враг!

Нет же, нет! А иначе

Даже мертвому - как?

И у мертвых, безгласных,

Есть отрада одна:

Мы за родину пали,

Но она - спасена.


Список использованной литературы:

Гареев М.А. Неудачные наступательные операции советских войск в Великой Отечественной Войне. ВИЖ 2002. №1.

Герасимова С.А. Ржевская бойня. Потерянная победа Жукова / С.С. Герасимова. - М.- 2012

Горбачевский Б. С. Ржевская мясорубка. Время отваги. Задача — выжить! / Б.С. Горбачевский, - М.- 2007

Кондратьев В.Л. Сашка /В.Л. Кондратьев. - М.- 1988.

Меньшиков В.В. Ржев-Сталинград. Скрытый гамбит маршала Сталина / В.В. Меньщиков. - М.- 2012.

Михин П.А. «Артиллеристы, Сталин дал приказ!» /П.А. Михин. - М.- 2006.

Рокоссовский К.К. Солдатский долг / К.К. Рокоссовский. – М.- 2000.

 

Юлия Брюханова, зав. сектором социально-гуманитарной литературы Центральной библиотеки им. А.С. Пушкина

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...