воскресенье, 24 ноября 2019 г.

Каша сказочная, фэнтезийная, боевая и фантастическая



Сегодня воскресенье, выходной, и есть время приготовить вкусный и полезный завтрак. А что может быть полезнее каши? Вооружимся книгами (но не кулинарными, а художественными) и выберем кашу по вкусу – фэнтезийная, сказочная, боевая и фантастическая. Какая понравится вам?

Милена Завойчинская «Дом на перекрёстке»
Я не разрешу вам смотреть мультики, а еще не дам вкусную богатырскую кашу и горячее какао, — и с самым серьезным выражением лица обвела детей взглядом.
— А богатырская — это какая? — уточнил второй мальчишка, и у него в животе громко заурчало.
— Манная, конечно. На молоке, с сахаром и маслом.
— А какао — это что? — снова влез первый пацаненок, и его желудок тоже выдал руладу.
— А это вкусный, сладкий, горячий шоколадный напиток.


— Леди, — тихо позвала не выдержавшая девочка, — а мультики, которые нужно смотреть — это что?
— Это такие детские спектакли, которые можно посмотреть в любое время по желанию. Очень смешные и интересные. Вам понравится.
Обе демоницы расслабились и с улыбкой слушали мои слова, а мальчишки тут же забыли, что меня надо бояться и вперед выступил один из них.
— Леди, мы не будем обижать вашего кота и щенка, — он снова шмыгнул носом. — Мы зверей любим.
— Но можно, мы будем с ними просто играть? — тут же добавила девочка.
— Просто играть — можно, — я улыбнулась. — А сейчас быстро в ванну, и чтобы вышли оттуда чистые, как гусята.
— Ну, ты сурова, — рассмеялся за моей спиной Эйлард, когда Янита увела наших новых жильцов. — У тебя же вроде нет младших братьев и сестер. Ты откуда так с детьми научилась общаться?
— В старших классах школы практика была в детском саду, — я рассмеялась и повернулась к мужчинам. — Там, правда, детишки помладше были. Этим, вроде, лет по пять. Но дети они и есть дети.
— Виктория, а мне можно попробовать вашу богатырскую кашу и какао? — с улыбкой спросил меня мой телохранитель. — Вы так вкусно их описали, что у меня самого аппетит проснулся, — только он произнес последнее слово, как у него действительно громко заурчало в животе.
Все, не могу. Цирк-шапито приехал, и я, не выдержав, расхохоталась. И через пару секунд ко мне присоединились оба блондина.
— Вик, я тоже хочу какао, — выдавил сквозь смех Эйлард.
Ну и пошли мы все пить какао и есть кашу. К тому времени, когда Янита привела в кухню демониц с вымытыми чистенькими детишками, как раз все и приготовилось. Эриливу тоже выдали тарелку богатырской каши, и он под веселыми взглядами малышей ее с аппетитом ел.
— Ешьте, ешьте, -— с улыбкой сказала я мальчишкам, которые недоверчиво ее разглядывали. — Видите какой большой дядя? Вот и вы вырастете такими же большими, сильными и красивыми.

Софья Прокофьева «Лоскутик и облако»

В этот вечер в королевской кухне царила небывалая, невообразимая суматоха. Без толку сновали поварята в белых колпаках больше их самих. От их колпаков по стенам метались тени, похожие на гигантские грибы. В углу всхлипывали и сморкались в кружева пять придворных дам.
Главный повар, человек по натуре очень нервный, капал из склянки в рюмочку успокоительные капли.
— Когда я так нервничаю, у меня получаются очень нервные супы и взволнованные компоты, — жаловался он сам себе.
Маленький поварёнок толкнул его под локоть. Лекарство взлетело вверх из рюмки. Главный повар хлопнул поварёнка по его огромному колпаку. Звук получился как от разорвавшейся хлопушки. Оглушённый поварёнок, моргая, сел на пол.
На кухню один за другим вбегали слуги с золотыми блюдами. Они сообщали ужасные новости:
— Его величество швырнули пирожки прямо в бульон!
— Ничего подобного! Он вылил бульон прямо в блюдо с пирожками!
В довершение всего на кухню ввалилась снежная баба, если только на свете может быть снежная баба, от которой клубами валит горячий пар. Говоря попросту, это был слуга, весь, с головы до ног, облепленный манной кашей. — Комочки… — сквозь манную кашу, забившую ему рот, еле выговорил слуга.
— Комочки?! — бледнея, повторил главный повар. — Как? Что? Не может быть!
— Я-то при чём? — всхлипнул слуга. С его растопыренных рук пластами съезжала манная каша и с приятным звуком шлёпалась на пол. — Я подал её. Его величество изволили даже улыбнуться…
— Улыбнуться?! Тебе?!
— Не мне, а каше. Они изволили отправить в рот одну ложку и вдруг как завопят: «Комочки!..» Потом они начали икать, стонать, плеваться, вопить и топать ногами. А потом… — Снежная баба развела руками, указывая на себя.
— Кто варил кашу?
Пять придворных дам засморкались ещё жалобней.
— Где Барбацуца?
— За ней послали девяносто семь голубей, карету, пятерых стражников верхом и капитана.
Вбежал перепуганный слуга:
— Его величество требуют манную кашу. Сейчас же! Немедленно!
Вбежал ещё один слуга:
— Его величество стучат ложкой по столу!
Главный повар опёрся рукой о плиту и тут же завертелся волчком, хватаясь обожжёнными пальцами за мочку уха.
— Нельзя меня так нервировать! Мои соусы и подливки! Мои пирожные! Им передаётся моё настроение!
— Едут! Едут! — заверещал поварёнок, подскакивая около окна.
По мосту, изогнутому, как спина испуганной кошки, катила карета.
— Её любимую кастрюлю с помятым боком! Её старую поварёшку!
Через минуту двери распахнулись, и в кухню со скоростью летящего снаряда ворвалась Барбацуца.
Все как-то сразу стали пониже ростом, потому что у всех невольно подогнулись колени.
Барбацуца была тощая, длинная старуха. Один глаз у неё был закрыт чёрной повязкой, что делало её удивительно похожей на морского разбойника. В другом глазу полыхало поистине адское пламя, отчего она сразу становилась похожей на ведьму. Остальное было не лучше. Длинный нос криво оседлали разбитые очки с закинутой за одно ухо петлей из бечёвки. Из-под чепца торчали пучки волос, напоминающие перья седой вороны. Одета старуха была в старый домашний халат, на ногах стоптанные шлёпанцы.
— Лентяйки! Бездельницы! Белоручки!
Придворные дамы разом уткнулись носами в коленки.
Только мелко дрожали лопатки.
— Молоко! — рявкнула Барбацуца.
Она опрокинула кувшин с молоком над кастрюлей, щедро поливая молоком раскалённую плиту.
— Соль! Сахар! Крупу! — послышалось из клубов молочного пара.
Всё это Барбацуца тут же, не глядя, бухнула в кастрюлю.
— Дровишек!
Загудело пламя.
Барбацуца взгромоздилась на табуретку. В клубах белого пара мелькнули её локти, зелёные, как недозрелые бананы. Барбацуца повыше засучила рукава и старой поварёшкой принялась размешивать кашу.Пузыри вздувались и оглушительно лопались, как будто в кастрюле началась война. Летела к потолку копоть и чёрными бабочками валилась в кашу.
— Готово, — прошамкала Барбацуца.
Двое слуг с благоговением наклонили кастрюлю. На золотое блюдо потекла манная каша: белая, пышная, как взбитые сливки. Маленький поварёнок подцепил пальцем повисшую на кастрюле каплю, лизнул палец и зажмурился.
Слуга поднял блюдо над головой и вышел торжественным шагом.
— Дорогая Барбацуца! — растроганно сказал главный повар. — Вы знаете, манная каша — самое любимое блюдо нашего короля. А манная каша, которую варите вы, божественна, бесподобна. Вероятно, вы знаете секрет, как её варить.
— Надоело… — мрачно проворчала Барбацуца, глядя вниз и шевеля пальцами, вылезшими из драной туфли.
— Как — надоело? — изумился и испугался главный повар.
— Я тоже человек… Всю жизнь — манная каша. Без выходных. Надоело.
— Дорогая Барбацуца, я начинаю волноваться… — с дрожью в голосе сказал главный повар.
— А кто обещал мне помощниц?
— Но… — Главный повар беспомощно указал на придворных дам, уткнувшихся в носовые платки. Можно было подумать, что носовые платки просто приросли к их носам.
— Эти?! — взвизгнула Барбацуца. — Манную кашу надо хорошенько мешать, размешивать, перемешивать. Вот и весь секрет.


— Дорогая Барбацуца! — сказал главный повар, на цыпочках подходя к ней. — И всё-таки самое главное блюдо должны приготовить именно вы. Вы должны сварить вашу божественную манную кашу. Для этого уже привезли пять бидонов молока.
Барбацуца заглянула во все пять бидонов. С недоверчивым видом понюхала молоко. Потрясла над бидонами руками. Затем зачерпнула поварёшкой молока из одного бидона, отхлебнула немного, да вся так и передёрнулась.
— Оно же кислое! - прорычала она.
Попробовала молока из второго, вся сморщилась:
— И это кислое!
Попробовала из третьего, из четвёртого…
— Что вы мне подсовываете? Это же простокваша!
Во всех пяти бидонах оказалось скисшее молоко. Главный повар встревожился не на шутку.
— Что такое? Отчего оно могло скиснуть? — спросил он, немного бледнея.
— «Отчего, отчего»! — передразнила его Барбацуца. Какую жарищу развели! Я сама тут чуть не скисла, не то, что молоко!
Главный повар побледнел окончательно.
— Дорогая Барбацуца, я немедленно прикажу всем королевским коровам подоиться ещё раз. Будьте спокойны, я их заставлю. Молоко будет.
— А оно опять скиснет, — ехидно ухмыльнулась Барбацуца. — Нет, придётся сегодня сварить манную кашу на воде.
— На воде?! — Не только глаза, но и стёкла очков у главного повара стали испуганными. — Да ни один король на свете никогда не ел манной каши на воде!
— А нашему сегодня придётся её отведать. Ничего не поделаешь. Каша на воде…
— Нет, нет, не говорите этих страшных слов! Неужели ничего нельзя придумать?
— Ничего! — решительно рявкнула Барбацуца.
— Но всё-таки, умоляю вас!
— Нет, нет, сделать ничего нельзя. Хотя, впрочем…
— Что? Что? Да говорите же!
— Если принести… Да нет, это невозможно.
— Нет, дорогая Барбацуца, вы всё-таки скажите!
— Если принести из погреба льда и поставить молоко на лёд, тогда оно не скиснет.
Повар отступил на несколько шагов и отчаянно замахал руками.
— Это невозможно! Вы же прекрасно знаете, в погреб никого не пускают!
— Так я вам всё время и твержу, что невозможно. Просто я сварю кашу на во…
— Не говорите этих ужасных слов! — вскричал повар. — Моя заливная рыба! Она получится слишком нервной. Мои взбитые сливки! Они будут взволнованы. А король терпеть не может взволнованных взбитых сливок!
— Что поделаешь, каша будет на…
— Хорошо! Я попробую. Начальник королевской стражи — мой троюродный брат. Это такой души человек. Благородный, отзывчивый, бескорыстный…
— Дело ваше, — равнодушно сказала Барбацуца и отвернулась. Но она так стиснула руку Лоскутика, что чуть её не сломала.
— Сам спущусь в погреб, принесу ведро льда. — Главный повар со вздохом обмотал горло тёплым шарфом, потуже натянул на уши свой поварской колпак.
— Иди, иди, голубчик! - Барбацуца захохотала так оглушительно, что шоколадный торт, слабо охнув, осел несколько набок.
— А что? Что? — встревожился главный повар.
— А то, что во льду тоже надо разбираться. Синий лёд слишком холодный, молоко перемёрзнет. Жёлтый - слишком быстро тает. Зелёный брать нельзя ни в коем случае, он бывает ядовит, особенно в конце месяца…
— Барбацуца! — взмолился главный повар. — Не в службу, а в дружбу: сходите сами. Я в этом ничего не понимаю.
— Ни за что! У меня и так нос заложен. — Барбацуца угрожающе затрубила носом.
— Прошу вас! — Все кости ломит. Ночью ноги так и сводит.
— Умоляю!
— Кашель мучит! — Барбацуца вся затряслась от кашля.
— Заклинаю!
— Ладно уж, — нехотя согласилась Барбацуца.
— Не знаю, как благодарить вас, милая Барбацуца! — с облегчением воскликнул главный повар. Он поспешно схватил десяток жареных уток, фаршированного индюка, двух поросят и огромную рыбину на серебряном блюде.
— А это для кого? — насмешливо спросила Барбацуца. Главный повар немного смутился. — Мой троюродный брат… Он такой бескорыстный… Но знаете ли, не любит, когда к нему с пустыми руками… И, накинув себе на шею ещё три связки колбас, главный повар покинул кухню.
...Барбацуца с торжествующим видом заявилась на кухню с полным ведром льда. Две скромные румяные девушки внесли бидон с молоком. Барбацуца ударила ногой по ведру, ведро опрокинулось, лёд рассыпался по полу.
— Вы сошли с ума, дорогая Барбацуца! — в испуге воскликнул главный повар. — Что вы делаете? Молоко опять скиснет!
— Не скиснет, — загадочно сказала Барбацуца. — Думаешь, молоко глупее тебя? Нет, милый, ему достаточно знать, что на кухне есть лёд.
И действительно, на этот раз молоко и не подумало скиснуть. Густой белой струёй оно потекло в кастрюлю. Барбацуца вскарабкалась на табуретку. Никогда ещё она не варила манную кашу с таким вдохновением. Повара и поварята испуганно прилипли к стенам. В клубах пара лицо Барбацуцы то сжималось, то растягивалось. Как бешеная вертелась в руках поварёшка. Барбацуца даже что-то напевала. Это было потрясающе. Никто никогда не слышал, чтобы она пела. Как ты уже знаешь, мой читатель, троюродный брат главного повара был начальником королевской стражи. Но у главного повара имелся ещё двоюродный брат. Этот двоюродный брат был морским разбойником. Главный повар, слушая песню Барбацуцы, даже струхнул немного. Эта песня живо напомнила ему самую кровожадную песню пиратов.
— Каша готова! — воскликнула Барбацуца и швырнула в угол поварёшку.
О, какая это была каша! Она напоминала крем, взбитые сливки, горячее мороженое, морскую пену — всё, что хотите, только не обыкновенную манную кашу.

Зоя Воскресенская «Девочка в бурном море»

Она решительно забирает на одну руку Джонни, под другую руку Пикквика и спускается в камбуз. Надо приготовить Джонни кашу, да и Пикквик не особенно насытился из тарелки Паррота. Щенком только позабавились и не позаботились покормить. В камбузе Антошка включила электроплиту, вскрыла банку со сгущенным молоком, влила в кастрюльку воды, положила туда две ложки сгущенки и поставила кипятить. А пароход качнуло — то ли он менял курс, то ли волна стала круче, — и Джонни растянулся на полу.
— Ну, ну, не плачь, — подняла его Антошка. — Куда же тебя пристроить?
В углу стоит пустой бочонок из-под рыбы, но внутри он залеплен чешуей. Антошка тряпкой обмахнула чешую и водворила туда Джонни. Малыш держался руками за край бочонка: ему это понравилось. Пикквик прыгал вокруг и старался лизнуть мальчика в лицо.
— Вот я и тебя туда посажу, чтобы ты не мешал мне. — Антошка сунула в бочонок и щенка.
Теперь оба малыша выглядывали из бочонка и оба смеялись. Джонни показывал свои жемчужные зубы, а Пикквик смеялся от уха до уха, обнажая целую коллекцию белоснежных зубов всех размеров. Каша закипела. А где-то наверху слышен рев моторов, стрельба.
— Слышите, какой идет бой, — приговаривает Антошка, помешивая кашу. — Это наши советские самолеты сбивают фашистские «юнкерсы».
Джонни хочет есть, он нетерпеливо требует каши, и Пикквик, почуяв запах молока, тоже скулит, и оба голодными глазами смотрят на нее, свою кормилицу. Антошка балансирует у плиты, мешает кашу, громко приговаривает, стараясь заглушить внутренний страх. Каша готова. Антошка вылила ее в тарелку — пусть постынет. Хотела повернуть кран, выключить плиту и вдруг подумала о том, что кончится же стрельба и все придут в кают-компанию, а Улаф занят где-то там, наверху, и обеда не будет. Антошка заглянула в рундук. Да, она поможет Улафу — почистит картошку, порежет овощи. Вытащила из бочонка Джонни. В его волосах и на комбинезончике налипла чешуя, он весь пахнет рыбой. Посадила мальчика на колени, кормит кашей и все время непрестанно приговаривает, подавляя страх в себе. Джонни не заставляет себя просить: он, как голодный галчонок, широко открывает рот и глотает кашу. А Пикквик рвется из бочонка — он тоже голоден. Теперь малыши меняются местами. Джонни снова в бочонке, а в мисочку Пикквика выскребаются остатки каши. Горячо? Подожди, потерпи, пока остынет. Пикквик царапает лапами пол, двигает носом миску. Антошка подливает в кашу холодной воды: — Ешь, щен! — и принимается за овощи.


Каждая часть книги «Спектр» Сергея Лукьяненко предваряется гастрономическими экскурсами и рассуждениями на тему вкусной еды. Предлагаю вашему вниманию рецепт блюда, приведенный в прологе к части четвертой (текст рецепта и комментарии — авторские):
Рисовая каша
Мартин отмерил двести миллилитров риса — обычной среднезернистой иберики, сорта демократичного и доступного любому работящему человеку. Была у иберики легкая тенденция к слипанию при варке, но при правильном приготовлении вполне преодолимая.
Мартин готовил кашу правильно.
Высыпанный в кастрюльку рис Мартин залил тремястами миллилитрами кипятка. Вода, конечно, была не из-под крана, а из нормальной пятилитровой фляги с питьевой водой. Это там, на пыльных тропинках далеких планет, Мартин готов был пить воду из козлиного копытца. Дома опускаться нельзя! Эту истину всегда соблюдали английские джентльмены, отправляясь нести бремя белого человека, и в большинстве своем тоже жили долго и счастливо — если не умирали от дизентерии. Кастрюльку Мартин закрыл тяжелой плотной крышкой и поставил на сильный огонь. Электрические плиты — для американцев. Они к синтетике привычные. Ровно три минуты каша бурлила на сильном огне. Мартин бдительно поглядывал, чтобы крышка не подскакивала и не выпускала драгоценный пар. Но кастрюлька тоже была правильная и пар держала. Через три минуты Мартин убавил огонь и поставил таймер на семь минут. Каша начала успокаиваться, вариться по-настоящему. И последние две минуты Мартин позволил каше попыхтеть на слабом-слабом огне, уже не разогревающем, а лишь поддерживающем тепло. Двенадцать минут — не так уж и тяжело, верно? Выключив огонь, Мартин, разумеется, не стал снимать кашу с плиты и не открыл крышки.  Дав каше настояться ровно двенадцать минут, Мартин открыл крышку. С улыбкой, как на доброго старого знакомого, посмотрел на рассыпчатую, но одновременно плотную кашу. Отсек от пачки кусочек сливочного масла размером с солдатскую пайку — тридцать граммов. Бросил поверх риса. И аккуратно размешал кашу ложкой — следя за тем, чтобы именно размешивать, но ни в коем случае не растирать, не разминать.

Каша в литературе:
Русская народная сказка «Каша из топора»
Николай Телешов «Крупеничка»;
Братья Гримм «Горшочек каши»;
Дмитрий Мамин-Сибиряк «Притча о молочке, овсяной кашке и о сером котишке Мурке»;
Федор Достоевский «Братья Карамазовы»;
Михаил Шолохов «Поднятая целина»;
Николай Носов «Мишкина каша», «Незнайка на Луне»;
Виктор Драгунский «Про кашу»; «Сказка о гречневой каше»; «Горшок»; «Тайное становится явным» из книги «Денискины рассказы»;
Свен Нурдквис «Рождественская каша»

Дополните список?

А теперь рецепты каш от гуру кулинарии:
В.В. Похлебкин «Каши»

В русской кухне каши издавна делились по консистенции на три основных вида — — кашицы (или жиденькие кашки), размазни (или вязкие каши) и крутые, рассыпчатые Каждый из перечисленных видов отличается количеством жидкости, в которой варится каша. Чем больше воды ( молока, бульона), тем жиже каша. Кроме того, в более жидких кашах есть еще и слизь, которая при приготовлении крутых каш либо сливается, либо не успевает вывариться из зерна. Наличие или отсутствие этой слизи придает кашам в целом различный вкус. Надо еще иметь в виду, что изменить, соотношение между крупой и жидкостью уже после того, как каша начала вариться, нельзя. Иными словами, нельзя выпарить воду после соединения ее с крупой так, чтобы это не отразилось на консистенции (как это можно сделать с корнеплодами или бобовыми), нельзя превратить жидкую или вязкую кашу в крутую, рассыпчатую. Вот почему так важно правильно залить крупу водой для получения каши того или иного вида. При этом удобнее руководствоваться соотношениями объемов воды и круп (столько-то стаканов крупы на столько-то стаканов воды). Соблюдая определенное соотношение воды и крупы, можно сократить время варки каш на газовой плите до 15-20 минут. Для этого надо, например, менять среду, в которой варится крупа, дважды: вначале легко отваривать крупу в большом количестве подсоленного кипятка, затем лишнюю воду со слизью сливать и доваривать кашу в молоке. Такой прием можно использовать для рисовой, пшенной и ячневой каш. А для гречневой каши важно точно отмерить воду: ровно вдвое по объему больше, чем крупы, и выпарить эту воду, не мешая кашу, за 15 минут. Для овсяной каши соотношение иное: на 2 стакана овсяной крупы 3 стакана воды. Эту воду быстро выпаривают, заливают кашу 0,5-1 стаканом мясного бульона и уваривают, обязательно помешивая.
В процессе варки кашу нужно все время помешивать (кроме гречневой и рисовой), следить, чтобы не подгорела, сливать излишнюю воду, доливать молоко и т.д. Надо обращать внимание и на состояние крупы: ее спелость, засоренность и т.п. Рассыпчатую гречневую кашу, например, можно сварить только из спелой гречихи без зеленоватого отлива, в противном случае каша получится вязкой, как бы ее ни варили. Однако каша в чистом виде еще не каша. Вкус ее будет во многом зависеть от того, чем ее сдобрили и приправили. Для этого надо хорошо знать и чувствовать, что подходит к данному виду крупы и каши, с чем она лучше сочетается. Конечно, прежде всего к кашам идет масло. «Кашу маслом не испортишь», - гласит пословица. Но масло отнюдь не единственная и, главное, не первая добавка в кашу, а заключительная. Самыми же распространенными добавками в каши являются молочные продукты — молоко, простакваша, пахта, сметана, творог и сливки. Фактически они идут во все виды каш и часто составляют шестую, а то и четвертую часть их объема. Второе место по частоте применения в качестве добавок занимают мясо, рыба, горох, яйца и грибы. Первые три продукта используются чаще всего в кашицах (особенно рыба), последние два — в рассыпчатых кашах. Лук идет во многие виды каш.
К некоторым кашам подходят подмешиваемые в небольших количествах тыквенное пюре (к пшену) и мак (к ячневой каше). Для создания же сладкой гаммы, кроме сахара, используют варенье, мед, изюм, урюк, курагу, орехи, свежие фрукты, шоколад, подходящие к белым кашам (манной, рисовой, саго). Из пряностей в каши идут черный и красный перец, петрушка, сельдерей, пастернак, чеснок, корица, бадьян, цедры, мускатный орех, ваниль.
Что же касается, наконец, масел, то здесь годятся почти все животные и растительные масла. Свинное нутряное сало и бараний жир идут в основном в горячие кашицы.
Для рассыпчатых каш исстари использовали сливочное и топленое масла, а из растительных — подсолнечное, конопляное, маковое, ореховое, в том числе и миндальное.
В печи и в духовке кашу лучше всего варить в глиняных горшках и чугунках, а при наплитном приготовлении — использовать металлическую посуду, преимущественно алюминиевую с закругленным дном, типа котелков. Только жидкие кашицы можно варить в эмалированной посуде, но все время следить, чтобы не пригорели.
Подробнее о варке каждого вида каш в книге «Тайны хорошей кухни».

С.Сахарова «Академия домашних волшебников»

ТУРИСТСКАЯ КАША
- На 1 килограмм пшена - 3,5 литра воды, 1 столовую ложку соли, 1 банку сгущенного молока, 200 граммов сливочного масла.
В котелок с кипящей водой бросишь хорошо промытое пшено. Закрой крышкой и дай пять минут покипеть, потом осторожно помешай ложкой и слей воду, с этой водой уйдет горечь, которая портит вкус пшенной каши. Долей горячей воды из чайника, добавь по вкусу соль, сгущенное молоко и масло и повари при слабом кипении еще минут десять. Сними кашу с огня, заверни котелок в газеты, а потом во что-нибудь теплое. Пусть так постоит полчаса, каша станет пышной, аппетитной.
Гречневая, рисовая, пшеничная, перловая варится так же, только воду сливать не надо, причем гречневую крупу и рис опускают в соленую воду, этим крупам не надо так развариваться, как пшену, а сгущенное молоко можно заменить сахаром. Да не забудь, что крупу предварительно надо перебрать, отбросить соринки, необрушенные зерна, хорошенько промыть в 4-5 водах.
Все крупы при варке увеличиваются в объеме. Гречневая, пшенная, ячневая, перловая крупы - в 3 раза, рис - в 4 раза, манная и геркулес - в 5-6 раз.
На костре все варится очень быстро, из-за сильного огня может и пригореть. Повару никак нельзя отвлекаться. Уменьшить или увеличить огонь мгновенно, как на газовой плите, нельзя. Вместо маневрирования огнем повар передвигает котелок - дальше от пламени или ближе к пламени.
- Ой, Калинка! Ну и каша! Очень вкусная…


А вы какую кашу любите?

2 комментария:

  1. Как у вас вкусно!!! Люблю манную, гречневую, муж по утрам готовит овсянку. Так и хочется произнести :"Овсянка, сэррр!".Вот книг гуру Похлёбкина не встречала, хотя много слышала об этом человеке. По книге Сахаровой дочь приобщала к кухне)

    ОтветитьУдалить
  2. Ирина, приветствуем Вас на нашем "застолье". А я по книгам В.Похлебкина училась кашу варить, очень "вкусные" книги, особенно как дома испечь простейший хлеб)
    Добро пожаловать на дегустацию книжных блюд - "Читаем и... вкусно едим"

    ОтветитьУдалить

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...