суббота, 20 июля 2019 г.

Великий итальянский поэт Франческо Петрарка

Франческо Петрарка.
Художник Андреа дель Кастаньо.
Ок. 1450


Франческо Петрарка (1304 — 1374) — великий итальянский поэт. Главными в своем творчестве он считал латинские сочинения – поэму «Африка», сатирическую книгу «Письма без адреса», но всемирную славу ему на долгие века принес сборник «Канцоньере», в котором автор прославлял чистоту и красоту своей возлюбленной Лауры. Петрарка оказал огромное влияние на развитие европейской поэзии, его, наряду с Данте и Боккаччо, считают создателем итальянского литературного языка, а сборник сонетов стал одной из ключевых книг в истории мировой литературы.
Легкость и чистота языка, богатство и разнообразие мысли, выражения и образов, тонкий вкус и чувство отличают Петрарку от всех остальных итальянских поэтами.



Франческо Петрарка (Petrarca) – величайший из итальянских лирических поэтов и в то же время один из величайших ученых той эпохи родился 20 июля 1304 в Италии, город Ареццо. Обучаясь в школе, Франческо проявлял особый интерес к латыни и римской литературе. По настоянию отца поступил в Болонский университет, где, обучаясь, понял, что его все больше интересует литература, произведения великих классиков. После смерти отца чтобы иметь средства к существованию, (в наследство от отца Петрарка получил лишь рукопись сочинений Вергилия) Петрарка в возрасте 22 лет принимает духовный сан.
6 апреля 1327 г. произошло самое главное, самое яркое и возвышенное событие в жизни Петрарки. В церкви святой Клары он впервые увидел и полюбил прекрасную Лауру. Любовь к прекрасной даме он пронесет через всю жизнь и останется верен ей даже после ее смерти. Неразделенная любовь к Лауре заставит его удалиться из Авиньона и уединиться в Воклюзе. Многие из лучших стихотворений его к Лауре были написаны им здесь.
В 1333 Петрарка совершил через Париж, Гент, Фландрию и Брабант путешествие в Люттих, где открыл две речи Цицерона. За латинское послание к папе Бенедикту XII с обращённой к нему мольбой вернуться из Авиньона в Рим Петрарка получил в 1335 первый свой приход – каноникат в Ломбеце.
Поэтические произведения Франческо Петрарки принесли ему громкую славу. Почти одновременно Петрарка получил приглашение из Неаполя, Парижа и Рима короноваться лавровым венком. Выбрав Рим в 1341 году, Петрарка был торжественно коронован лавровым венком как лучший поэт Италии.
Петрарка был неутомимым путешественником. В 1336 году Петрарка вместе со своим братом поднялся на вершину горы Ванту (1912 м). Это было первое официально зарегистрированное восхождение человека на этот пик.
За новое послание к папе поэт получил приорат Мильярино в епархии Пизы, жил в Авиньоне, Неаполе, Парме, где 19 мая 1348 получил известие о смерти Лауры. В мае 1353 Петрарка навсегда покинул Авиньон и последние 21 год своей жизни провел в Верхней Италии, сначала в Милане, затем в Венеции. Принимал участие в различных дипломатических миссиях, в том числе в Праге, посетив Карла IV. Последние годы своей жизни провел в Падуе и селе Аркуа. Здесь Петрарка и умер в библиотеке 19 июля 1374 за день до своего 70-летия.
Франческо Петрарка был известен как блестящий знаток античности. Он все свое время отдавал изучению античной культуры, разыскивал, расшифровывал, переводил, истолковывал рукописи авторов Древнего Рима, писал поэмы на латыни. Его трактат «О презрении к миру» – своеобразная исповедь мятущейся души. За латинскую поэму «Африка», описывающую подвиг древнеримского полководца Сципиона Африканского, Петрарка был увенчан лавровым венком на Капитолии как первый поэт Италии.
В 1339-1342 годах Петрарка создает в стиле «Энеиды» латинскую поэму «Африка», рассказывающую о второй Пунической войне. В 1342-1343 годах Петрарка написал философский трактат на латыни «О презрении к миру». Литературные произведения Петрарки и его письма принесли ему успех и известность.
Авторское название знаменитого сборника «Канцоньере» — «Разрозненные стихи на обыденные темы». Петрарка задумал его как большую творческую «солянку». В «Канцоньере» 317 сонетов, 9 секстин, 29 канцон, 4 мадригала и 7 баллад. Наряду с лирическими стихами на жизнь и смерть мадонны Лауры есть и песни (канцоны) на политические, патриотические и религиозные темы. В канцоне «Моя Италия» Петрарка – гражданин, патриот скорбит о раздробленности Италии, негодует по поводу анархии, непрекращающихся междоусобных войн и призывает к миру.
Бессмертную славу Петрарке принесли его стихи на итальянском языке, написанные «На жизнь мадонны Лауры» и «На смерть мадонны Лауры», стихи, составившие знаменитый сборник «Канцоньере» (Книга песен). Свою любовную лирику поэт презрительно называл «пустяком» и «безделкой.
Считается, что основным поэтическим жанром книги Петрарки является сонет – стихотворение из 14 строк с определенным порядком рифмовки. Трудную форму сонета Петрарка сделал гибкой, способной выражать большие чувства и мысли. А. С. Пушкин писал:
Суровый Дант не презирал сонета;
В нем жар любви Петрарка изливал.
В 1354 году Петрарка написал терцинами аллегорическую поэму «Триумфы», которую также посвятил Лауре.

6 апреля 1327 года в Авиньоне произошла судьбоносная для Петрарки встреча с Лаурой, которая стала для поэта неразделенной любовью, возвышенной и недостижимой мечтой.
Благословен день, месяц, лето, час
И миг, когда мой взор те очи встретил!
Благословен тот край, и дол тот светел,
Где пленником я стал прекрасных глаз!
Мэри Спартали Стилман. «Первая встреча Петрарки и Лауры»
О том, что судьбоносная встреча произошла на пасхальной службе 6 апреля, поэт написал в воспоминаниях: «Лаура, известная своими добродетелями и долго прославляемая моими песнями, впервые предстала моим глазам на заре моей юности, в лето Господне 1327, утром 6 апреля, в соборе святой Клары, в Авиньоне».
Средь тысяч женщин лишь одна была,
Мне сердце поразившая незримо.
Лишь с обликом благого серафима
Она сравниться красотой могла.
Ей было двадцать лет, она была замужем, ему — двадцать три, на нем лежал обет безбрачия. Влюблённому поэту оставалось лишь бросать воспевать её в своих сонетах, канцонах, балладах, мадригалах...
Лаура, рисунок XV века  Библиотека Лауренциана
366 сонетов, посвящённых Лауре, поэт объединил в «Книгу песен», которая прославила не только его чувства, но и саму поэзию — воспевая любовь мужчины к женщине.
Лаура и Петрарка виделись в последний раз 27 сентября 1347 года за полгода до смерти Прекрасной Дамы, которая по роковому стечению обстоятельств произошла спустя 21 год после их первой встречи, но в том же городе, в тот же день и месяц.
Для Петрарки смерть возлюбленной стала катастрофой:
Погас мой свет, и тьмою дух объят —
Так, солнце скрыв, луна вершит затменье,
И в горьком, роковом оцепененье
Я в смерть уйти от этой смерти рад.
Поэт так и не смог смириться со смертью Лауры и ежегодно продолжал отмечать день их знакомства новым сонетом, обращаясь к своей возлюбленной как к живой. Русский переводчик Петрарки Алексей Бердников писал об этом так: «Похоже, что мертвой Лауры для него не было, не могло быть. Просто была какая-то другая, но опять-таки живая».
Незадолго до собственной смерти Петрарка признавался, что в жизни у него было лишь два желания — это Лаура и лавр (слава). Славу, признание поэт получил ещё при жизни, с Лаурой же он надеялся воссоединиться в ином мире: «Уже ни о чем не помышляю я, кроме неё».

Поэт, гуманист, философ, ученый, знаток античной литературы и ценитель природы, мыслитель, отстаивавший величие и достоинство человеческой личности, певец любви, создавший поразительные по глубине проникновения во внутренний мир человека изящные и музыкальные стихи, Петрарка вот уже много веков любим читателями.

Сонеты
Перевод Е. Солоновича

1
В собранье песен, верных юной страсти,
Щемящий отзвук вздохов не угас
С тех пор, как я ошибся в первый раз,
Не ведая своей грядущей части.

У тщетных грез и тщетных мук во власти,
Мой голос прерывается подчас,
За что прошу не о прощенье вас,
Влюбленные, а только об участье.

Ведь то, что надо мной смеялся всяк,
Не значило, что судьи слишком строги:
Я вижу нынче сам, что был смешон.

И за былую жажду тщетных благ
Казню теперь себя, поняв в итоге,
Что радости мирские — краткий сон.

2
Я поступал ему наперекор,
И все до неких пор сходило гладко,
Но вновь Амур прицелился украдкой,
Чтоб отомстить сполна за свой позор.

Я снова чаял дать ему отпор,
Вложив в борьбу все силы без остатка,
Но стрелы разговаривают кратко,
Тем более что он стрелял в упор.

Я даже не успел загородиться,
В мгновенье ока взятый на прицел,
Когда ничто грозы не предвещало,

Иль на вершине разума укрыться
От злой беды, о чем потом жалел,
Но в сожаленьях поздних проку мало.

3
Был день, в который, по Творце вселенной
Скорбя, померкло Солнце… Луч огня
Из ваших глаз врасплох настиг меня:
О госпожа, я стал их узник пленный!

Гадал ли я, чтоб в оный день священный
Была потребна крепкая броня
От нежных стрел? что скорбь страстного дня
С тех пор в душе пребудет неизменной?

Был рад стрелок! Открыл чрез ясный взгляд
Я к сердцу дверь — беспечен, безоружен…
Ах! ныне слезы лью из этих врат.

Но честь ли богу — влить мне в жилы яд,
Когда, казалось, панцирь был ненужен? —
Вам — под фатой таить железо лат?

7
Обжорство, леность мысли, праздный пух
Погубят в людях доброе начало:
На свете добродетелей не стало,
И голосу природы смертный глух.

На небе свет благих светил потух —
И жизнь былую форму потеряла,
И среди нас на удивленье мало
Таких, в ком песен не скудеет дух.

«Мечтать о лавре? Мирту поклоняться?
От Философии протянешь ноги!» —
Стяжателей не умолкает хор.

С тобой, мой друг, не многим по дороге:
Тем паче должен ты стези держаться
Достойной, как держался до сих пор.

17
Вздыхаю, словно шелестит листвой
Печальный ветер, слезы льются градом,
Когда смотрю на вас печальным взглядом,
Из-за которой в мире я чужой.

Улыбки вашей видя свет благой,
Я не тоскую по иным усладам,
И жизнь уже не кажется мне адом,
Когда любуюсь вашей красотой.

Но стынет кровь, как только вы уйдете,
Когда, покинут вашими лучами,
Улыбки роковой не вижу я.

И, грудь открыв любовными ключами,
Душа освобождается от плети,
Чтоб следовать за вами, жизнь моя.

19
Есть существа, которые глядят
На солнце прямо, глаз не закрывая;
Другие, только к ночи оживая,
От света дня оберегают взгляд.

И есть еще такие, что летят
В огонь, от блеска обезумевая:
Несчастных страсть погубит роковая;
Себя недаром ставлю с ними в ряд.

Красою этой дамы ослепленный,
Я в тень не прячусь, лишь ее замечу,
Не жажду, чтоб скорее ночь пришла.

Слезится взор, однако ей навстречу
Я устремляюсь, как завороженный,
Чтобы в лучах ее сгореть дотла.

85
Всегда любил, теперь люблю душою
И с каждым днем готов сильней любить
То место, где мне сладко слезы лить,
Когда любовь томит меня тоскою.

И час люблю, когда могу забыть
Весь мир с его ничтожной суетою;
Но больше — ту, что блещет красотою,
И рядом с ней я жажду лучше быть.

Но кто бы ждал, что нежными врагами
Окружено все сердце, как друзьями,
Каких сейчас к груди бы я прижал?

Я побежден, Любовь, твоею силой!
И, если б я не знал надежды милой, —
Где жить хочу, там мертвым бы упал!

122
Семнадцать лет, вращаясь, небосвод
Следит, как я безумствую напрасно.
Но вот гляжу в себя — и сердцу ясно,
Что в пламени уже заметен лед.

Сменить привычку — говорит народ —
Трудней, чем шерсть! И пусть я сердцем гасну,
Привязанность в нем крепнет ежечасно,
И мрачной тенью плоть меня гнетет.

Когда же, видя, как бегут года,
Измученный, я разорву кольцо
Огня и муки — вырвусь ли из ада?

Придет ли день, желанный мне всегда,
И нежным станет строгое лицо,
И дивный взор ответит мне как надо.

165
Она ступает мягко на траву —
И дружно лепестки цветов душистых,
Лиловых, желтых, алых, серебристых,
Спешат раскрыться, как по волшебству.

Амур, в своем стремленье к торжеству
Берущий в плен не всех, — лишь сердцем чистых,
Струит блаженство из очей лучистых —
И я иной услады не зову.

Походке, взору должное воздав,
Скажу: нельзя и речью не плениться;
Четвертым назову смиренный нрав.

Из этих искр — и из других — родится
Огонь, которым я охвачен, став
Как при дневных лучах ночная птица.

217
Я верил в строки, полные огня:
Они в моих стенаньях муку явят —
И сердце равнодушное растравят,
Со временем к сочувствию склоня;

А если, ничего не изменя,
Его и в лето ледяным оставят,
Они других негодовать заставят
На ту, что очи прячет от меня.

К ней ненависти и к себе участья
Уж не ищу: напрасны о тепле
Мечты, и с этим примириться надо.

Петь красоту ее — нет выше счастья,
И я хочу, чтоб знали на земле,
Когда покину плоть: мне смерть — отрада.

261
Той, что мечтает восхищать сердца
И жаждет мудростью себя прославить
И мягкостью, хочу в пример поставить
Любовь мою — нет лучше образца.

Как жить достойно, как любить Творца, —
Не подражая ей, нельзя представить,
Нельзя себя на правый путь наставить,
Нельзя его держаться до конца.

Возможно говор перенять, звучащий
Столь нежно, и молчанье, и движенья,
Имея идеал перед собой.

И только красоте ее слепящей
Не научиться, ибо от рожденья
Она дана иль не дана судьбой.

270
Уходит жизнь — уж так заведено, —
Уходит с каждым днем неудержимо,
И прошлое ко мне непримиримо,
И то, что есть, и то, что суждено.

И позади, и впереди — одно,
И вспоминать, и ждать невыносимо,
И только страхом божьим объяснимо,
Что думы эти не пресек давно.

Все, в чем отраду сердце находило,
Сочту по пальцам. Плаванью конец:
Ладье не пересилить злого шквала.

Над бухтой буря. Порваны ветрила,
Сломалась мачта, изнурен гребец
И путеводных звезд как не бывало.

309
Лишь ненадолго небо подарило
Подлунной чудо — чудо из чудес,
Что снова изволением небес
К чертогам звездным вскоре воспарило.

Любовь стихи в уста мои вложила,
Чтоб след его навеки не исчез,
Но жизнь брала над словом перевес,
И лгали, лгали перья и чернила.

Не покорилась высота стихам,
Я понял, что они несовершенны,
Что тут, увы, отступится любой.

Кто проницателен, представит сам,
Что это так, и скажет: «О, блаженны
Глаза, что видели ее живой!»
Перевод Е. Солоновича

Многое, конечно, зависит от переводчика.
Почитайте переводы одного сонета несколькими талантливыми переводчиками. Каждый по-своему хорош. А какой нравится вам?

LXI
Benedetto sia ‘l giorno, e ‘l mese, e l’anno,
e la stagione, e ‘l tempo, e l’ora, e ‘l punto,
e ‘l bel paese, e ‘l loco ov’io fui giunto
da’ duo begli occhi, che legato m’hanno;
e benedetto il primo dolce affanno
ch’i’ ebbi ad esser con Amor congiunto,
e l’arco, e le saette ond’i’ fui punto,
e le piaghe che ‘n fin al cor mi vanno.

Benedette le voci tante ch’io
chiamando il nome de mia donna ho sparte,
e i sospiri, e le lagrime, e ‘l desio;

e benedette sian tutte le carte
ov’io fama l’acquisto, e ‘l pensier mio,
ch’è sol di lei, sì ch’altra non v’ha parte.
Francesco Petrarca (1304-1374)

Благословен день, месяц, лето, час
И миг, когда мой взор те очи встретил!
Благословен тот край, и дол тот светел,
Где пленником я стал прекрасных глаз!
Благословенна боль, что в первый раз
Я ощутил, когда и не приметил,
Как глубоко пронзен стрелой, что метил
Мне в сердце Бог, тайком разящий нас!

Благословенны жалобы и стоны,
Какими оглашал я сон дубрав,
Будя отзвучья именем Мадонны!

Благословенны вы, что столько слав
Стяжали ей, певучие канцоны, —
Дум золотых о ней, единой, сплав!
Перевод Вячеслава Иванова

* * *
Благословляю день, и месяц, и годину,
И час божественный, и чудное мгновенье,
И тот волшебный край, где зрел я, как виденье,
Прекрасные глаза, всех мук моих причину.

Благословляю скорбь и первую кручину,
В какую вверг меня Амур в жестоком мщенье,
И страшный лук его, и стрел его язвленье,
И боль сердечных ран, с которой жизнь покину.

Благословляю все те нежные названья,
Какими призывал её к себе, — все стоны,
Все вздохи, слёзы все и страстные желанья.

Благословляю все сонеты и канцоны,
Ей в честь сложенные, и все мои мечтанья,
В каких явился мне прекрасный образ донны!
Перевод Дмитрия Мина

* * *
Благословен тот вечер, месяц, год,
То время, место, та страна благая,
Тот край земной, тот светлый миг, когда я
Двух милых глаз стал пленник в свой черед.

Благословенна ты, боль роковая,
Что бог любви нам беспощадно шлет,
И лук его, и стрел его полет,
Разящих сердце, язвы растравляя.

Благословенны речи все, где я
Ее назвал, печали не тая,
Желанья все, все жалобы, все стоны!

Благословенны вы, мои канцоны,
Ей спетые, все мысли, что с тоской
Лишь к ней неслись, к ней, только к ней одной.
Перевод Валерия Брюсова

* * *
Благословен и год, и день, и час,
И та пора, и время, и мгновенье,
И тот прекрасный край, и то селенье,
Где я был взят в полон двух милых глаз;

Благословенно первое волненье,
Когда любви меня настигнул глас,
И та стрела, что в сердце мне впилась,
И этой раны жгучее томленье.

Благословен упорный голос мой,
Без устали зовущий имя донны,
И вздохи, и печали, и желанья;

Благословенны все мои писанья
Во славу ей и мысль, что непреклонно
Мне говорит о ней – о ней одной!
Перевод Абрама Эфроса

* * *
Благословляю месяц, день и час,
Год, время года, место и мгновенье,
Когда поклялся я в повиновенье
И стал рабом ее прекрасных глаз;

Благословляю первый их отказ,
И первое любви прикосновенье;
Того стрелка благословляю рвенье,
Чей лук и стрелы в сердце ранят нас;

Благословляю все, что мне священно,
Что я пою и славлю столько лет,
И боль и слезы — все благословенно,

И каждый посвященный ей сонет,
И мысли, где царит она бессменно,
Где для другой вовеки места нет.
Перевод Вильгельма Левика

* * *
Благословляю день, минуту, доли
Минуты, время года, месяц, год,
И тот прекрасный край, и город тот,
Где светлый взгляд обрек меня неволе.

Благословляю сладость первой боли,
И в сердце, и в судьбе переворот,
И стрел любви рассчитанный полет,
Когда отбить удар не в нашей воле.

Благословляю имя из имен
И голос мой, дрожавший от волненья,
Когда к любимой обращался он.

Благословляю все мои творенья
Во славу ей, и каждый вздох и стон,
И помыслы мои — ее владенья.
Перевод Евгения Солоновича

Источники: 

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...