вторник, 11 июня 2019 г.

Юрий Сотник и его герои


       У каждого из нас в детстве были летние каникулы, наполненные открытиями и приключениями. Хотите снова окунуться в то веселое и беззаботное время? Откройте вместе с детьми книги Юрия Сотника! А потом будьте готовы к тому, что детям захочется кое-что попробовать: научиться снимать гипсовые маски, построить подводное судно или самолет, снять фильм, поставить пьесу, изобрести поломоечную машину или поймать лягушек, ужей и гадюку для школьного террариума. Или стать детективами, проводить расследования, снимать отпечатки пальцев, показывать фокусы… Да мало ли еще.
Герои книг Сотника изобретательны и неугомонны. Свои каникулы они проводят с огоньком, чтобы запомнилось всем. Родителям тоже будет полезно почитать и прикинуть, чем чревато оставление детей одних в квартире, и во что они могут эту квартиру превратить. Читайте, смейтесь и мотайте на ус. Рассказы «Архимед «Вовки Грушина», «Невиданная птица», «Учитель плавания», «Как я был самостоятельным», «Как меня спасали», «На тебя вся надежда...», «Белая крыса», «Команда с нашей улицы», «Один страшный день», «Просто ужас!», «Дудкин острит», «Гадюка», «Исследователи», повести «Приключение не удалось», «На школьном дворе», «Машка Самбо и Заноза», «Эликсир Купрума Эса», «Ясновидящая, или Эта ужасная «улица», и многие другие. Сегодня автору этих веселых, юмористических рассказов и повестей, вошедших в золотой фонд классической детской литературы, известному детскому писателю Юрию Вячеславовичу Сотнику (1914-1997) исполнилось бы 105 лет.

Юрий Сотник родился 11 июня 1914 года во Владикавказе в семье Вячеслава Глебовича и Елены Степановны. Отец Юрия Сотника был художником-карикатуристом, офицером, получившим это звание на полях сражений Первой мировой войны. Будучи истинным патриотом и сторонником неделимости Российской империи, Вячеслав Сотник после революции предпочел присоединиться к Белой армии. Тем более что Владикавказ в Гражданскую войну превратился в один из центров Белого движения. Он был расстрелян вместе с другими белогвардейцами, не пожелавшими после поражения покидать Россию. Мать Юрия Сотника бежала с сыном в Москву. Спасаясь от преследований, она вступила в фиктивный брак с Всеволодом Михайловичем Авиловым – юристом и филологом, человеком поэтического склада. Их отношения, начавшись как формальность, переросли в настоящую супружескую связь. Правда, в дальнейшем они расстались. Всеволод Михайлович был вторым сыном писательницы и мемуаристки Лидии Авиловой – знакомой А. П. Чехова на протяжении долгих лет, оставившей о нем мемуары «А. П. Чехов в моей жизни». Лидия Авилова, знавшая Л. Н. Толстого, А. М. Горького и И. А. Бунина, привила свою любовь к литературе сыну. Юрий Сотник, таким образом, оказался в семье, для которой литература была важнейшей частью жизни.
Писать он начал еще в школе. В 10 лет в четвертом классе («в четвертой группе», как тогда говорили) он принял участие в школьном конкурсе на лучший рассказ и победил. Его рассказ — в форме дневника котенка — занял первое место в своей возрастной группе: «Я написал рассказ о приключениях котенка, жившего у нас во дворе, в форме его дневника. Рассказ занял первое место. После этого я спросил маму, можно ли ничего не делать, а только писать рассказы. Мама ответила, что можно, что иные люди так и зарабатывают на хлеб. После этого я стал время от времени заниматься сочинительством». «Дело в том, — поясняет писатель, — что рассказик дался мне без малейшего труда, а бить баклуши я любил, поэтому быстро смекнул, что профессия писателя как раз по мне». В школьные годы Сотник напечатал два рассказа, публиковал маленькие заметки и очерки в газетах и журналах — хотя по его позднейшим оценкам, они были очень слабы.
Будущий писатель учился в московской школе №110, расположенной, как тогда говорили, в «интеллигентском районе», у Никитских ворот. По словам писателя, учился он, «мягко говоря, очень неровно», да и вёл себя не лучше, особенно в раннем детстве: «Я был хилым ребёнком, но авантюрного нрава, и бабушка с тёткой со мной хлебнули горя». Уже в пятом классе, то есть практически сразу же за первым успехом, он встретил прекрасного учителя литературы Ивана Ивановича Зеленцова, благодаря которому «добрая половина класса пошла по гуманитарной линии». Позднее он послужит прототипом учителя Николая Николаевича из рассказа «Исследователи». «Хотя в то время, — вспоминает писатель, — было принято говорить лишь о классовой сущности литературных героев, Иван Иванович уделял много внимания художественной стороне произведений, показывал, как с помощью одной- двух деталей можно создать характер или целую картину». Такой педагог редко встречается в школе. Судя по воспоминаниям учеников, Зеленцов был уникальным для своего времени и места человеком. «...Еще не узнав нас поближе, Иван Иванович как будто авансом полюбил нас, как своих детей. Он называл нас всех по именам. Его уроки были не просто уроками литературы и русского языка, они были уроками интеллигентности, такта, гуманизма, уроками справедливости и доброты. А ведь шел страшный 1937 год!.. Помню, как Иван Иванович возвращал нам наши диктанты и домашние сочинения. Он говорил о достоинствах и недостатках наших сочинений так, как будто это были произведения классиков литературы».
Жизнь сделала, казалось бы, все, чтобы литературная карьера Юрия Сотника развивалась по накатанной дорожке. На пользу ему пошло даже то, что по окончании школы его как сына кустаря-одиночки не приняли в техникум (кустарем-одиночкой числилась его мать: бывшая учительница, она в трудные 20-е годы подрабатывала шитьем). Юра решил заняться литературой. Довольно быстро написал рассказ под названием «Васька-клоп», и его так же быстро напечатали в детском приложении к взрослой газете «Безбожник», оказав тем самым... медвежью услугу, потому что рассказ был «ужасным» («В нем были кулак, подкулачки и поп, убивающие колхозного активиста и сын кулака Вася, разоблачающий преступников. Словом, вылитый Павлик Морозов»). С тех пор Юра «стал печь рассказы как блины», не останавливаясь и не задумываясь, по одной-единственной схеме. Подающий надежды автор решил, что особенно сильно действует на читателя гибель героя. Поэтому и поставил себе задачу — к концу рассказа обязательно кого-нибудь отравить или заставить повеситься. Рассказы («все очень плохие и мрачные») один за другим отвергались редакциями. Чтобы заработать, Сотник стал писать маленькие очерки для детских газет и журналов. Для чисто профессионального совершенствования очень пригодились ему занятия в драматургической мастерской при Центральном доме художественной самодеятельности имени Н. К. Крупской: навыки, приобретенные здесь, он всю жизнь использовал с благодарностью.
Он решил «накапливать биографию». Работал ретушером в детских газетах и журналах, киномехаником, секретарем какого-то технического журнала. Будучи уже взрослым (в девятнадцать лет) проехал под вагоном от Москвы до Ленинграда. Затем отправился на Кольский полуостров, где с бригадой молодых актёров кочевал от становища к становищу. Через год, под влиянием Джека Лондона, пытался уехать в Сибирь, на Ленские прииски, но приключения писателя оказались не успешней, чем приключения героя. «До приисков не доехал, - вспоминает он, — заболел и в 1936 году чуть живой вернулся в Москву». «Вернулся из «белого безмолвия» с цингой, с обмороженной физиономией», сотрясением мозга и вшами. После Сибири нашёл работу в фотолаборатории, потом стал секретарём многотиражной газеты. Что еще было в его жизни, прежде чем отразиться в книгах? Раньше, чем герои его рассказа, он пытался снимать со своего лица гипсовую маску; лазал по вентиляционным трубам в школе, но при этом чуть не погиб; по свидетельству его друга писателя Макса Бременера, попробовал однажды в лодке «пять баллов на Черном море» (герой рассказа Сотника «Человек без нервов» только хвастался этим!); еще в детстве мастерил подводную лодку, да и в юные годы мечтал о ней...
Рассказы писал по-прежнему быстро и на не связанные с пережитым сюжеты. Как признавался сам Юрий Сотник, переворот произошёл буквально за вечер. Однажды один из друзей семьи прочитал вслух пьесу Бабеля «Закат». И молодой человек «уразумел, наконец, что такое характер, что такое атмосфера действия, что такое ритм и какое значение для всего этого имеет настоящий диалог». И понял, что много лет лишь играл в писателя, и теперь надо приниматься за дело. Свой следующий рассказ юный автор сочинял уже вдумчиво и очень-очень медленно. Правда, расстаться с любезной сердцу концовкой так и не смог, не отказал себе в удовольствии включить в повествование «трагический мотив в лице умирающей от туберкулёза девушки». И хотя получившийся рассказ сильно напоминал творения Джека Лондона, его напечатали в альманахе «Звено». В 1938 году Сотник вступил в творческое объединение при издательстве «Советский писатель», стал серьезно учиться литературному делу.
Однажды кто-то посоветовал Юрию написать о том, как он в детстве мечтал построить подводную лодку. Сотник вспомнил, что имел по физике твёрдый «неуд», и в красках представил себе, чем могла закончиться эта история. Именно с рассказа о незадачливом юном конструкторе подводной лодки («“Архимед” Вовки Грушина») начался «настоящий» Юрий Сотник. Отвергнутый литконсультантом журнала «Пионер», рассказ волею случая попался на глаза редактору «Пионера» Бобу Ивантеру и тут же был напечатан. Случилось это в 1939 году, когда автору было 25. Говорят, когда вышел «Пионер» с «Архимедом», одна пионервожатая в пионерлагере этот номер журнала от своих подопечных спрятала: боялась, как бы они субмариновую флотилию не построили и не уплыли бы в один прекрасный момент куда-нибудь подальше...
Вслед за «Архимедом» в том же «Пионере» полгода спустя увидел свет и рассказ «Исследователи», тоже написанный по воспоминаниям из детства. В старой школе была вентиляционная система, куда лазил Юрий вместе с товарищами, исследуя её.
Писатель Юрий Сотник вышел на свою главную орбиту. Однако свою первую книгу он выпустил нескоро — лишь в 1946 году. Это была повесть «Про наши дела». В 1947 вышла книга, которая называлась так же, как один из её рассказов, — «“Архимед” Вовки Грушина»

За ней последовали большой сборник рассказов «Невиданная птица», вышедший в серии «Золотая библиотека» (1950), повесть «Приключение не удалось» (1960), «Машка Самбо и Заноза» (1965), «Эликсир Купрума Эса» (1978). 


Писатель явно не спешил выступать с новыми произведениями, несмотря на успех и признание юных читателей, да и критики, — литературная требовательность его к самому себе была высокой. Столь же медленно его творческий багаж пополнялся и дальше. Ребята 40-70-х годов прошлого века с нетерпением ждали, когда в их почтовом ящике появится очередной номер журнала «Пионер» с новым рассказом писателя. Вымышленные герои Сотника участвовали в пионерских сборах, военной игре «Зарница», сражениях «карбидов» (ребят из пионерлагеря завода «Карбид») с «трикотажами» (ребят из пионерлагеря трикотажной фабрики).
Юрий Вячеславович понял, что писать смешные рассказы о детстве очень интересно. Он придумывал смешные и поучительные истории для детей, утверждая их право быть такими, какие они есть, — озорными, непослушными, готовыми на самые неожиданные выходки. Детство — это драгоценный дар, воспоминания о котором человек проносит через всю жизнь. И важно вовремя направить в нужное русло кипучую детскую энергию, которая приводит иногда к самым непредсказуемым поступкам. Именно такие неожиданные ситуации и описывает Юрий Сотник в своих произведениях.
Героями его произведений стали любознательные выдумщики, одолеваемые жаждой новых открытий и изобретений, мальчишки и девчонки, которым всегда, во все времена не сидится на месте и хочется настоящих открытий и приключений. Все они разные, готовые постоянно что-то придумывать, изобретать, участвовать в любых делах. Построить свою подводную лодку, сконструировать мясорубку из пылесоса, сбежать на Крайний Север? Конечно же, да! Исследователями, открывателями, «двигателями прогресса» выступают Федя Капустин из повести «Приключение не удалось», Вася из рассказа «Невиданная птица», не побоявшийся схватиться с «кондором» (за которого он принял модель планера, улетевшую с соревнований), мальчишки из рассказа «Исследователи», чей пример оказался заразительным для солидного, пожилого педагога Николая Николаевича, вслед за ними рискнувшего пуститься в исследование вентиляционной системы своей школы? А юный детектив Петя Калач и его младший собрат из повести «Машка Самбо и Заноза»? Наравне с мальчишками выступают и девочки. Порой они даже превосходят мальчишек в жажде романтики и открытий, а то и в смелости. Ничуть не уступают своим сверстникам, а в чем-то и превосходят их Маша и Люся Пролеткины из повести «Машка Самбо и Заноза», звеньевая Таня Закатова из рассказа «Белая крыса» или хитроумная и напористая Аглая, героиня нескольких широко известных рассказов «Как я был самостоятельным» и других. «Придумывать всякие приключенческие истории очень легко. Но если бы вы знали, какая эта трудная работа — придумать приключение так, чтобы читатель в него поверил, а всех героев рассказа увидел живыми людьми» — писал Юрий Сотник.

В рассказах, повестях, пьесах Сотник показывает детям их самих — без прикрас, безо всяких нотаций, без заискивания перед детьми, без сюсюканья, но и без иронической снисходительности. Автор любит своих героев, но если появляются у него «мерзкие личности», то спуску им не дает. Его главное оружие — юмор, который лечит, воспитывает, наставляет на путь истинный и, если нужно, помогает пригвоздить к позорному столбу. Нелепые ситуации, в которые персонажи попадают из-за своей тяги к приключениям, вызывают у Юрия Сотника добрую улыбку — он мягко иронизирует над ними, но никогда не высмеивает само стремление к открытиям. «Юрий Сотник прекрасно знает, что даже в наиболее рискованных своих затеях (затеи эти многие взрослые назвали бы озорством, а то и хулиганством) дети, как правило, исходят из самых лучших побуждений. И он неизменно выступает защитником своих героев перед их родителями, да и вообще перед взрослыми, неотразимо доказывая, что они, эти герои, почти всегда лучше, чем о них думают взрослые...», — пишет о Юрии Вячеславовиче критик и литературовед С. И. Сивоконь. 
При этом рассказы Сотника лишены обычной для советской литературы назидательности. «Генеральное обращение» у писателя только одно: «Ты можешь быть кем угодно: полярным исследователем, биологом, химиком, пионервожатым. Прошу тебя только об одном: что бы с тобой ни случилось, всегда оставайся честным, порядочным, смелым. Оставайся Человеком с большой буквы». Дети у Сотника почти обходятся без вмешательства взрослых, они самостоятельны не только в поступках, но и в поисках нравственных ценностей. Они часто ошибаются, ссорятся и даже дерутся. Зато они до всего доходят своим умом. Смешное и героическое, лирическое и юмористическое в книгах Сотника всегда рядом. Его «открыватели» и «исследователи» часто попадают в парадоксальные, а порой и опасные для жизни ситуации. Но из всех испытаний ребята выходят с честью, преодолев свои слабости. И автор всегда даёт им надежду на благополучный исход, призывает не отчаиваться и верить в будущее.
Герои у него получались совсем живые, потому что Сотник наделял их манерами и чёрточками характера тех мальчишек и девчонок, с которыми дружил. Вот как обо всём этом рассказывал сам писатель: «Скажем, недавно я познакомился с мальчиком, который не переставая говорил о ракетах, при этом солидно покашливал и крутил от волнения пуговицу на своей курточке. Или видел девочку, которая через каждые пять минут причёсывала свою чёлку и смотрелась в зеркальце. Я всё это запомнил. А потом я начинаю писать книжку о фантастических приключениях мальчика и девочки. И, чтобы хорошо представить этих ребят, я пишу, как мальчик крутит пуговицу, а девочка постоянно смотрится в зеркальце. И они оживают, становятся похожими на ваших сверстников…» Придумывая для героев смешные ситуации, писатель вовсе не высмеивает их. Юмор и мягкая ирония, иногда лукавая усмешка автора помогают читателям лучше понять мотивы их поступков. «Маленькие герои Сотника, оттого что мы постоянно смеемся над ними, кажутся нам еще более живыми, реальными, настоящими. Словно мы не в книжке прочли про них, а долго жили рядом, в одной квартире или в одном дворе», — так писал о героях книг Ю. Сотника известный литературовед Борис Сарнов.

Рассказы Сотника хочется немедленно пересказать кому-то и ещё раз посмеяться – теперь уже вместе. И не только читать, но и показывать, повторять то, что делают герои, хотя затеи их не всегда удачно кончаются, как, например, в рассказе «Дудкин острит». 

Антошка Дудкин прослыл острословом и на праздничном концерте у соседей решил показать фокус, долго тренировался, пытаясь выдёргивать салфетку из-под какого-нибудь предмета. Но в гостях всё пошло не так, как ему хотелось: стеклянный графин, стоявший на тумбочке, разбился. Каждый рассказ Юрия Сотника — забавная игра. И в каждом столько героев! Быстрая Аглая, остроумный Дудкин, выдумщик и заводила Бармалей... Из книги в книгу шагают герои, внешне непохожие, разные по характеру и по возрасту, но одна очень важная чёрточка роднит их. Это люди живого ума и воображения, каждую минуту у них возникают тысячи вопросов, и ответы они непременно хотят найти сами.

В рассказе «Гадюка» мальчик всё лето собирал для школьного террариума ужей и лягушек. Четыре часа подряд он выслеживал гадюку, а в поезде она удрала из банки. Весь вагон дрожит от страха, пассажиры ругают Борю. А гадюку всё-таки не убивают и даже просят милиционера, чтоб он проводил Борю домой с его ценным «школьным имуществом».
Представьте себе, как настрадался Гога Люкин из рассказа «Маска», когда с него гипсовый слепок снимали! Маска приросла к бровям и ни за что не отлипала. Страшно даже подумать, что было бы с Гогой, если бы не решительность его папы.
«Храбрец» Лодя из рассказа «Человек без нервов», стремясь произвести впечатление на Машу Брыкину, специально дразнит быка Берендея, которого боится вся деревня. Мальчик знает, что бык крепко привязан, иначе не стал бы этого делать. Когда же бык оторвался и побежал за ним, Лодя спрятался под елью. К счастью, Маша не заметила его позора!
А знаменитый Вовка Грушин со своей переэкзаменовкой и уверенностью в том, что Архимед — полководец!.. Не удивительно, что придуманная им подводная лодка не смогла всплыть. Мы смеёмся над незадачливым Вовкой и, странное дело, испытываем к нему уважение. Да, конечно, он не рассчитал соотношение между весом и объёмом лодки, но ведь всё лето он строил её из байдарки, бидона для керосина и велосипедного насоса: испытывал её, ночь пролежал на грунте под толщей воды, и в эти часы он был отважным испытателем.

«День, когда я впервые почувствовал себя самостоятельным, врезался мне в память на всю жизнь. Я до сих пор вспоминаю о нем с содроганием», — это начало одного из самых известных рассказов Сотника «Как я был самостоятельным»


Уехали родители на дачу к знакомым, оставив девятилетнего сына на один день — взять его с собой было нельзя: у знакомых ребёнок болел корью. Моралью этой истории могла бы быть ироническая фраза — «Нечего детей одних оставлять», но ее, конечно, произнесли бы взрослые. Сотнику было важно, что подумают дети, узнав о злоключениях Лёши, который в отсутствие родителей совершил благородный поступок: пустил в квартиру участников драмкружка, среди которых была девочка Аглая — его симпатия. Как эти горе-актёры перевернули всё в квартире, сколько предметов испортили, в том числе любимую игрушку Лёшиного детства — коня, из которого пытались сделать необходимого им по ходу пьесы козла, что натворил настоящий козёл, которого ребята приволокли к Лёше и что в результате застали родители — это только человек со стальными нервами может выдержать. Или человек, которому так нравится девочка, что он не в состоянии соображать и ни в чём ей не отказывает. Мало того, что Лёшку ожидал нагоняй, «самый тяжёлый удар, удар в самое сердце постиг меня на следующее утро», — говорит прозревший герой. Он слышит, как Аглая говорит про него: «Я им как хочу, так и верчу».
Вовка Грушин построил подводное судно «Архимед». Герой рассказа «Кинохроника» увлёкся киносъемкой, хотел запечатлеть какое-нибудь выдающееся событие, а снял весьма ненатуральную драку пионеров из третьего звена. Юра Самохвалов из рассказа «Петухи» конструирует самолёты в авиамодельном кружке... Дети у Сотника почти обходятся без вмешательства взрослых, они самостоятельны не только в поступках, но и в поисках нравственных ценностей. Они вовсе не паиньки, у них полно недостатков. Они часто ошибаются, ссорятся и даже дерутся, но они живые, настоящие. Зато они до всего доходят, как говорится, своим умом. Это и есть жизненная школа.

О многом заставляет задуматься повесть «Ясновидящая, или Эта ужасная «улица» (1983 г.). Главная героиня — девочка по имени Матильда. Не сразу и не всем становится ясно, что она Ясновидящая. Очень многим казалось, что она просто выдумщица. Матильда сочиняет талантливо и непревзойдённо. Так, что через секунду и сама готова поверить в реальность очередного своего фантастического сюжета. Дом, в котором живёт Матильда, новый. Жители его ещё не успели ни с кем познакомиться, и потому простор для «завиральной» деятельности героини поистине безграничный. Двенадцать мальчиков и девочек, возрастом от восьми до четырнадцати лет, за несколько дней новой жизни на новом месте успевают столько всего совершить, что неясно, как разрешится ситуация, доведённая до крайней точки. Читателю этой повести есть о чём поразмыслить и, конечно, есть чему улыбнуться.

И читается «Ясновидящая» как настоящий иронический детектив. Новостройка ещё только начинает заселяться, а Матильда придумала пару историй о рухнувшем балконе и взбесившемся слоне... Но лебединой песней станет для неё история о Лешке Тараскине и его пребывании в колонии для несовершеннолетних за «недорезанную» романтическую треугольную историю между Лешей, Тамарой и Альфредом. В голове Матильды на редкость правдоподобно созрели множественные истории и домыслы. Она пускает слух, что в доме живут подростки-хулиганы, алкоголики, даже ребята с криминальным прошлым. Совсем недавно положительные домашние дети с легкостью примеряют на себя маски этих самых хулиганов — и им нравится. Со скоростью лавины двор превращается в довольно опасное место. И вот уже Федька и Нюрка Красилины идут прикупить портвейшка, а Миша Огурцов осторожно пробует курить. И выдернутый грибок детской площадки, и разбитый фонарь, и отнятый велосипед — все это вроде бы и правильно оценивается самими ребятами, но быть белой вороной никто не желает, ни у кого нет силы духа махнуть рукой и хотя бы отстраниться. И как каждая такая история, начавшись с мелочи, с похвальбы, все обрастает и обрастает поступками. Пока в руке одного не появляется нож, и не возникает потребность бить одного, совсем незнакомого, приезжего, всем скопом... Двенадцать мальчиков и девочек, возрастом от восьми до четырнадцати лет, за несколько дней новой жизни на новом месте успевают столько всего совершить, что диву даешься. И ведь никто из них не был ни хулиганом, ни даже баловником. Нормальные, совершенно обычные ребята. Из которых только двое смогли найти в себе силы прекратить эту историю.
Самое неприятное, что есть у подростков – это чувство стадности. Все хотят быть как все. Но признаться в этом – да никогда, на словах все наоборот. Девочка Оля старательно культивирует в себе умение быть «не такой как все». Все стригутся – а у нее коса, все в джинсах – а у нее юбочка с воланами и романтичная блузка, ей так нравится, она – «не такая как все». И вся эта непохожесть рассыпается в прах, когда она понимает, чтобы попасть в дворовую компанию, нужно стать отвязной невротичной задирой. Хлебнуть портвешку из горла на глазах участкового – куда делась «не такая как все»? Мальчик Леша стеснительный и несмелый, нежно любит своих бабушек, у него с ними полное взаимопонимание. Но ради имиджа «бывалого» Леша начинает хамить им напропалую. Умом понимая, что он обижает любимых старушек, он тем не менее отчаянно грубит, внутренне сгорая от стыда. Сдуру запустить камнем в новенький фонарь – а чего ради, сам же понимаешь, что было красиво, а стало гадко. Не хочется это делать, но как же, все вокруг крутые, а ты что, размазня? Выворотить карусельный столб с детской площадки – а как еще доказать соседям, что ты силач и разрядник? Драться-то страшновато, а ну как Леша ножом пырнет, а молча терпеть нельзя — уважать не будут. За какие-то несколько дней в отдельности милые дети превратились в старательных хулиганов и отморозков. В ужасе родные просят о помощи у закадычного друга Леши, пусть приедет, разберется. Но Леша с необычайной легкостью предает недавнего товарища, помахивая ножичком, зловеще обещает новым товарищам «разобраться». Конечно, конец все-таки будет хэппи. Все соберутся, поговорят, разберутся, посмеются и разойдутся, все те же примерные мальчики и девочки, сдуру попробовавшие другой жизни. Каким тонким оказался слой полученного воспитания, как немного надо, чтобы организовать послушное стадо. Готовое пойти куда угодно, за кем угодно, лишь бы не быть отдельно, лишь бы быть как все. Финал непростой истории, хоть и представлен открытым, оптимистичен. Самое страшное не произошло, есть возможность начать историю двора восемнадцатого дома с чистого листа. Совместные усилия встревоженных родителей, неравнодушного участкового и самих ребят, которые уже устали от своей «крутизны», могут превратить драматический сюжет в смешную историю, которая крепко подружит и поможет возмужать.
Почти все рассказы и повести Юрия Сотника интересны и взрослым. Нередко именно им и адресованы нравственные уроки. Например, в повести «Приключение не удалось» родители Феди Капустина ни разу не появляются на сцене. Известно лишь, что «отец был в командировке, мама с утра уехала в деревню к внезапно заболевшей бабушке, предупредив, что вернётся через несколько дней». 


Зато обстановку в семье Капустиных мы видим отлично. Кроме папы, мамы и Феди здесь ещё двое детей: Варя и Вовка. Но хотя Федя старше их обоих, за главную в доме остается Варя: «Варя уже почти месяц училась в четвёртом классе. Куклы её больше не интересовали, поэтому она всё свое внимание перенесла на братишку. Оказавшись за старшую, она с таким рвением занималась уходом за Вовкой и его воспитанием, что у того, как говорится, темнело в глазах. То она стригла ему ногти, и без того короткие, то чистила на нём костюм, больно стукая по бокам и спине, то вдруг заявляла, что у Вовки, «должно быть, жар», и заставляла его подолгу высиживать с градусником под ворохом тёплых одеял. Чтобы Вовка не избаловался, она в обращении с ним придерживалась двух очень простых правил: а) чего бы он ни захотел и о чём бы ни попросил, ни в коем случае ему этого не разрешать, б) как можно чаще делать ему замечания». Юмор этих строк лучше всего оценят взрослые. Действительно, посмеяться тут есть над чем. Но есть и над чем подумать! Варя ведь не с куклой играет, а воспитывает реального, живого мальчишку. Ей кажется, что воспитывает, потому что именно так обращается с ней и другими детьми её собственная мама. Не сама же Варя додумалась до тех «очень простых правил», которые она применяет на своём братишке. К сожалению, не только Варина мама, но и другие родители думают, что всевозможные запреты и мораль по всякому поводу – это и есть воспитание. Значит, не только возраст и романтика заставили Федю бежать из дому. Можно посочувствовать мальчику: его побег не удался, дома его ожидает режим ещё более строгий, а в школе – насмешки товарищей и презрение его лучшей подруги.
Сотник обладал потрясающим чувством юмора. Если верно суждение о том, что смех продлевает жизнь, этот писатель достоин памятника. В своё время его ужасно смешные рассказы ругали за «педагогическую беспомощность»: нет, видите ли, в них судьбоносных выводов и эпохальных обобщений — так, всё какие-то частные случаи, байки да историйки. И только умные критики вроде Бенедикта Сарнова называли вещи своими именами: никакая это не беспомощность, а самый что ни на есть настоящий педагогический такт! Писатель слишком любит своих непутёвых выдумщиков и затейников, обуреваемых жаждой деятельности, слишком хорошо понимает их, чтобы ещё наставлять и воспитывать. Сарнова восхищала та лёгкость, естественность, непринуждённость, с которой ходят, говорят, бегают — живут — герои Юрия Вячеславовича; естественность, которая неизменно вызывает читательское доверие и душевную расположенность к автору (смотрите, он ведь всё про нас знает, стало быть, он «свой»!); которой не хватает подчас даже самым опытным мастерам.
Знавшие его лично отмечают, что Юрий Сотник обладал потрясающим воображением, был умным собеседником и достаточно скромным и тихим человеком в быту. Юрий Сотник любил рукодельничать у него было множество инструментов. Он с удовольствием копался в приборах, разбирал и снова собирал их, мастерил своими руками и т.п. Юрий Сотник был женат на Ирине Григорьевне Сотник (Семеновой), которая приходилась внучкой генералу-майору Владимиру Григорьевичу Семенову - участнику русско-турецкой войны 1877-1878 годов, герою обороны Порт-Артура в русско-японской войне. С конца 50-х годов семья Сотника жила в Доме писателей на улице Черняховского, дом 4. В этом же доме жили и работали К. Симонов, А. Галич, А. А. Тарковский, Ю. Нагибин, Б. Ахмадулина, В.Б. Шкловский и другие. Ходили легенды, что Юрий Сотник бродил по Москве с диктофоном, на который наговаривал свои рассказы. Однажды его арестовали, думая, что это шпион. 
За долгую творческую жизнь Юрий Вячеславович написал несколько десятков книг. По мотивам произведений Юрия Сотника сняты замечательные фильмы: «ЧП в пятом «Б» (1965), «Два дня чудес» (1970), «Приключение не удалось» (1974), «Предположим, ты капитан…» (1976), «Просто ужас!» (1982), «Как я был самостоятельным» (1987), «Искатели» (телесериал, 2001), «Опасный приз». 
Умер писатель 3 декабря 1997 года в Москве.
Книги Сотника не стареют и не утрачивают читательской любви. Читаются легко и весело. С ними знакомы дети разных стран мира. Своим творчеством автор призывает читателей всегда оставаться честными, порядочными, смелыми людьми, что бы ни случилось.
Рассказы и повести Сотника – о честности и лжи, храбрости и трусости, порядочности и непорядочности. В книгах Юрия Вячеславовича много очень хороших, добрых, открытых, честных ребят, каждый из юных персонажей его книг наделен неистощимой изобретательностью, беспокойным стремлением совершить чудо, удивлять людей своей необычной, подчас парадоксальной выдумкой. Но как показать, что не все так просто в жизни, что есть моменты, в которых просто необходимо проявить твердость, не прогнуться, не закрыть глаза? Что иногда самая малость приводит к печальным последствиям? Что раз отвернувшись, ты можешь стать подлецом? У автора это получается — воспитывать, избегая назойливой назидательности и прямолинейного дидактизма. С помощью юмора и иронии достигается успех там, где потерпит поражение серьезный разговор.



Современному читателю любопытно познакомиться со всеми радостями советского детства, ведь даже в самых ранних рассказах Юрия Сотника нет ни «политики», ни ложной назидательности. Проходят годы, сменяют друг друга поколения самых изобретательных людей в мире, людей, выводящих из равновесия родителей и учителей своей изобретательностью. А книги Юрия Сотника им по-прежнему интересны.

2 комментария:

  1. Имя Юрия Сотника знают все, работающие в детских библиотеках! Сколько мы проводили мероприятий по его книгам!

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Ирина, а детям нравятся книги Юрия Сотника?

      Удалить

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...