среда, 27 января 2021 г.

Международный день памяти жертв Холокоста

 

27 января 1945 года Советская Армия освободила один из самых страшных нацистских лагерей смерти – Освенцим.  1 ноября 2005 года Генеральная Ассамблея Объединенных Наций приняла резолюцию, в которой этот день был объявлен Международным днем памяти жертв Холокоста.

Это странное слово- «холокост», в переводе с древнегреческого – «всесожжение», «уничтожение огнем», «жертвоприношение», впервые было использовано при описании еврейского погрома в Лондоне в 1189 году английским летописцем Ричардом из Девайзеса. После этого в английской печати еще дважды употреблялось это определение: так называли геноцид армян и еврейские погромы в России во время Гражданской войны. От этого слова веет мрачным средневековьем, которое и вернулось, по сути, в Европу во время Второй Мировой войны.

То, что в центре Европы представители одной из самых просвещенных наций, нации философов, поэтов и ученых, возродят средневековые гетто, а потом просто решат уничтожить полностью целый народ, мирные обыватели вообразить себе не могли. Однако, когда это произошло, представители других, не менее просвещенных народов, сделали вид, что ничего об этом не знают, а многие приняли участие в этом чудовищном процессе. В Прибалтике, Польше, западных областях Украины и многих других местах местное население сдавало евреев в гетто, а потом принимало участие в так называемых «акциях» – убийстве еврейских детей, женщин, мужчин и стариков под наблюдением немецких солдат, получая в награду остатки вещей убитых ими людей. После того как их хозяева отберут все наиболее ценное.

Может быть поэтому несколько лет после войны о Холокосте молчали – вспоминать об этом не хотелось, легче было не знать и не помнить. Причем, это касалось и тех, чьи руки были в крови невинных, и тех, кто равнодушно молчал и делал вид, что ничего не происходит, и даже тех, кто пережил эту катастрофу, потому что вспоминать, через какой ад им пришлось пройти, не каждому по силам. А еще они боялись вопросов как они смогли выжить и почему так покорно шли на смерть. А они и себе-то не могли этого объяснить.

Человеком, который первым открыто поднял все эти вопросы и рассказал миру о катастрофе, пережитой еврейским народом, стал писатель Эли Визель, совсем юным переживший все ужасы Освенцима и потерявший там почти всю свою семью.

Эли Визель


«И мир молчал» – первая книга Э. Визеля, книга об ужасах фашизма, о тех, кто убивал ни в чем не повинных людей, и о тех, кто молчал и позволял это делать. Сейчас эта книга известна под названием «Ночь», и она есть в Центральной библиотеке им.Пушкина.


Это очень трудно – стать голосом миллионов убитых, замученных, сожженных в печах крематориев, голосом честным и мужественным. Когда-то он получил религиозное еврейское образование и пытался осмыслить эти события с религиозной точки зрения. Отсюда и возникло слово «холокост» – жертва. Но объяснить бессмысленные зверства нельзя ни с какой точки зрения, и Эли Визель просто рассказал о своем опыте, своих переживаниях, внутренних противоречиях, гневе, страхе, и о тех немногих людях, которые рискуя собственной жизнью и жизнью своих детей, помогали евреям, прятали их и отправляли в безопасные места. Правда, было их немного - праведников много не бывает. Главное, что они были. Семья Визель сама отказалась от шанса спастись. Когда венгерских евреев стали отправлять в гетто, их служанка-католичка предлагала спрятать семью в своем домике в горах. «Если бы мы тогда знали слово «Аушвиц», мы бы пошли за ней, но нам никто не сказал». Эли Визель - лауреат Нобелевской премии мира.

Эли Визель - лауреат Нобелевской премии мира

Книга В.Захарова «Начало начал; Германия 1933 – 1939» – это исследование, написанное на основе трофейных немецких документов из Российского государственного военного архива, относящихся к первым годам гитлеровского правления.


Из книги можно узнать, как антисемитизм набирал силу в Германии, как проникал он в сознание и души немцев, отравляя их, как постепенно евреи вытеснялись из всех сфер жизни Германии, как антисемитизм стал официальной идеологической доктриной Третьего Рейха и началось вытеснение евреев из Германии. Тысячи евреев бежали в соседние страны, которые не слишком охотно принимали их. Везде царила массовая безработица, вызванная кризисом 1929 года, и принимать дополнительно массы людей совершенно не нужных им профессий государства не могли себе позволить. Принятые по инициативе Геббельса чудовищные «Нюренбергские законы», еще больше усилили дискриминацию евреев, превратили их в граждан второго сорта. Были запрещены браки немцев с евреями, смешанные браки карались каторгой, а с 1939 года – смертной казнью. Постепенно у немецких евреев отнималось все, что только можно было отнять: им запрещалось заниматься определенными профессиями, посещать публичные заведения, пользоваться радиоприемниками и телефонами, водить автомобиль, держать домашних животных и т.д. и т.п.

«Семья Опперман» Л. Фейхтвангера вводит читателя в эту тревожную атмосферу ожидания катастрофы. Это история о том, как благополучная, интеллигентная еврейская семья сталкивается с первыми проявлениями нетерпимости. Но пока они не относятся к этому всерьез, считая, что в такой стране, как Германия, ее граждане под защитой.  

Самым страшным было то, как быстро обычные немцы, совсем недавно бывшие добрыми соседями, стали относится к евреям недоброжелательно или враждебно. У Опперманов возникают проблемы в торговле, а у детей в школе. Они сталкиваются с унижениями и несправедливостью и понимают, что они беспомощны перед надвигающейся бедой. Каждый делает свой выбор: уезжать в спокойную страну, или остаться, чтобы бороться за восстановление в Германии мира и справедливости, и открыть истину жертвам пропаганды. Он не догадывается, чем оборачиваются такие замечательные поступки в фашистской Германии.


По всей Германии можно было увидеть щиты с надписями «проход для евреев запрещен», «евреи нежелательны», на скамейках в скверах – «только для арийцев». Через пять лет после прихода Гитлера к власти у немецких евреев почти не осталось источников существования и условия их жизни стали невыносимыми. Ночью с 9 на 10 ноября 1938 года по Германии прокатилась волна еврейских погромов и убийств, организованных нацистами. Она вошла в историю под названием «хрустальная ночь» из-за огромного количества разбитых стекол.

День 19 сентября 1941 года стал для евреев самым тяжелым и унизительным за все эти годы. С этого дня они были обязаны носить на верхней одежде желтую звезду Давида. Трудно было представить себе, что может быть еще хуже…


Все мероприятия, связанные с евреями, власти старались проводить скрытно. Впрочем, немецким обывателям было мало дела до евреев. Совершенно равнодушно они отнеслись к тому, что 15 ноября 1941 в Польшу, которую немцы превратили в «германскую Сибирь» и отправляли туда всех нежелательных для Германии лиц, уходит первый транспорт с евреями.

Нацисты утверждали, что евреи являются переносчиками инфекционных заболеваний и их изоляция в гетто защитит нееврейское население от болезней. Нацистские гетто появились во всех захваченных странах Европы. Только в Польше и на оккупированной территории СССР их было более тысячи.

Самые большие гетто были в Варшаве, Львове, Минске. Жители гетто не имели права покидать его территорию без разрешения. Нарушителям грозил расстрел на месте. В тесноте быстро распространялись инфекционные болезни, голод усугублял положение. Смерть в гетто была обычным явлением. Но бывали и чудесные спасения. Жена известного детского поэта Романа Сефа Ариелла родилась в каунасском гетто осенью 1941 года. Родители, понимая, что гетто обречено, хотели спасти своего ребенка. И им это удалось. Ее вывезли из гетто в картофельном мешке. Из детского дома, куда ее подбросили, девочку забрала литовская крестьянка и вырастила ее как родную дочь. Обо всем этом Ариелла написала в своей книге «Рожденная в гетто».


Маша Рольникайте оказалась в Вильнюсском гетто в сентябре 1941 года. Ей было 14 лет. Она потеряла мать, брата и сестру. Ее дневник, который она не писала, а заучивала наизусть, день за днем, запоминая каждое событие, каждую мелочь из этих страшных дней, был той тонкой ниточкой, которая привязывала ее к жизни. А еще она писала стихи. Когда Машу спрашивали, почему она писала на идиш, ведь она прекрасно знала литовский, она отвечала: «По-литовски говорили те, кто в нас стрелял». Она, практически ребенок, поняла, что на нее возложена миссия свидетеля, который должен помнить все, и всю свою жизнь эту миссию выполняла. Маша подробно описывает быт в гетто, людей, встречавшихся ей там, «селекции», которые проводились регулярно. Она  уверена в своей скорой гибели, в том, что ее рано или поздно отправят в Понары, где убивали евреев, ждет этого момента спокойно, и только заботится о том, чтобы как можно лучше к этому подготовиться. И это по-настоящему страшно. Что нужно сделать с четырнадцатилетним ребенком, чтобы убить в нем не только жажду жизни, но и страх смерти? Она чудом выжила в гетто и в двух лагерях, вернулась домой, и ей пришлось встречаться с теми одноклассниками и соседями, которые служили нацистам, и почему-то остались на свободе, видеть женщину, которая как будто ничего плохого и не сделала – она просто жила во время войны в их квартире и носила платья убитой Машиной мамы. И это тоже надо было пережить.


Еще один детский дневник – дневник Анны Франк, ровесницы Маши Рольникайте. Этот дневник, который она вела с 12 июня 1942 по 1 августа 1944 года, сделал школьницу Анну Франк известной на весь мир. Семье Франк удалось выехать из Германии в Голландию, но и сюда пришли нацисты. Несколько еврейских семей попытались выжить, укрывшись от гестапо в тайном убежище. Восемь человек на тесном чердаке. День за днем описывает Анна их жизнь, их разговоры, споры, ссоры. Обращаясь к вымышленной подруге, Анна делится с ней своими мечтами, рассказывает о каких-то событиях, о своих маленьких радостях, о первой любви. «Когда-нибудь эта ужасная война кончится, и мы станем обычными людьми, а не только евреями». По доносу соседей в августе 1944 года обитатели убежища и прятавшие их голландцы были арестованы, отправлены в концлагерь, где погибла почти вся семья Франк, кроме отца. Найдя дневник дочери, он сделал все, чтобы эти записи были изданы. «Дневник Анны Франк» переведен на 17 языков, по нему сняты фильмы, написаны пьесы.


«Тяжелый песок» А. Рыбакова – история семьи Ивановских, живущих в небольшом украинском городке Сновск, на фоне истории страны. В ней все, как в других семьях – любовь, свадьбы, ссоры, рождение детей, обычные заботы, которые однажды оборвала война. Ивановские разделили судьбу других еврейских семей, оказавшихся на оккупированной территории. Гетто, куда сгоняют людей, как скотину, чтобы в скотину и превратить, а потом уничтожить, не сломало этих людей. Они погибают один за другим, но не смертью покорных жертв, а продолжают сопротивляться до последнего дыхания все, даже дети.


Анатолию Кузнецову, автору документального романа «Бабий Яр», в сентябре 1941 года было 12 лет. Он видел, как бесконечным потоком шли на расстрел евреи – старики, женщины и дети. Он не видел, как их расстреливали. Он слышал выстрелы. Два года, день за днем, в Бабьем Яру продолжали убивать. А после расстрелов он видел, как шевелилась земля на этих гигантских могилах. По разным источникам, в яру было расстреляно от 70 000 до 200 000 человек. А еще он вел дневник, куда записывал все, что он видел, и все, что чувствовал. Через 25 лет Анатолий Кузнецов напишет книгу, даже сокращенный и смягченный вариант которой заставил содрогнуться всех, кто прочел ее. Даже тех, кто побывал в Бабьем Яру после освобождения Киева, и увидев этот монолит человеческих останков в огромных рвах, не мог поверить, что все это происходит не в страшном сне, а наяву. После войны о трагедии Бабьего Яра говорить было не принято. Возводить мемориал на этом месте не стали, а на останки погибших такой страшной смертью людей стали сливать пульпу с кирпичного завода, чтобы потом возвести жилой или спортивный комплекс. И Бабий Яр как будто отомстил за беспамятство и подлость – пульпа, прорвав все дамбы, хлынула на Куреневку. Сколько тогда погибло людей в этом грязевом потоке, как всегда, засекретили. В свете происходящего сегодня на Украине, все это становится объяснимым. В расстрелах участвовали украинцы, евреев выдавали новым властям украинцы, и ничего удивительного в том, что украинские власти не настаивал на расследовании этого преступления. Памятник на месте расстрела в Бабьем Яру все-таки поставили. Может быть, нынешние украинские власти сносить его не будут.


«Окончательным решением еврейского вопроса» должно было стать физическое уничтожение еврейского народа. Евреев уничтожали в гетто, истребляли целыми местечками, на «поездах смерти» жертвы отправляли в лагеря смерти, построенные специально для планомерного и систематического уничтожения. На Востоке этим занимались четыре айнзатцгруппы, в каждой из которых состояло от 600 до 900 сотрудников СД, батальоны немецкой полиции порядка и тысячи добровольцев из числа местных жителей. Книга польского историка Я.Т. Гросса. «Соседи. История уничтожения еврейского местечка» рассказывает об одной из черных страниц польской истории – жестокого погрома в городке с труднопроизносимым названием Едвабне в июле 1941 года. Тогда руками поляков, соседей, с которыми недавно убитые работали на одних полях, учились в одной школе, были сожжены, зарублены и забиты со звериной жестокостью 1 600 жителей этого местечка. Немцам оставалось только снимать, как польские «патриоты» «окончательно решают» за них еврейский вопрос.


Страшным символом Холокоста, символом немыслимых человеческих страданий и бесчеловечности нацизма, своеобразным центром по уничтожению евреев, стал лагерь смерти Освенцим, или, как называли его фашисты, Аушвиц-Биркенау. Он был создан нацистами в 1940 году на территории оккупированной Польши, недалеко от города Освенцим. Создание лагеря было вызвано массовыми арестами поляков – тюрьмы были переполнены. В книге П. Поляна «Свитки из пепла» воспоминания тех, кто не должен был выжить в этом сотворенном человеческими руками аду, кто видел то, о чем даже читать мучительно, а они этот кошмар испытали на себе. Здесь было убито и сожжено не менее полутора миллионов человек, из них больше миллиона евреев – каждая шестая жертва Холокоста из шести миллионов. Их морили голодом, убивали в газовых камерах, казнили за любую провинность, использовали в качестве материала для медицинских экспериментов. Освенцим был не единственным лагерем смерти. Треблинка, Хелмно, Собибор, Майданек и Белжец, Берген-Бельзен – в каждом их этих лагерей был свой способ умерщвления людей. Через всю книгу проходит одна мысль – как могли немцы творить такие дикие жестокости на глазах у всего мира и при этом считать себя цивилизованными людьми? И как мог мир спокойно смотреть на это.

Воспоминания переживших ужас лагеря смерти находили свое отражение и в художественной литературе. Дж. Бойн «Мальчик в полосатой пижаме» – одна из подобных книг. Это рассказ о дружбе двух мальчиков, Бруно и Шмуэля. Казалось бы, ничего необычного. Если не считать, что девятилетний Бруно – сын коменданта Аушвица, а девятилетний. Шмуэль – заключенный этого лагеря. Эта странная дружба через колючую проволоку продолжалась всего год для Бруно и целый год жизни для Шмуэля. Бруно тайком приносит новому другу еду, мальчики мечтают сыграть в футбол, а однажды Бруно надевает полосатую пижаму, которую принес ему Шмуэль, и проникает в лагерь, чтобы помочь другу найти пропавшего отца.


«Искра жизни» Э.-М. Ремарка, один из самых морально тяжелых для чтения романов – так откровенно и так страшно ужасы концлагерей в Германии никто до него не описывал. Эта тема была для Ремарка болезненной – в лагере была казнена его сестра. Узники ведут себя по-разному. Одни физически еще живы, но морально они уже трупы. Другие, сходя с ума от издевательств, сами теряли человеческий облик и перенимали методы фашистов. Но даже в этих чудовищных условиях были те, кто не сломался, не опустился до уровня животного, сохранил человеческое достоинство. Вот таким является один из главных героев романа – бывший редактор либеральной газеты без имени. Автор называет его по порядковому номеру – Пятьсот девятый. Страшен образ коменданта лагеря – любящего мужа, нежного отца, с удовольствием выполняющего свою садистскую работу. Ремарк работал над романом три года. Встречался с бывшими узниками концлагерей, изучал документы. Его потрясение было настолько сильным, что писатель впал в глубокую депрессию. Несколько лет Ремарк искал, кто издаст его роман. После нескольких неудач такой отважный человек нашелся, и роман был издан.


Еще одна книга о Холокосте Лоуренса Риса «Холокост. Новая история» пытается найти ответ на вопрос как могло случиться, что нацисты решили уничтожить целый народ? Зачем нужно было уничтожать всеми вообразимыми и невообразимыми способами миллионы мужчин, женщин, детей – не солдат в бою, а обычных, совершенно не воинственных людей? Их заталкивали в газовые камеры, расстреливали во рвах, жгли, вешали. Почему именно евреи были выбраны жертвой? Долгие годы пытаются это понять представители самых разных стран, национальностей и профессий. Вековые предрассудки? Суеверия, возведенные в философскую систему? Зависть? Поиски козла отпущения? Но разве стоят все эти причины хотя бы одной загубленной жизни?


Официальное количество жертв Холокоста шесть миллионов человек. Это число названо в документах Нюренбергского процесса. В Национальном Мемориале Катастрофы и Героизма «Яд ва-Шем» в Иерусалиме хранятся документы, свидетельствующие о четырех миллионах жертв. Это те, кто идентифицирован поименно. Но полного списка жертв не существует – нацисты уничтожали следы лагерей в конце войны. Кроме того, имена членов еврейских общин, погибших целиком, узнать было не у кого. Уничтоженные на огромной территории СССР назывались просто советскими гражданами, без указания национальности. Установить число жертв массовых казней просто невозможно, тем более, что вместе с евреями казнили представителей всех национальностей. Люди, погибшие во время бегства с оккупированных территорий, евреи-военнопленные, вернувшиеся из концлагерей и скончавшиеся позже из-за болезней или по другим причинам – как посчитать все эти жертвы, в какой реестр внести их? В гетто и лагерях смерти было уничтожено 90% польских евреев и 2/3 еврейского населения Европы. Вместе с ними угасла безвозвратно культура идиш, которая была яркой составляющей жизни Восточной Европы и западных областей СССР. Только памятники стоят там, где когда-то кипела бурная и суматошная жизнь, и там, где с этой жизнью расставались миллионы людей, виноватых только в том, что родились евреями.

Монументальная энциклопедия «Холокост» рассказывает о геноциде евреев на территории СССР. Она содержит сведения о населенных пунктах, еврейское население которых было уничтожено, рассказывает, как шел этот процесс, исследует многие аспекты Холокоста: экономические, политические и культурные, его географию.


Сейчас о Холокосте написано множество книг: воспоминания уцелевших, художественная литература, исторические исследования. Даже эзотерики не остались в стороне, пытаясь увидеть в Холокосте какое-то мистическое предопределение. Читать о Холокосте страшно, мучительно, но необходимо, потому что то, что происходит сейчас в мире, дает нам четкий сигнал, что прошлое забыто, и значит, человечеству грозит повторение катастрофы. И тогда окажется, что миллионы погибших за то, чтобы подобное не повторялось, отдали свои жизни зря. Чтобы этого не допустить, нужно знать, как это было.


В заключение, цитата из речи Эли Визеля, которую он произнес в бундестаге: «До скончания времен, дамы и господа, Аушвиц останется частью вашей истории, как и моей собственной. Я знаю, что вам трудно и больно думать в этих терминах. Вы – новое поколение, и никто из вас не присягал на верность Гитлеру. Разумеется, никто из вас не совершал преступлений. Но я уверен, что в определенные моменты вы задаетесь вопросом, где были ваши родители, по какую сторону баррикад они тогда были?»

К ней только стоит добавить: а по какую сторону баррикад окажитесь вы, дамы и господа, случись все это снова?

 

Список использованной литературы:

Бойн, Д. Мальчик в полосатой пижаме : [роман] / Джон Бойн ; [перевод с английского Елены Полецкой]. - Москва : PHANTOM PRESS, 2017. - 285, [2] с.

Визель, Э.Ночь. Рассвет. День : трилогия : пер. с фр. / Э. Визель. - Москва : Олимп, 1993. - 256 с. - (Книги русского пенклуба). 

Граф, Ю. Крах мирового порядка / Юрген Граф ; перевод с немецкого К. А. Маркова. - Москва : Родина, 2019. - 493, [2] с. - (Хозяева мира).

Гросс, Я. Т. Соседи : история уничтожения еврейского местечка / Ян Томаш Гросс ; Пер. с пол. В.С. Кулагиной- Ярцевой; Предисл. Адама Михника. - Москва : Текст ; [Б. м.] : Дружба народов, 2002. - 157 с.

 Захаров, В. В.Начало начал: Германия 1933-1939 гг. / В. В. Захаров, В. Д. Кулишов. - Москва : Совершенно секретно, 2000. - 560 с. [24] л. ил. - (Анатомия Холокоста).

Кузнецов, А. В. Бабий Яр : роман-документ / Анатолий Кузнецов. - Москва : Советский писатель : Олимп, 1991. - 334, [1] с. : ил.

 Полян, П.М.Свитки из пепла : [жертвы и палачи Освенцима] / Павел Полян ; "Просветитель", премия в области научно-популярной литературы (7 ; 2014 ; Москва). - Москва : АСТ, 2015. - 607 с., [16] л. ил., фот. : табл. - Библиография в конце книги.

Ремарк, Э. М. Искра жизни : роман : перевод с немецкого / Эрих Мария Ремарк. - Москва : АСТ ; Харьков : Фолио, 2000. - 443 с.

Рольникайте, М. Долгое молчание : повесть / М. Рольникайте. - Ленинград : Советский писатель, 1981. - 207 с. : ил.

Сеф А.    Рожденная в гетто : [воспоминания] / Ариела Сеф. - Москва : АСТ : Астрель, 2011. - 318, [1] с., [16] л. ил. : портр.,

Фейхтвангер, Л.   Безобразная герцогиня ; Семья Опперман / Лион Фейхтвангер ; [пер. с нем. В. Станевич и И. Горкиной ; вступ. статья Б. Сучкова] ; пер. И. Горкина. - Москва : Правда, 1979. - 608 с.39 с.

Холокост : энциклопедия: [перевод с английского] / редколлегия И. А. Альтман [и др.]. - Москва : РОССПЭН, 2008. - 807 с. : ил., карты, табл. -

litres.ru›lourens-ris/holokost-novaya-istoriya/

litresp.ru›chitat/ru…mariya…ya-dolzhna-rasskazatj

 

Юлия Брюханова, Центральная библиотека им. А.С. Пушкина

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...