воскресенье, 29 мая 2022 г.

«Певец мая» Константин Фофанов

 к 160-летию поэта 

«Я сердце своё захотел обмануть,

а сердце меня обмануло…»


Константин Михайлович Фофанов в 80-е годы XIX века был одним из популярнейших поэтов-лириков, но в XX остался в тени, хотя по объему творческого наследия он принадлежит к числу плодовитых поэтов «Серебряного века». Многие вспомнят его строчки, которые цитирует Киса Воробьянинов в «12 стульях», обихаживая Лизу: «Это май-баловник, это май-чародей, веет свежим своим опахалом».

Родившийся 30 мая 1862 года в Петербурге в купеческой многодетной семье и не получивший достаточного образования из-за разорения отца-пьяницы, мальчик с шести лет увлекся чтением, а в 13 лет начал писать стихи. Любимыми его авторами были Пушкин, Кольцов и Некрасов. В 16 лет Константин увлекся Библией и, порвав с родными, ушел из дома, став поэтом-профессионалом.

Примечательно стихотворение, написанное им в 18 лет, в 1880-м году:

Не бойся сумрака могилы,

Живи, надейся и страдай…

Борись, пока в душе есть силы,

А сил не станет – умирай!

Жизнь – вековечная загадка,

А смерть – забвение её.

Но, как забвение, ни сладко,

Поверь, что слаще бытиё.

 

Впервые его стихи «Из библейских мотивов» появились в газете «Русский еврей» 8 июля 1881 года. И Фофанов стал печататься практически во всех изданиях регулярно. В 1887 году вышел первый его сборник «Стихотворения», который доброжелательно был отмечен критикой и даже выдвигался на соискание Пушкинской премии. Сборник, имевший невероятный успех, отметили Репин, Чехов, Толстой. Илья Репин написал портрет поэта и был ему близким другом до самой смерти. А Чехов писал Григоровичу: «Из поэтов начинает выделяться Фофанов. Он действительно талантлив».


Много в творчестве Константина Фофанова было декадентских ноток – пассивность, пессимизм, бегство «в волшебный мир неуловимых сил». Он разошелся с литературными аристократами, считая, что они разрушают своим кривляньем дело Пушкина. В стихотворении «Декадентам» поэт писал:

Прочь, князья уродства,

Душен ваш бесчувственный огонь…

 

Так литературоведами Константин Михайлович Фофанов был причислен к декадентам из-за отрешенности и отказа принятия реальности в пользу иллюзий и фантастических идей, а также из-за поиска новых путей в литературе. Фофанов жил как будто в «двух мирах» и признавался в этом:

Блуждая в мире лжи и прозы,

Люблю я тайны божества:

И гармонические грёзы,

И музыкальные слова.

Люблю, устав от дум заботы,

От пыток будничных минут,

Уйти в лазоревые гроты

Моих фантазий и причуд…

 

Удивительно романтично поэт описывал лирический пейзаж, он был певцом весны и мая. Его стихи отличались кристальной чистотой и напевностью. Многие из них положены на музыку.

«Звезды ясные, звезды прекрасные

Нашептали цветам сказки чудные;

Лепестки улыбнулись атласные,

Задрожали листы изумрудные…»

 

«Быть может тебя навестить я приду

Усталой признательной тенью

Весною, когда в монастырском саду

Запахнет миндальной сиренью?»

 

Неисправимый романтик, поэт умел передать смутное состояние души особыми пленительными строками:

Едва-едва забрезжило весной,

Навстречу вешних дней мы выставили рамы,

В соседней комнате несмелою рукой

Моя сестра разучивала гаммы.

Духами веяло с подержанных страниц, –

И усики свинцово-серой пыли

В лучах заката реяли и плыли,

Как бледный рой усталых танцовщиц…

 

В период революционного движения его поэзия была отдушиной. В 1889 году вышла вторая книга стихов, в 1892 – третья под названием «Тени и тайны». А десятилетие между 1885 и 1895 годами получило определение «фофановское».


В 1887 году Константин Фофанов женится на Лидии Константиновне Туполевой, выпускнице Смольного института, бесконечно влюбленной в него и его стихи. Она «подарила» поэту 11 детей, двое их которых умерли. Окруженный детьми, живущий в нищете и отчаянии, поэт пристрастился к алкоголю, как и многие поэты, зарабатывающие только стихами. От нужды он пытался дать объявление «Желаю получить место швейцара, дворника или полового». И этот болезненный от природы человек ощущал себя очень неуютно и тоскливо в городе, стараясь укрыться от грохочущей цивилизации:

«Столица бредила в чаду своей тоски,

Гоняясь за куплей и продажей;

Общественных карет болтливые звонки

Мешались с лязгом экипажей…»

 

«Мелькают, как птицы, моторы

И пыль по дороге кружат,

И слепнут прохожего взоры,

И кажется, камни дрожат…»

 

«Мы при свечах болтали долго

О том, что мир порабощен

Кошмаром мелочного торга,

Что чудных снов не видит он…

 

После нервного потрясения от смерти маленьких детей и лечения психической болезни поэт с семьёй переезжает в Гатчину. Здесь Фофанов знакомится Игорем Северяниным, который стал его горячим поклонником и другом. Игорь Северянин вспоминал: «Фофанов был обаятельным, мягким, добрым, ласковым и сердечным человеком, очень нравственным, религиозным и даже застенчивым по-детски». «Наш добрый Фофан» – так называли его друзья, считающие поэта самым чудаковатым и самым талантливым, вся жизнь которого была полна испытаний и лишений.

Игорь Северянин писал в посвящении своему учителю Константину Фофанову в «Медальоне»:

«Он, суеверный в сумерки влюбленный,

Вином и вдохновеньем распаленный,

Вливал в стихи свой скорбный виноград».

 

Революция 1905 года, не принятая поэтом, лишает его последних читателей. Нищета достигает предела, повторяются приступы его заболевания, попытки суицида. Кроме него самого пьет и жена, тоже душевно больная. Загнанный в угол, поэт пытается продать пятнадцать томов своих сочинений всего за тысячу рублей. За саркастический экспромт с намеком на Александра III он попадает в тюрьму на две недели, как политически неблагонадежный.


Поздняя лирика поэта под натиском жизненных невзгод звучит покорно и печально, а его герой – растерянный и усталый: «Чего хотим? И что мы ловим, идя озлобленным путем?..», «Мой голос слаб, мой факел темен, иду неверною тропой...», «В мире душно и позорно, и обидно жить...», «Догорает мой светильник...», «Я весла опустил, плыву я по теченью...».


Он, возможно, не попал в ногу со временем, как другие поэты Серебряного века, отвечающие на запросы своей громкой эпохи, но он был гениальным поэтом, владеющим богатейшим поэтическим арсеналом! Его сын Константин, очень похожий на отца, тоже стал поэтом.

У поэта два царства: одно из лучей

Ярко блещет – лазурное, ясное;

А другое безмесячной ночи темней,

Как глухая темница ненастное.

В темном царстве влачится ряд пасмурных дней,

А в лазурном – мгновенье прекрасное.



Фофанов умер в больнице Петербурга 30 мая 1911 года от воспаления легких при общем истощении организма, да еще при психическом заболевании в возрасте 49 лет. Как и положено романтику, он родился и умер в один день. Между двумя этими майскими днями было 49 лет тяжелейшей работы, пьянства, нищеты, безумия и поэзии. Чувствуя свою кончину, он написал траурную «Элегию»:

Мои надгробные цветы

Должны быть розовой окраски:

Не все я выплакал мечты,

Не все поведал миру сказки.

Не допил я любовных снов

Благоуханную отраву,

И не допел своих стихов,

И не донес к сединам славу.

А как был ясен мой рассвет!

Как много чувств в душе таилось!

Но я страдал, я был поэт,

Во мне живое сердце билось.

И пал я жертвой суеты,

С безумной жаждой снов и ласки!

Мои надгробные цветы

Должны быть розовой окраски!

 

Похоронили Константина Фофанова на Новодевичьем кладбище, где его провожали 300 человек и многие плакали.


Май

Бледный вечер весны и задумчив и тих,

Зарумянен вечерней зарею,

Грустно в окна глядит; и слагается стих,

И теснится мечта за мечтою.

Что-то грустно душе, что-то сердцу больней,

Иль взгрустнулося мне о бывалом?

Это май-баловник, это май-чародей

Веет свежим своим опахалом.

Там, за душной чертою столичных громад,

На степях светозарной природы,

Звонко птицы поют, и плывет аромат,

И журчат сладкоструйные воды.

И дрожит под росою душистых полей

Бледный ландыш склоненным бокалом,

Это май-баловник, это май-чародей

Веет свежим своим опахалом.

Дорогая моя! Если б встретиться нам

В звучном празднике юного мая —

И сиренью дышать, и внимать соловьям,

Мир любви и страстей обнимая!

О, как счастлив бы стал я любовью твоей,

Сколько грез в моем сердце усталом

Этот май-баловник, этот май-чародей

Разбудил бы своим опахалом!..

1885 г.


Источники:

1. Молитвы русских поэтов. XI–XIX: антология / Всемирный русский народный собор; [сост. В. И. Калугина]. – М.: Вече, 2010.

2. Лучшие стихи Константина Фофанова. – URL:  https://www.beesona.ru/stihi/fofanov/

3. Тарланов, Е. З. Константин Фофанов: Легенда и действительность. – Петрозаводск, 1993.

4. Русская поэзия «серебряного века»: 1890–1917: Антология. – М.: Наука, 1993.

5. Сапожков, С. «Мир еще в хаосе, но мир зиждущийся и живой» (о поэтических исканиях Константина Фофанова) //Вопросы литературы. – 2011. – № 3 – С.275–326.

6. Безелянский, Ю. Н. 99 имен Серебряного века. – М.: Эксмо, 2008. – С.387–392.

 

Татьяна Мишина, библиотека № 10

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...