воскресенье, 31 мая 2020 г.

«Живая нить народного костюма. Женской головки убор»

Виртуальное занятие в клубе «Берегиня»

Любой народный костюм – это исторически сложившаяся символическая система, в которой каждый предмет имеет свое значение и несет определенную смысловую нагрузку. Головной убор издавна считался неотъемлемой частью русского национального костюма и имел символическое значение. Для наших предков головной убор, как и весь народный костюм, был «говорящим». Женский головной убор служил как бы визитной карточкой, по нему можно было узнать, кто его владелица, откуда она, ее возраст, семейное положение (женщина, вдова или девушка), социальную принадлежность. По головному убору просто можно было отличить девушек на выданье от замужних женщин. По богатству отделки головного убора и материала, из которого он был сделан, можно было судить и о достатке хозяйки. Головной убор выступал как зрительное и логичное завершение женского народного костюма. В дореволюционной России видов традиционного головного убора – прежде всего женского – было около полусотни, и разнообразие причудливых фасонов, форм, материалов и украшений составляет одну из самых интересных страниц истории отечественного костюма.

Говоря о головных уборах, следует начать с того, что под ними скрыто, с традиционной русской женской прически. Единственной русской прической незамужних барышень была одна коса. Заплетение первой косы совпадало с переодеванием в «женскую одежду», с надеванием венка на голову по достижении девушкой брачного возраста, в 13-16 лет. Даже старым девам не разрешалось носить другую прическу. Они тоже плели косу, но могли покрывать голову платком. Молодые же девушки с удовольствием украшали себя, вплетая в косу ленты. Лента в косе – знак того, что девушка на выданье.
В наряде замужней русской женщины головной убор играл самую важную роль, так как по понятиям того времени женщина не должна была показываться с открытыми волосами. Даже родственники не составляли исключения. Считалось, что женские волосы обладают колдовской силой, что выставленные напоказ волосы замужней женщины могут притянуть горе не только к ней, но и ко всем окружающим. Головной убор являлся символом добропорядочности: «опростоволоситься», остаться с непокрытой головой, было верхом неприличия, а чтобы опозорить женщину, достаточно было сорвать с ее головы убор. Это было самым тяжелым оскорблением. Обычай соблюдался так строго, что в Новгороде некоторые женщины стали брить волосы, однако против этого восстала церковь, и бритье вышло из употребления. Обычай строго соблюдался даже в начале XIX веке.
Замужние женщины носили обязательно две косы. Этому придавали магический охранный смысл. По легенде, правая коса предназначалась Богу, левая – дьяволу, и от того, кто перетянет, зависело, попадет женщина в рай или в ад. Две косы – пара, чтобы не овдоветь, одной не остаться. Заплетенные таким образом волосы укладывали на голове, а затем покрывали одним из женских головных уборов так, чтоб даже прядка не выбивалась. Распущенные же волосы и для девушек, и для женщин возможны были только в ситуациях, которые считались «пограничными» между миром реальным и потустороннем – во время гаданий или занятий «магией», в родах, на похоронах родителей, в ходе свадебных обрядов.
Русские головные уборы наиболее ярко отражали возрастные и социальные особенности владелицы. Возрастные различия отмечались в головных уборах, начиная с детства. Девочки носили в косе гарус или косник (накосник) – вплетенные в косу золотые нити, ленты, завершающиеся треугольными подвесами.

Эти пластины были достаточно жесткие и украшались очень богато вышивкой, бисером, золотными кружевами. А девочки из боярских семей носили косники с жемчугом и драгоценными камнями. Девушки, достигшие зрелости, украшали косу лентой. В северных губерниях девушки во время свадьбы, на гуляниях и на вечеринках всегда ходили в старинном наряде: шелковых штофных шубейках или полушубках и юбке, что составляло так называемую пару, и в повязках – головном уборе, украшенном вышивкой жемчугом, рубленым перламутром, бисером, цветными стеклами, ювелирными вставками, золотным шитьём и кружевами, позументом, блёстками. Этнограф П.С. Ефименко пишет: «… невесты обязаны быть в повязке и паре, так что у которой нет её, та занимает её на стороне. Этот наряд, то есть пару и повязку, каждая выходящая замуж девушка передает после свадьбы своей следующей за нею по летам сестре, и уже последняя сестра берёт его себе в виде приданого».
Формы головных уборов были весьма разнообразны даже в соседних районах. При всем разнообразии названий головных уборов русских девушек, они были очень похожи друг на друга. И в основе лежал один, древнейший девичий головной убор – венок из цветов или других растений. В своей основе этот головной убор представлял более или менее широкую повязку, завязывающуюся сзади. Макушка и спадающая на спину коса оставались непокрытыми. Названия девичьих головных уборов очень разнообразны: лента, венец, венчик, повязка, почёлок, коруна, головодец, тканка и другие. Девичью косу и лоб обычно обвивала лента или повязка.
Головные повязки девушек-невест вообще являли собой маленькие короны. Делались они как из домотканых, так и из покупных заморских товаров, таких как парча и позумент, штофная ткань, из полос кумача с богатым шитьем золотой нитью. Были они широкими, на плотной основе. Иногда декорировались спускавшейся на лоб поднизью или ряской из речного жемчуга, рубленого перламутра, бисера. В более ранних головных уборах идею связи неба и земли несли рясны ( жемчухные или бисерные подвески, которые крепятся к головному убору и располагаются с двух сторон – слева и справа), заканчивающиеся колтами (височными подвесками в форме слегка выпуклых круглых пластин или звезд). Они символизировали дождевые струи, падающие с неба на землю и оплодотворяющие её. Форма девичьего убора – круг или полукруг, различной вышины – в зависимости от материала. Часто на голову девушки надевали венец – обруч из кожи или бересты, обтянутый дорогой золотой тканью. 

Венец имел несколько форм. Главное их различие заключалось в том, что одни были сплошными, твердыми, а другие – прорезными, гибкими. Твердые венцы в виде подковы обрамляли лицо, подобно нимбу. Венец мог иметь зубцы – треугольные или четырехугольные. Венец, у которого была приподнята передняя часть, назывался очельем. Как правило, все они украшались вышивкой жемчугом или белым бисером. 

Плачея – промежуточный между девичьим и женским головными уборами. Его надевали просватанные девушки перед свадьбой. Самым торжественным из всех девичьих уборов была коруна – твердый венец в виде хора (выпуклого обруча) с прорезным узором.


По своей форме коруна – сложный головной убор, состоящий из органично связанных между собой обода и венка. К твердому ободу, сделанному из проклеенной слоями бумаги, иногда на каркасе из проволоки, и обтянутому хлопчатобумажной тканью или набойкой, прикреплялся венок (венец) – декоративно насыщенная прорезная полоса с волнистыми краями. В северных губерниях такой венец делали с зубьями-«городками», и он действительно напоминал корону. Коруна была исключительно ритуальным убором, который невеста носит перед венчанием. Такие головные уборы должны были демонстрировать потенциальным женихам благосостояние семьи невесты и способствовать удачному замужеству. Долгое время существовал обычай венчать невест в жемчужных венцах, но так как, в связи с уменьшением количества речного жемчуга в реках к ХVIII веку, они редко у кого были, их брали напрокат за плату. Переходя из одного социального состояния в другое, выйдя замуж, девушка меняла свой девичий головной убор на головной убор замужней женщины, который она должна была носить, не снимая, всегда и везде, даже в собственном доме.
Замужняя женщина носила головной убор, символически связанный с небом – об этом убедительно говорят «птичьи» названия: сорока, кокошник (происходит от кокошка, курица) и украшения в виде солнца и птиц, а также рясны. символизирующие дождь. Самым распространенным головным убором была сорока – ее носили женщины на юге России вплоть до начала ХХ в. 

Простая сорока состояла из очелья (передняя часть), крыльев (боковая часть) и хвоста (задняя часть). Встречаются так же сороки, состоящие только из двух частей: очелья и хвоста или очелья и крыльев. Этот головной убор изготавливался из шелка, кумача, бархата на холщевой основе и украшался вышивкой, бисером, золотым шитьем. В некоторых областях этот женский головной убор доходил до 20 элементов и требовал при одевании много времени и кропотливости. Сорока зачастую была самой дорогой частью всего гардероба. Богатую сороку-золотоломку молодухам позволяли носить по праздникам, первые два-три года после замужества. Именно высокая стоимость сыграла с сорокой злую шутку – до наших дней они почти не сохранились. Скупая эту в прямом и переносном смысле золотую одежду, ее уничтожали, выплавляя драгоценные металлы.
Для южных губерний России (Воронежской, Курской, Калужской, Рязанской, Тульской, Орловской, Тамбовской, частично Смоленской) был характерен убор – сорока, украшенный птичьими перьями и бисером. Известно, что птицу сороку вешали в конюшнях для оберега. Вполне вероятно, этот головной убор служил подобным оберегом от домового. В разных уголках России один и тот же головной убор назывался по-разному. Поэтому сегодня специалисты не могут окончательно договориться, что считать кикой, а что – сорокой. Путаница в терминах, помноженная на великое разнообразие русских головных уборов, привела к тому, что в литературе под сорокой часто имеется в виду одна из деталей кики и, наоборот, под кикой понимается составная часть сороки. В ряде регионов примерно с XVII века сорока существовала как самостоятельный сложный убор замужней женщины.
Шапочку, полностью покрывающую волосы с выдающимися вперед двумя выступами («рогами»), называли кикой или кичкой.

Форму рогов придавали с помощью вставок из твердых материалов, например, бересты или стеганного материала. Рога, по вере наших предков, обладали большой оберегающей силой. Также рога в славянской мифологии обозначали плодородие и продолжение рода, поэтому носить их могла лишь «мужатая баба». Женщина, особенно недавно вышедшая замуж и имеющая маленьких детей, должна была иметь силы и средства защитить их и себя от злых людей и нечистых духов. Для этого и рога. В большинстве регионов право носить рогатую кику женщина получала после рождения первого ребенка. Надевали кику и в будни, и в праздники. Чтобы удерживать массивный убор (рога могли достигать 20–30 сантиметров в высоту), женщине приходилось высоко поднимать голову. Так и появилось слово «кичиться» – ходить, задрав нос. Кика изготавливалась из разного материала, в зависимости от сословной принадлежности и достатка. Женщина старела, и рога у кики становились ниже, а часто и совсем исчезали (безрогая кика). 

До появления ребенка женщина носила яркую кичку, а в пожилом возрасте с простейшим орнаментом. С языческой атрибутикой активно боролось духовенство: женщинам запрещалось посещать церковь в рогатых киках. К началу XIX века этот убор практически исчез из обихода, однако в Рязанской губернии его носили вплоть до ХХ века. Сохранилась даже частушка:
Рязанские рога
Не кину никогда.
Буду есть одну мякину,
А рогов своих не кину!

В будни волосы от «дурного глаза» и от «позора» прятали в маленькую шапочку повойник

Повойник (подубрусник) – старинный головной убор замужних женщин, он полностью закрывал волосы. Повойник представляет из себя полотняную шапочку с твердым очельем. Вместе с повойником носили повязанный сзади платок – подзатыльник. Обычно повойник и подзатыльник изготавливали из одинаковой ткани. Повойник и подзатыльник – нижние женские русские головные уборы. Поверх всего этого надевали волосник.

Волосник – женский русский народный головной убор, который состоял из нескольких деталей. Волосник был не обязательной частью костюма, носили его только знатные и богатые женщины. Он представлял из себя сетку с околышком из вышитой золотом ткани. Волосник надевали вместе с верхними головными уборами – кикой, сорокой, убрусом. Таким образом, женский головной убор был сложной, многослойной конструкции, как советовал «Домострой». Сочетание множества составляющих было самой характерной чертой любого праздничного убора. Один из таких уборов описывает М. Е. Шереметьева: «Головной убор состоял из 8-9 частей: повойника, кички, сороки, позатыльня с увязками, косиц, махров и бантов. На две косы, положенные кругом головы, сперва надевался повойник, поверх него накладывалась двурогая кичка, она делалась из просмоленного и простеганного холста. Рога ее остриями повернуты не назад, как в другой, более новой разновидности южновеликорусской кички, а торчат кверху. Сзади приделывали четырехугольный кусок холста, которым покрывали макушку головы». Чаще всего в таком сложном ансамбле значительной деталью – по размеру, а следовательно, и по плоскости, занятой орнаментом, – был позатылень: он спускался на шею, на плечи, на спину, часто покрывал лопатки. В своей конструкции позатылень имел достаточно крепкое основание из поперечной тесьмы или сложенной полоски ткани.
Поверх обычно надевали платок, сложенный в виде треугольника, так называемый убрус.

Убрус – это, наверно, самый древний женский головной убор. Он представляет собой платок или прямоугольное полотнище длиной 2 м и шириной 40-50см. Убрус имеет и другие названия: полотенце, ширинка, фата, наметка, шлык. Один концом убрус повязывали на голову, полотнище скалывали под подбородком брошью или булавкой. Второй конец свободно лежал на плече. Его украшали вышивкой, золотым шитьем. Поверх убруса одевали ювелирные украшения. Постепенно убрус изменил свою форму и стал треугольным, похожим на современный платок Убрус был полотняный, а у знатных женщин – шелковый. Два конца его, свисавшие на грудь, были богато вышиты. Убрус мог быть не только белого, но и красного цвета.
Кокошник – возможно, это самый знаменитый русский головной убор. Но в том виде, в каком он известен нам теперь по костюму Снегурочки, он не существовал. Ведь кокошник Снегурочки – это девичий головной убор – с открытой косой и теменем.

А кокошник был предметом гардероба замужней женщины. Он представляет собой начельник (полукруг с лицевой стороны) и волосник или донцо (шапочка сзади). Основа кокошника делалась из проклеенного или простеганного холста или картона. Сверху основа обтягивалась тканью и украшалась вышивкой, фольгой, бисером, драгоценными камнями, цветами, жемчугом. Часто вышивкой покрывалась и затылочная часть кокошника. Сзади кокошник завязывался лентами. По краям кокошника могли быть жемчужные нити – рясны, а спереди сетка из жемчуга – поднизь. Сверху кокошника часто надевали платки из шелка или шерсти и закалывали их под подбородком. Так же сверху кокошника могли прикреплять покрывало из кисеи, которое спускали сзади на спину. Кокошник относился к праздничному убранству женщины, в будни ограничивались более простыми головными уборами. Кокошник, расшитый жемчугом, надевали на свадьбу. Да и в целом, кокошник был скорее головным убором знатных и богатых людей.
Формы кокошников, как и обычай закрывать волосы замужним женщинам, очень древние. Возможно, они были заимствованы с ореолов, которые окружали головы святых на иконах. В XVII в. из культурных центров – Москвы и Ярославля – они распространились по России. Бытовавшие во всех северорусских и центральных регионах, а также на территории Сибири и русского Поволжья, они обладали ярко выраженными местными чертами, которые проявлялись в цветовой гамме, покрое, характере украшений. «Кокошник, цельный твердый головной убор, включавшийся в костюм с сарафаном, был различен в разных районах: в Торопецком уезде Псковской губернии – это головной убор с конусообразным верхом – “рогом”, украшенный по очелью “шишками”, в Тверской губернии – высокая шапка с плоским верхом, небольшими наушниками и поднизью, спускавшейся на лоб, в Костромской – головной убор с высоким треугольной формы очельем, украшенным золотой вышивкой, бисером, жемчугом и т. п.»



Характерно, что форма кокошника в виде месяца или солнца, связанная со световой семантикой, завершала ансамбль костюма точно так же, как световые символы увенчивали дом. Особенной красотой отличались головные уборы севера: высокие, расшитые узорами, напоминающими морозные, они искрились, как снег. В центральных и южных губерниях носили уборы поменьше, богато расшитые яркими многоцветными узорами и украшенные у висков белыми пушками.
Головной убор выполнял в ансамбле женского праздничного костюма не только особую декоративную, но и символическую задачу: орнаментация головных уборов представляла из себя магические символы. Не случайно со многими головными уборами напрямую связывали сведения об их магической силе. Например, в этнографических описях 1890-х гг. зафиксирован обычай: во время сватовства при отъезде из дома в карман жениху клали повойник для облегчения сговора с семьей невесты.
Цветовая гамма головных уборов соответствовала их магической роли оберега. Орнаментальные композиции, украшавшие головные уборы – крестообразные фигуры, зигзаг, треугольники, ромбы, звезды, – общеизвестны как символы жизненной силы и плодородия. Интересно по поводу происхождения этих узоров в России писал Ф. Буслаев: «Узоры на головных уборах ХVIIIIХ вв. ведут свое начало из глубокой старины. Внешние формы христианского искусства и культуры уже при самых зачатках нового христианского мира были заимствованы от классических народов, от греков и римлян, а они в свою очередь многое когда-то взяли из предшествовавшей им культуры ранних народностей востока».
В узорах, украшавших праздничные головные уборы, прослеживались самые древние общечеловеческие религиозные символы. Стихия воздуха представлялась, например, через образ птицы, стихия земли символизировалась растениями, животными, небесное пространство – змеями, а стихия воды – рыбами. Декоративное оформление головного убора участвовало в организации того образа, который «перекликался» с обрядовым значением убора. Любой декор, и прежде всего орнаментальный, всегда следовал пропорциям костюма, создавая тем самым особый композиционно-пластический строй. Узоры, изображаемые на девичьих головных уборах, несли в себе символику плодородия (растительные мотивы, птиц, и т.п.) Эти узоры сохранялись на девичьих уборах вплоть до начала XX века. Это были, например, стилизованные женские полуфигуры в виде пятилепестковых цветков, похожих на солнце. Из этого следовало, что девица достигла возраста, символизирующего детородный период.
У головного убора подчёлок, который девицы надевали на время девичника на свадьбе, очелье в центре украшено кругом с расходящимися лучами, то есть на первом плане очелья – солнце. На боковых лентах круглые розетки с лучами, выполненные мелким прозрачным бисером, жемчугом «вышивкой по бели», и украшены металлическими блёстками и стеклянными бусинами. Центральная лента, расположенная со стороны спины, украшена стилизованным узором из сложных геометрических двенадцати фигур в кругах – календарь культа Пятницы-Макоши. На девичьей повязке жемчугом вышиты пять розеток с узорами снежинок, нижнюю часть повязки украшает поднизь из жемчуга, напоминающая струи воды. Дождь, снег связаны с небесной сферой, как и солнце. Подобные изображения имеются только на повязках Архангельской губернии, где холодных снежных месяцев больше, чем в центральных и южных регионах России и указывают на почитание как солнца, так и воды.
Геометризованные человеческие фигурки с поднятыми руками осмысляются как изображение «девы», а с опущенными руками «богини-матери». Подобные изображения женского божества в двух образах были широко распространены в древности. В славянских землях издавна существовал культ рожаниц. Рожаницы были неразрывными спутницами верховного бога славян Рода – творца Вселенной, бога неба, природы и жизни, представления о котором тесно связаны со светом, огнём и красным цветом. Солнце было в самом близком родстве с богом Родом. В образном представлении народа оно связывалось с плодородием и чаще всего известно в женском облике. Когда солнце в узорах приняло человеческий облик, на голове у него стали изображать лучистый солнечный диск с крестом или заменяющий его ромб. И эта «лучистость» головы женского божества стала одной из самых характерных черт декора.
Изображения персонажа богини-матери, богини-девы не всегда одинаковы. Но в любом случае голова несет на себе солярную символику, причем у «девы» – это чаще всего лучистый диск, а у «матери» – завершение в виде двух загнутых лучей-рогов. Рогатость – устойчивая черта в вышивке и присуща только женским персонажам. Она является ещё и одним из определяющих признаков женских изображений. С упрочением христианства происходил постепенный длительный процесс отмирания языческих культов небесных сил, забвение их идеограмм, утрата функций магических оберегов. Постепенно первоначальный смысл древних символов был забыт, хотя они дошли в народном искусстве до наших дней, передаваясь по традиции от поколения к поколению, в том числе и в головных уборах. Женский головной убор представляет собой цельную космологическую систему, олицетворяет взаимосвязь с Мирозданием, способствует усилению мощи и защиты от тёмных сил.
У крестьянок традиционным головным убором, после кичек и кокошников, являются платки и шали (полушалки). 

Платком (древнерусская платъ) называется кусок ткани, обычно квадратной формы. В конце XIX века платки в качестве головного убора широко были распространены в России. В разное время года их носили девушки и молодые женщины. Платки придавали женскому костюму особую красочность и своеобразие. Сначала платки повязывали поверх головного убора (обычно кички), позже их стали носить самостоятельно, по-разному повязывая на голове. Девушки завязывали платок под подбородком, а иногда «по-бабьи» - концами назад (так носили платок и замужние женщины). Мода носить платки, завязав узел под подбородком, пришла в Россию из Германии в ХVШ-XIX вв., а образ русской женщины – «Алёнушки в платочке», завязанном таким образом, -сформировался уже в XX веке.
Встречались различные платки: холщовые с тканым узором по краям, обшитые кумачом и бархатом из шерсти; из набивного ситца, цветного шелка. По старинному поверью свадебный платок обладал особой магической силой. Он состоял из двух цветов – красного и белого. Красный цвет – цвет мужчины, белый – цвет женщины, их сочетание означало брак. В разные времена популярностью пользуются косынки или косые платки, т.е. платки треугольной формы, обычно разрезные (полный платок режется с угла на угол пополам), широко распространившиеся в XIX веке. В русском языке даже существовал глагол, описывающий процесс создания такого платка – «косынить» платки, т.е. резать пополам, на косынки. Косынки изготавливались из хлопчатобумажной или шелковой ткани, были пуховые косынки. В некоторых регионах России, в частности в Рязанской губернии, женщины в особо горестные дни – дни похорон и поминаний – покрывали головы белыми косынками, которые получили название тужильных (от славянского слова «тужить» – горевать, кручиниться).


Своеобразным символом русской культуры является оренбургский пуховый платок. До сих пор восхищают белые ажурные «паутинки», которые умещаются в скорлупе гусиного яйца и проходят через обручальное кольцо. Первые упоминания о них появились ещё в конце XVII века, когда русские, закрепившись на Урале, начали торговые отношения с местным населением. Суровый местный климат заставил переселенцев использовать одежду, связанную из козьего пуха. Художественные приёмы вязания складывались веками. Особую известность промысел вязания из козьего пуха получил после всемирной выставки в 1862 году, когда в Лондоне в «хрустальном дворце» среди многих сотен экспонатов впервые были представлены оренбургские пуховые платки.

Термин «шаль», обозначающий большой вязаный или тканый платок, разного вида и размера, часто с красочным цветным узором, известен в России с конца XVIII века. Особое распространение на Руси это слово получает после 1820 года, когда появилось стихотворение А.С. Пушкина «Черная шаль»:
Гляжу, как безумный, на черную шаль,
И хладную душу терзает печаль…
Из египетского похода Наполеон привез в подарок Жозефине шаль индийской работы изумительной красоты, и этим ввел в Европе моду на шали, сначала во Франции, потом в Германии. А оттуда через Саксонию они попали на русские фабрики и здесь прочно утвердились под названием «саксонский товар». Шаль стала традиционной формой русского женского головного убора. По шали легко определялось не только социальное, но и семейное положение. Шаль могла «рассказать» и о родном крае женщины. Суровый климат и величественная красота Севера отражались в белой ткани, вышитой на концах серебряными нитями. Яркие распустившиеся цветы, густая трава и молодые веточки изображались на шалях теплого южного края России.
Шали украшались разными способами: их вышивали вручную, вязали на спицах, ткали на ручном станке. Рукотворные шали были трудоемкими по изготовлению и украшению, именно поэтому каждая из них неповторима своей красотой и расцветкой. Всемирной популярностью стали пользоваться павловские шали и платки с «плавающими цветами», получившие свое название по городу, в котором они до сих пор производятся – Павловский Посад, и стали неподвластными времени образцами народного рукоделия.
Наши русские головные уборы – бесконечный кладезь вдохновения для творчества. Иногда думаешь, как жалко, что ушла из нашей жизни эта красота. И увидеть ее можно только на картинах русских художников, да, может быть, в театре. Но вдруг в современной толпе видишь юную девушку в вязаной шапочке, и вдруг понимаешь, да это же просто пра-прабабушкин кокошник, только на современный манер. Ведь правда, похоже? 





Использованная литература:
Русский народный костюм. – Государственный исторический музей. М., Сов. Россия, 1989.
Кислуха Л.Ф. Народный костюм Русского Севера XIX- начала XX века в собрании Государственного музейного объединения «Художественная культура Русского Севера» // Л.Ф. Кислуха. М. : Северный паломник, 2006.
Лотман Ю.М. Лекции по структурной поэтике // Ю.М. Лотман. М. : Гнозис,1994.
Маслова Г.С. Народная одежда в восточнославянских традиционных обычаях и обрядах XIX - начала ХХ веков/Г.С. Маслова. – М. : Наука, 1984.
Бушухина И.В. Оренбургский пуховый платок: книга-альбом. – Оренбург: Оренбургское книжное изд-во, 2007. Т. 1.
Мерцалова М. Н. Поэзия народного костюма // М.Н. Мерцалова – М.: Мол. гвардия, 1988.
Брюханова Ю. зав.сектором отраслевой
литературы Центральной библиотеки им. А.С. Пушкина

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...