пятница, 2 июня 2017 г.

Юнна Мориц:


«Я – странный человек, люблю свою страну,
Особенно люблю в трагическое время…»

       2 июня отмечает юбилей Юнна Мориц, замечательный поэт, прозаик, член Союза российских писателей, художник, обладательница многих литературных премий, в том числе российской премии «Триумф» за высшие достижения в литературе и искусстве и премии Правительства РФ в области культуры. Произведения Юнны Мориц помнят и любят и дети, и взрослые: «Собака бывает кусачей…», «Ежик резиновый…», «Пони», «Хорошо быть молодым…», «Когда мы были молодые и чушь прекрасную несли…». Все ее стихи отличаются музыкальностью и многие из них стали песнями. Особую популярность завоевали песни в исполнении Сергея и Татьяны Никитиных, записавших в 1995 г., а затем и в 2010-м (с некоторыми изменениями и дополнениями) детский альбом «Резиновый ежик». Добрые, искренние стихи Юнны Мориц увековечены и в мультфильмах – «Пони бегает по кругу» (1974), «Сказка о потерянном времени» (1978), «Большой секрет для маленькой компании» (1979), «Мальчик шел, сова летела» (1981), «Трудолюбивая старушка» (1986)... Ее детское увлечение рисованием сохранилось на всю жизнь, у нее накопились десятки тысяч картин (живопись, графика), и свои книги она часто иллюстрирует собственными рисунками.

Живет она в Москве, но Челябинск ей не чужой. Во время войны Юнна Мориц ребенком жила в Челябинске вместе с семьёй. Впечатления о Челябинске тех лет отразились во многих ее поэтических сборниках, «На этом береге высоком» и «По закону – привет почтальону», и в особенности в сборнике прозы «Рассказы о чудесном». Стихи и рассказы об этом периоде жизни поэтессы интересны нам не только потому, что связаны с детством Юнны Петровны, – они яркие картинки из жизни челябинцев во время войны. Первое время семья ютились на чужой кухне, а потом всю войну жили в подвале дома на ул. Елькина (недалеко от сегодняшнего проспекта Ленина). Он не сохранился. В Челябинске в возрасте четырех лет Юнна написала свое первое стихотворение про ослика, позже училась в начальных классах в школе №1. Большая переписка и дружба связывала Юнну Петровну и известную в Челябинске семью Рубинских. Когда известный поэт, композитор, драматург, педагог Константин Рубинский был маленьким, ему очень нравились стихи Юнны Мориц. Он был уверен, что все поэты уже умерли, и плакал, жалея ее. Костя уже в пять лет стал писать стихи. Мама Кости списалась с Юнной Петровной. Завязалась переписка, Костя корявыми буквами писал стихи и сказки Юнне Петровне. Когда однажды он заболел, Юнна Петровна послала для него редкое лекарство. Стихотворение Юнны Петровны «Тетрадка для сказок» посвящено Косте Рубинскому.

Тетрадка для сказок

Голубушка-птичка,
Прошу хоть на час
Я вас приземлиться
У речки Миасс.
Там – город Челябинск,
А в городе – дом,
А в доме – приятель мой,
Маленький гном!
Зовут его Костя,
А лет ему пять,
Он может
Печатные буквы
Писать!
А кроме того,
Безо всякой подсказки
Он сам сочиняет
Волшебные сказки!
Лети же, голубка,
К нему на крыльцо,
Клади на крыльцо
От меня письмецо:
«Мой друг ненаглядный,
Мой милый читатель
И собственных сказок
Весёлый писатель!
Я вам подарю
Голубую тетрадь -
Печатными буквами
Сказки писать!
Вчера и сегодня,
Мой друг дорогой,
Тетрадку я красила
В цвет голубой,
Просохнет она
На верёвке в саду -
Тогда утюжком я
По ней проведу,
Потом я прилажу
К ней пару завязок
И срочно пришлю вам
Тетрадку для сказок -
Они обожают
Тетрадь голубую,
Как лебеди – озеро!
Крепко целую!»

Ее творчество стало воплощением чуткости и остроты восприятия автором окружающей действительности. Она пишет любовную лирику, замечательные детские стихи и произведения, в которых отстаивает свою гражданскую позицию. Стихи Юнны Петровны Мориц переведены почти на все европейские языки, а также на японский, турецкий, китайский. Знаменитая поэтесса и сегодня по-прежнему активна – переводит, пишет стихи и рассказы. С болью в душе Юнна Петровна отозвалась о бомбежках в Сербии, осуществленных НАТО в 1999 г. Ответом на эти события стала её поэма «Звезда сербости». В ней поэтесса напишет: «Война уже идет не с сербами, а с нами». В том же духе она отстаивает и позицию России в конфликте на Украине, называя себя противоядием «русофобской отравы». Юнна Петровна десять лет не была на родине и в ближайшие годы не видит возможности там побывать. В стихотворении «Другая Украина» она вспоминает прошлое и родину, которая была ей по-настоящему близка и понятна. Юнна Мориц – активный пользователь Фейсбук, у нее огромное количество друзей и подписчиков.
В краткой автобиографии она рассказывала: «Родилась 2 июня 1937 года в Киеве. У отца было двойное высшее образование: инженерное и юридическое, он работал инженером на транспортных ветках. Мать закончила гимназию до революции, давала уроки французского, математики, работала на художественных промыслах, медсестрой в госпитале и кем придётся, даже дровосеком. В год моего рождения арестовали отца по клеветническому доносу, через несколько пыточных месяцев сочли его невиновным, он вернулся, но стал быстро слепнуть. Слепота моего отца оказала чрезвычайное влияние на развитие моего внутреннего зрения.
В 1941-45 годах мать, отец, старшая сестра и я жили в Челябинске, отец работал на военном заводе. В 1954 году я закончила школу в Киеве и поступила на заочное отделение филологического факультета. В 1955-ом поступила на дневное отделение поэзии Литературного института в Москве и закончила его в 1961 году.
Летом - осенью 1956 года на ледоколе «Седов» я плавала по Арктике и была на множестве зимовок, в том числе и на Мысе Желания, что на Новой Земле, в районе которой испытывали «не мирный атом». Люди Арктики, зимовщики, лётчики, моряки, их образ жизни, труд (в том числе и научный), законы арктического сообщества повлияли так сильно на мою 19-летнюю личность, что меня очень быстро исключили из Литинститута за «нарастание нездоровых настроений в творчестве» и напечатали огромную разгромную статью в «Известиях» за подписью В.Журавлёва, который позже прославился тем, что в тех же «Известиях» напечатал стихи Анны Ахматовой, подписав их своим именем и внеся в них мелкую правку.
В 1961 году вышла моя первая книга в Москве «Мыс Желания» (никаких романтических «желаний»!.. чисто географическое название мыса на Новой Земле), - книгу пробил в печать Николай Тихонов, когда в очередной раз меня обвинили в том, что я - не наш, не советский поэт, чей талант особенно вреден, поскольку сильно и ярко воздействует на читателя в духе запада.
Моя вторая книга «Лоза» вышла в Москве через 9 лет, в 1970 году, поскольку я попала в «чёрные списки» за стихи «Памяти Тициана Табидзе», написанные в 1962-ом. Убеждена, что все «чёрные списки» по ведомству литературы, всегда и сейчас, сочиняются одними писателями против других, потому что репрессии - очень доходное дело.
Благодаря тому, что мои стихи для детей никому ещё не были известны и поэтому не попали под запрет, я смогла напечатать в 1963 году куст стихотворений для детей в журнале «Юность», где по этому случаю возникла рубрика «Для младших братьев и сестёр». Читатель мгновенно мне заплатил люблями. Занимаясь поэтикой личности, языков изобразительного искусства и философией поэтского мира, я получила тогда огромное наслаждение от того, что «чёрные списки» так светло рассиялись и только расширили круг люблёвых читателей.
С 1970 по 1990 год я издала книги лирики: «Лоза», «Суровой нитью», «При свете жизни», «Третий глаз», «Избранное», «Синий огонь», «На этом береге высоком», «В логове голоса». После этого 10 лет не издавалась. «Лицо»(2000), «Таким образом»(2000,2001), «По закону - привет почтальону»(2005, 2006) вышли с включением в содержание страниц моей графики и живописи, которые не являются иллюстрациями, это - такие стихи, на таком языке.
Долгие годы меня не выпускали за рубеж, несмотря на сотни приглашений от международных фестивалей поэзии, форумов, университетов и СМИ, - боялись, что я сбегу и тем испорчу международные отношения. Но всё же года с 85-го у меня были авторские вечера на всех знаменитых международных фестивалях поэзии в Лондоне, в Кембридже, Роттердаме, Торронто, Филадельфии. Стихи переведены на все главные европейские языки, также на японский, турецкий, китайский. Премии мои таковы: «Золотая роза» (Италия), «Триумф» (Россия), премия имени А.Д. Сахарова (Россия).
Мои дальние предки пришли в Россию из Испании, по дороге они жили в Германии. Я верую в Творца Вселенных, в безначальность и бесконечность, в бессмертие души. Никогда не была атеистом и никогда не была членом какой-либо из религиозных общин».

Вспомним стихи юбиляра:

Путеводная звезда
Кто так светится? Душа.
Кто ее зажег?
Детский лепет, нежный трепет,
Маковый лужок.

Кто так мечется? Душа.
Кто ее обжег?
Смерч летящий, бич свистящий,
Ледяной дружок.

Кто там со свечой? Душа.
Кто вокруг стола?
Один моряк, один рыбак
Из ее села.

Кто там на небе? Душа.
Почему не здесь?
Возвратилась к бабкам, дедкам
И рассказывает предкам
Всё как есть.

А они ей говорят:- Не беда.
Не тоскуй ты по ногам и рукам.
Ты зато теперь - душа, ты - звезда
Всем на свете морякам, рыбакам.

Хорошо - быть молодым!..
Хорошо - быть молодым,
За любовь к себе сражаться,
Перед зеркалом седым
Независимо держаться,
Жить отважно - черново,
Обо всем мечтать свирепо,
Не бояться ничего -
Даже выглядеть нелепо!

Хорошо - всего хотеть,
Брать свое - и не украдкой,
Гордой гривой шелестеть,
Гордой славиться повадкой,
То и это затевать,
Порывая с тем и этим,
Вечно повод подавать
Раздувалам жарких сплетен!

Как прекрасно - жить да жить,
Не боясь машины встречной,
Всем на свете дорожить,
Кроме жизни скоротечной!
Хорошо - ходить конем,
Власть держать над полным залом,
Не дрожать над каждым днем -
Вот уж этого навалом!

Хорошо - быть молодым!
Просто лучше не бывает!
Спирт, бессонница и дым -
Всё идеи навевает!
Наши юные тела
Закаляет исступленье!
Вот и кончилось, ля-ля,
Музыкальное вступленье,-

Но пронзительный мотив
Начинается! Вниманье!
Спят, друг друга обхватив,
Молодые - как в нирване.
И в невежестве своем
Молодые человеки -
Ни бум-бум о берегах,
О серебряных лугах,
Где седые человеки
Спать обнимутся вдвоем,
А один уснет навеки.
...Хорошо - быть молодым!..

На стоянке
Плыл кораблик вдоль канала,
Там на ужин били склянки,-
Тихо музыка играла
На Ордынке, на Полянке.

Так названивают льдинки
Возле елочного зала,-
На Полянке, на Ордынке
Тихо музыка играла.

Так бурликал на полянке
Тот ручей, где я играла,-
На Ордынке, на Полянке
Тихо музыка играла.

Я как раз посерединке
Жизни собственной стояла,-
На Полянке, на Ордынке
Тихо музыка играла.

Я снаружи и с изнанки
Ткань судьбы перебирала,-
На Ордынке, на Полянке
Тихо музыка играла.

Тихо музыка играла
На Полянке, на Ордынке.
Мама стекла вытирала,
Где в обнимку мы на снимке.

Бумазейкой вытирала,
Просветляла облик в рамке.
Тихо музыка играла
На Ордынке, на Полянке.

Это было на стоянке,
Душу ветром пробирало,-
На Ордынке, на Полянке
Тихо музыка играла.

Мой подвал
Когда мы были молодые
И чушь прекрасную несли,
Фонтаны били голубые
И розы красные росли.

В саду пиликало и пело —
Журчал ручей и цвел овраг,
Черешни розовое тело
Горело в окнах, как маяк.

Душа дождем дышала сладко,
Подняв багровый воротник,
И, словно нежная облатка,
Щегол в дыхалище проник.

Во мне бурликнул свет, как скрипка,
Никто меня не узнавал,—
Такая солнечная глыбка
Преобразила мой подвал.

С тех пор прошло четыре лета.
Сады — не те, ручьи — не те.
Но помню просветленье это
Во всей священной простоте.

И если достаю тетрадку,
Чтоб этот быт запечатлеть,
Я вспоминаю по порядку
Все то, что хочется воспеть.

Все то, что душу очищало,
И освещало, и влекло,
И было с самого начала,
И впредь исчезнуть не могло:

Когда мы были молодые
И чушь прекрасную несли,
Фонтаны били голубые
И розы красные росли.

За невлюбленными людьми...
За невлюбленными людьми
Любовь идет, как привиденье.
И перед призраком любви
Попытка бить на снисхожденье -
Какое заблужденье!
Любви прозрачная рука
Однажды так сжимает сердце,
Что розовеют облака
И слышно пенье в каждой дверце.

За невлюбленными людьми
Любовь идет, как привиденье.
Сражаться с призраком любви,
Брать от любви освобожденье -
Какое заблужденье!
Все поезда, все корабли
Летят в одном семейном круге.
Они - сообщники любви,
Ее покорнейшие слуги.

Дрожь всех дождей,
Пыль всех дорог,
Соль всех морей,
Боль всех разлук -
Вот ее кольца,
Кольца прозрачных рук,
Крыльев прозрачных свет и звук.

За невлюбленными людьми
Любовь идет, как привиденье.
В словах любви, в слезах любви
Сквозит улыбка возрожденья,
Улыбка возрожденья...
И даже легче, может быть,
С такой улыбкой негасимой
Быть нелюбимой, но любить,
Чем не любить, но быть любимой.

Дрожь всех дождей,
Пыль всех дорог,
Соль всех морей,
Боль всех разлук -
Вот ее кольца,
Кольца прозрачных рук,
Крыльев прозрачных свет и звук.

В одном ряду
В прозрачном небе крылья звезд
Мерцают, светятся, парят.
Я слышу трав и листьев рост,
Я стала с ними в тайный ряд.

Звенящий свет ко мне приник,
С луны стекая молодой.
Пьянящий свежестью тростник
Поет в одном ряду со мной.

В затылок блещет мне волна,
Сирена — в блестках грудь! — летит,
Кораллы, жемчуги со дна —
Как сильно этот ряд блестит!

Нас что-то мучает одно
В одном ряду с луной, с волной...
И хочет воздухом окно
Дышать в одном ряду со мной.

А я хочу в одном ряду
С черемухой, струящей свет,
Как водится в моем роду,
Сливаться с музыкой планет.

Если бы ...
Если бы я знала в двадцать лет,
Что меня настигнет столько бед,
Что лишусь таких великих благ,-
Белый бы я выбросила флаг.

Я бы круто повернула путь,
Я совсем не к тем бы стала льнуть,
Средства поменяла бы и цель,-
И меня хвалила бы артель.

Даже десять лет тому назад
Все могло пойти еще на лад,-
Трудно ли умеючи? Легко!
Но зашла я слишком далеко.

Не могу я, братцы, дать отбой.
Остается только быть собой.
Если я до смерти доживу,
Белый флаг на саван разорву.

И тогда вы молвите слова,
От которых кругом голова ...
Трудно ли умеючи? Пустяк!
Мертвому поэту все простят -

Даже неприятные черты,
Вроде силы духа в грозный час,
Вроде трех
Отнюдь не кротких глаз,
Вроде правды, сказанной про вас.

* * *
Мое созвездье - Близнецы,
Моя стихия - воздух.
Меркурий, сердолик, среда
Приносят мне удачу.
И, как считают мудрецы,
Такой расклад на звездах -
Что в среду или никогда
Я что-нибудь да значу.

Меркурий плавает во мгле,
А сердолик - в Тавриде,
А на земле - моя среда
Приносит мне удачу.
И в среду - я навеселе,
Я в среду - в лучшем виде,
Ах, в среду или никогда
Я что-нибудь да значу!

И если кто-нибудь отверг
В издательстве мой сборник,
Когда была я молода
И жизнь вела собачью, -
Так значит, было то в четверг,
В четверг или в во вторник, -
Ведь в среду или никогда
Я что-нибудь да значу.

Когда в один из прочих дней
Я стану легким светом,
Где в роге Млечного Пути
Пылает спирт созвездий, -
Тогда я напишу ясней
Об этом же, об этом, -
Откройся, третий глаз, прочти
Мои благие вести!

* * *
У живописца - кисть и краски,
У скрипача - смычок и скрипка,
А у поэта - ничего.
Артисту - пьеса и подсказки,
Интрига, слезы и улыбка.
А у поэта - ничего.

У футболиста есть ворота,
Он в них забрасывает что-то.
А у поэта - ничего.
У космонавта есть ракета,
Портрет волнующий поэта.
А у поэта - ничего.

Никто не скажет: «Этот критик -
Отпетый пессимист и нытик,
И взгляды мрачны у него,
Расчетливость и блеск холодный,
Ни почвы, ни судьбы народной...»
У критика - душа поэта.
А у поэта - ничего.

Ах, даже ничего такого?!
Душа поэта - у любого,
И что же? Что же? Что с того?
У многих - три души поэта,
И пять, и семь! А у поэта -
Стихи ... и больше ничего!

* * *
Та ведь боль еще и болью не была,
Так... сквозь сердце пролетевшая стрела,
Та стрела еще стрелою не была,
Так... тупая, бесталанная игла,
Та игла еще иглою не была,
Так... мифический дежурный клюв орла.
Жаль, что я от этой боли умерла.
Ведь потом, когда воскресла, путь нашла, -
Белый ветер мне шепнул из-за угла,
Снег, морозом раскаленный добела,
Волны сизого оконного стекла,
Корни темного дубового стола, -
Стали бить они во все колокола:
«Та ведь боль еще и болью не была,
Так... любовь ножом по горлу провела».

* * *
Не потрошить, а только заглянуть бы
В живой цветок среди живых полей, -
И нам поэзия предсказывает судьбы
Планет и межпланетных кораблей.

Не тронуть пальцем, лишь коснуться взором
Огнистых звезд, блуждающих во мгле, -
И нам стихи пророчат стройным хором
Все то, чего не миновать земле.

Не лезть руками в душу, а веками
Вокруг нее лишь гнезда вить свои, -
И нас поэзия обнимет облаками
Своей неисчерпаемой любви.

Не потрошить, а только заглянуть бы.
Не тронуть пальцем, лишь коснуться взором.
Не лезть руками в душу, а веками
Вокруг нее лишь гнезда вить свои.

И нам поэзия предсказывает судьбы.
И нам стихи пророчат стройным хором.
И нас поэзия обнимет облаками
Своей неисчерпаемой любви.


Мое — со мной
Л. П. Инушевской

Уходит день за днем. В дали прекрасной
Не поврежден порядок перемен:
Уходит лето по дороге красной,
Уходит осень по дороге грязной,
Всему готово что-нибудь взамен.

Мое — со мной, на каждом отпечатки:
Моя постель — печать моих костей.
И воздух, наполняющий перчатки,
Находит слепок двух моих кистей.

И зеркало, мерцающее в доме,—
Судьбы моей и дней моих тайник.
И что еще в моем жилище, кроме
Моих печалей, радостей и книг?

Но иногда, пока иные дети
В блаженстве машут крыльями во сне,
Меня пытает голос на рассвете,
Себя скрывая, может быть, в стене...

И под его диктовку удается
Признанье в том, чего не знала я.
И никаких следов не остается.
Строка в тетради, да и та — моя.

Мой кругозор
Я не владею испанским, немецким, французским.
Мой кругозор остается достаточно узким -
Только любовь, только воздух и суша, и море,
Только цветы и деревья в моем кругозоре.

Я не владею английским, турецким и шведским.
Мой кругозор остается достаточно детским -
Только летучие радости, жгучее горе,
Только надежды и страхи в моем кругозоре.

Греческим я не владею, латынью, санскритом.
Мой кругозор допотопен, как прялка с корытом -
Только рожденье и смерть, только звезды и зерна
В мой кругозор проникают и дышат просторно.

Я не владею морским, деревенским, спортивным.
Мой кругозор остается почти примитивным -
Только мое и твое сокровенное дело,
Чтобы земля с человечеством вечно летела.

Только любовь, только воздух, и суша, и море,
Только надежда и страхи в моем кругозоре.
В мой кругозор проникают и дышат просторно
Только рожденье и смерть, только звезды и зерна.

Не бывает напрасным ...
Не бывает напрасным прекрасное,
Не растут даже в черном году
Клен напрасный и верба напрасная,
И напрасный цветок на пруду.

Невзирая на нечто ужасное
Не текут даже в черной тени
Волны, пенье, сиянье напрасное
И напрасные слезы и дни.

Дело ясное, ясное, ясное,
Здесь и больше нигде, никогда
Не бывает напрасным прекрасное -
Ни с того ли нас тянет сюда?

Сила тайная, магия властная,
Звездный зов с берегов облаков
Не бывает напрасным прекрасное
Ныне присно во веки веков.


 
О жизни, о жизни - и только о ней
О жизни, о жизни - о чем же другом?-
Поет до упаду поэт.
Ведь нет ничего, кроме жизни кругом,
Да-да, чего нет - того нет!

О жизни, о жизни - о, чтоб мне сгореть!-
О ней до скончания дней!
Ведь не на что больше поэту смотреть -
Всех доводов этот сильней!

О жизни, о ней лишь,- да что говорить!
Не надо над жизнью парить?
Но если задуматься, можно сдуреть -
Ведь не над чем больше парить!

О жизни, где нам суждено обитать!
Не надо над жизнью витать?
Когда не поэты, то кто же на это
Согласен - парить и витать?

О жизни, о жизни - о чем же другом?
Поет до упаду поэт.
Ведь нет ничего, кроме жизни, кругом,
Да-да, чего нет - того нет!

О жизни, голубчик, сомненья рассей:
Поэт - не такой фарисей!
О жизни, голубчик, твоей и своей
И вообще обо всей!

О жизни,- о ней лишь! а если порой
Он роется: что же за ней?-
Так ты ему яму, голубчик, не рой,
От злости к нему не черней,

А будь благодарен поэту, как я,
Что участь его - не твоя:
За штормами жизни - такие края,
Где нету поэту житья!

Но только о жизни, о жизни - заметь!-
Поэт до упаду поет.
А это, голубчик, ведь надо уметь -
Не каждому бог и дает!

А это, голубчик, ведь надо иметь,
Да-да, чего нет - того нет!
О жизни, о ней, не ломая комедь,
Поет до упаду поэт.

О жизни, о жизни - и только о ней,
О ней, до скончания дней!
Ведь не на что больше поэту смотреть
И не над чем больше парить!

Песня о волшебнике
Сапожник починяет нам ботинки,
А плотник - табуретку и крыльцо,
Но только у волшебника в починке
Светлеет ваше сердце и лицо!

Какая тонкая работа -
Счастливым сделать хоть кого-то,
Цветок удачи принести,
От одиночества спасти,
А самому потом тихонечко уйти...

Волшебник - это сказочная личность,
И сказочно он скромен, господа,
В нем сказочно отсутствует двуличность,
И выгод он не ищет никогда.

Какая тонкая работа -
Счастливым сделать хоть кого-то,
Цветок удачи принести,
От одиночества спасти,
А самому потом тихонечко уйти...

Язык чужой обиды и печали
Волшебник изучает с детских лет,
Его вселять надежды обучали -
И это основной его предмет!

Какая тонкая работа -
Счастливым сделать хоть кого-то,
Цветок удачи принести,
От одиночества спасти,
А самому потом тихонечко уйти...



        Побег
Давай, душа, давай -
Проникнем за ограду,
Там розовый трамвай
Бежит по снегопаду,

В кофейне за углом
Поджаривают зерна,
И лестницы излом
Пропах напитком черным.

Верни, верни, верни,
Звезда, мое светило,
Те считанные дни,
Которых не хватило!

Под шорох мандолин,
Играющих на елке,
Очистим мандарин
И снимем книгу с полки,

В таинственную речь
Вникая до рассвета,
Отбросим кофту с плеч
На озеро паркета

И, отлучив лицо
От чтенья на мгновенье,
Найдем в конце концов
Покой и просветленье.

С какого-то грозного мига...
С какого-то грозного мига,
С какого-то слезного кома
Влечет меня звездная книга,
Как странника - письма из дома.

И, множество жизней прожив на земле,
Читаю не то, что лежит на столе,
А то, что за облаком скрыто
И в странствиях крепко забыто.

Так думаю и так я говорю...
Ну нет! Молчать, потупив кроткий взор,
Холуйствовать в расчетливой надежде,
Что надоест молоть бездушный вздор
Донельзя развращенному невежде,-
Не это ли убийственный позор?

Стоять на полусогнутых ногах,
Гасить улыбкой злое раздраженье
В надежде, что в каких-то там веках
Ты отомстишь за это униженье?
Дремучее какое заблужденье!

Нет, нет и нет! Взгляни на дураков,
Геройство променявших на лакейство,-
Ни за какую благодать веков
Попасть я не желаю в их семейство!

Свой грозный век на золотой сменять?
Моей душе противна эта сделка!
Вихляться вдохновенно и линять-
Как это нерасчетливо, как мелко!

Так думаю и так я говорю,
И так я буду говорить и думать.
Ведь я – как все: витаю и парю
От счастья, что нельзя мне в душу плюнуть!

Трудно светиться и петь не легко...
Трудно светиться и петь не легко.
Там, где черемухи светятся пышно,
Там, где пичужки поют высоко,
Кратенький век проживая бескрышно,-
Только и видно, только и слышно:
Трудно светиться и петь не легко.

Если задумаешь в дом возвратиться
Или уйти далеко-далеко,
В самую низкую бездну скатиться
Или на самую высь взгромоздиться,-
Всюду, куда бы тебя ни влекло,
Петь не легко там и трудно светиться,
Трудно светиться и петь не легко.

Элегия
Хотелось бы остаток лет
прожить вдали от пошлых бед,
и людоедских процветаний,
и от художественных скук
в малине круговых порук,
в притоне творческих братаний
на политических пирах,
где только выгода и страх
толкают судеб вагонетки...
Дай Бог, от этого вдали
прожить хоть на краю земли,
бросая в океан любви
свои последние монетки.

Я с гениями водку не пила...
Я с гениями водку не пила
И близко их к себе не подпускала.
Я молодым поэтом не была,
Слух не лелеяла и взоры не ласкала.

На цыпочках не стоя ни пред кем,
Я не светилась, не дышала мглою
И свежестью не веяла совсем
На тех, кто промышляет похвалою.

И более того! Угрюмый взгляд
На многие пленительные вещи
Выталкивал меня из всех плеяд,
Из ряда - вон, чтоб не сказать похлеще.

И никакие в мире кружева
Не в силах были напустить тумана
И мглой мои окутать жернова
И замыслы бурлящего вулкана.

Так бог помог мне в свиту не попасть
Ни к одному из патриархов Музы,
Не козырять его любовью всласть,
Не заключать хвалебные союзы,

Не стать добычей тьмы и пустоты
В засиженном поклонниками зале...
Живи на то, что скажешь только ты,
А не на то, что о тебе сказали!

Колыбельная
Месяц в облаке зевнул,
К небесам щекой прильнул,
Весь калачиком свернулся,
Улыбнулся и уснул.

Я прильну к тебе щекой,
Серебристою рекой,
Абрикосовою веткой...
Помни! Я была такой.

Сердцем к сердцу прислоню,
К ненасытному огню.
И себя люблю, и многих...
А тебе не изменю.

На челе твоем крутом
Будет тайный знак о том,
Что меня любил всех раньше,
А других - уже потом.

Будет тайный знак о том,
Что расцвете золотом
Я сперва тебя кормила,
А земля - уже потом.

Спи, дитя мое, усни.
Добрым именем блесни.
И себя люби, и многих...
Только мне не измени.

А изменишь - улыбнусь
И прощу... Но я клянусь,
Что для следующей жизни
Я с тобою не вернусь,

Не вернусь тебя рожать,
За тебя всю жизнь дрожать.
Лучше камнем под ногами
В синей Индии лежать.

Спи, дитя мое, усни.
Добрым именем блесни.
И себя люби, и многих...
Только мне не измени. 

Стихи для детей

Лето
Прекрасные сласти
Давали в саду;
Соблазны и страсти,
Луну и звезду.
Восточной отделки
Являя следы,
Свисали в тарелки
Цветы и плоды.
Ребенка и птицу
Кормили они
И двигали спицу,
Влекущую дни.
Настолько светились
Плоды во плоти,
Что дети смутились
И стали расти,
И нежным румянцем
Окрасилась речь
Владеющих ранцем,
Свисающим с плеч.
И некая тяга
Ломила ребро,
И некая влага
Поила перо.
Перо и бумага,
Любовь и отвага,—
На чашах качаются
Зло и добро.

Сто фантазий
Я валяюсь на траве -
Сто фантазий в голове.
Помечтай со мною вместе -
Будет их не сто, а двести.

Я поймаю кашалота,
Если выдержит крючок,
Ты поймаешь бегемота,
Если выдержит сачок.

Кашалота - в банку с крышкой
И шагаем налегке,
Бегемот зажат под мышкой -
Хвост и уши - на песке.

А вдогонку мчатся люди
Из подъездов, из ворот:
- Это мамонт или пудель?
- Чистокровный бегемот!

- Гражданин, откуда родом
Эта рыбка-живоглот?
Что за странная порода?
- Чистокровный кашалот!

Банку с этим кашалотом
Я поставлю на окне.
В гости с этим бегемотом
Ты отправишься ко мне?

Белые ромашки

Обняла ромашка
Белую ромашку,
И стоят в обнимку -
Сердце нараспашку!

Летние подружки,
Белые ромашки,
Вам лесные феи
Выткали рубашки -

Не страшна им буря,
Пыльная завьюжка,
Не нужна им стирка,
Глажка да утюжка.

Вот примчался ветер,
Пыль вздохнула тяжко,
Но осталась белой
Ромашкина рубашка.

Вот пролился дождик,
Стала мокрой пташка,
Но сухой осталась
Ромашкина рубашка.

И опять ромашка
Обняла ромашку,
И стоят в обнимку -
Сердце нараспашку!

Вкусно пить из кружки,
Вкусно пить из чашки,
На которых нежно
Обнялись ромашки!

Большой секрет для маленькой компании
Под грустное мычание,
Под бодрое рычание,
Под дружеское ржание
Рождается на свет
Большой секрет
Для маленькой,
Для маленькой такой компании,
Для скромной такой компании
Огромный такой
Секрет:
- Ах, было б только с кем...
Ах, было б только с кем...
Ах, было б только с кем
Поговорить!


Огромный собачий секрет!

Собака бывает кусачей
Только от жизни собачьей,
Только от жизни собачьей
Собака бывает кусачей!
Собака хватает
Зубами за пятку,
Собака съедает
Гражданку Лошадку
И с ней гражданина Кота,
Когда проживает
Собака не в будке,
Когда у неё завывает
В желудке,
И каждому ясно,
Что эта собака -
Кру-у-у-глая сирота.
Никто не хватает
Зубами за пятку,
Никто не съедает
Гражданку Лошадку
И с ней гражданина Кота,
Когда у собаки
Есть будка и миска,
Ошейник, луна
И в желудке сосиска.
И каждому ясно,
Что эта собака -
Не круглая сирота!
Собака несчастная -
Очень опасна,
Ведь ей не везёт
В этой жизни
Ужасно,
Ужасно, как ей не везёт!
Поэтому лает она,
Как собака.
Поэтому злая она,
Как собака.
И каждому ясно,
Что эта собака
Всех без разбору
Грызёт!
Прекрасна собака,
Сидящая в будке!
У ней расцветают в душе
Незабудки,
В желудке играет кларнет!
Но шутки
С бродячей собакой бездомной
Опасны, особенно
Полночью тёмной, -
Вот самый собачий,
Вот самый огромный,
Огромный Собачий Секрет!
Собака бывает кусачей
Только от жизни собачьей,
Только от жизни собачьей
Собака бывает кусачей!

Очень задумчивый день

Задумчивый козлик
На травке лежал.
Задумчивый зайчик
По травке бежал -
Ведь хочется в жаркий
Задумчивый день
Задумчиво мчаться
В прохладную тень!

Задумчивый козлик
Не видел зайчонка,
Задумчивый зайчик
Не видел козлёнка...
Поэтому очень
Задумчивый стон
Раздался внезапно
С обеих сторон -
И вдруг у козлёнка,
И вдруг у зайчишки
Вскочили на лбу
Две задумчивых шишки!

Но докторских
Два
Натянув колпака,
Примчались
Задумчивых два мотылька
И стали обмахивать
Очень задумчиво
Две синеньких шишки,
Торчащих задумчиво!

Такое задумчивое
Леченье
Немедленно всем
Принесло
Облегченье!

Кузнечики
Дали концерт
На лугах,
Задумчивый козлик
Плясал на рогах,
Задумчивый зайчик
Плясал на ушах,
И с песенкой выступил
Кот в камышах!

В очках и без очков
Когда хожу я
Без очков,
Я наступаю
На жучков
И укусить могу
Шкатулку,
Вполне приняв её
За булку!

Зато в очках
Я никогда
Не сел
На спящего кота,
Не вышел в сад
Через окно,
Не спутал
Почту и кино!

Но для того,
Чтоб видеть сны,
Очки мне вовсе
Не нужны!
А ночь нужна,
И тишина,
И звёзды в небе,
И луна,
Нужна подушка
И кровать
И нужно
Глаз не открывать!

Весёлый завтрак

Забрела на полчаса
К нам позавтракать оса
Ходят стулья ходуном
Вся избушка - кверху дном!
На столе - столпотворенье,
Кувыркается салат,
Сыр, яичница, варенье..
Над столом - как приведенье
Скачет дедушкин халат!
Под столом сидит семья:
Мама, бабушка и я.
Папа с веником летает,
Подметает потолок,
Он летает и мечтает
Выгнать гостью за порог.
А она жужжит под носом
И над ухом, и везде -
В башмаке, в кормушке с просом,
В газированной воде,
В рукаве и сковородке,
В балалайке и часах,
У меня на подбородке
И у дедушки в усах!
Вдруг настала тишина
Звонкого звонче-
Это вышел из окна
Золотистый пончик!
Он-с вареньем,
Он-с изюмом,
С нашим визгом,
Криком, шумом!
Это-пончик с лапками,
С крылышками сладкими.
У такого пончика-
Жало с острым кончиком!
Он теперь жужжит на клёне,
Изгибается в поклоне,
Извиняется оттуда,
Что расколота посуда,
Что из этой заварушки
Не вышло дружеской пирушки!

Детство и дедство
Вот новость для ребёнка:
Твой дедушка в очках
Младенцем был в пелёнках,
Младенцем в ползунках!

Он плакал и пищал,
Везли его в коляске,
Отец его качал,
Рассказывая сказки.

Ходить учился дед,
Держась за табурет,
За маму и за брата,
За тётушку с Арбата,
За дядюшку из Химок,
За двух сестёр любимых.

Да что и говорить, –
Учился говорить!
И вместо «я пошёл»
Сказал он «я посол»!
И вместо «где собачка?»
Спросил он «где босячка?»

Вот новость для ребёнка:
Твой дед не так давно
Ребёнком был и звонко
Разбил мячом окно!

Не так давно, как мячик,
Он прыгал и летал,
Твой дед – весёлый мальчик,
И он другим не стал!

Такой же он ребёнок,
Как ты, сейчас и здесь, –
Хоть двести бородёнок
На дедушку повесь!

Хорошо быть стариком
Старики не ходят в школу -

Хорошо быть стариком!

Никаких тебе диктантов,
Никаких тебе контрольных,
Никаких тебе задачек,
Никаких тебе уроков,
Приставаний с дневником.
Старики стихов не учат,
Их ботаникой не мучат,
За прогулы их не жучат,
Их не мучат, их не жучат,
И не надо на помойку
Бегать с мусорным ведром!
Старики не ходят в школу -
Хорошо быть стариком!

Никаких тебе грамматик
И противных арифметик,
Чтений, пении, рисовании,
Приставаний с дневником,
Никаких тебе отметок
И родительских собраний,
Старики не ходят в школу -
Хорошо быть стариком!

Старики стихов не учат,
Воспитаньем их не мучат,
За танцульки их не жучат,
Их не мучат, их не жучат,
И не надо на помойку
Бегать с мусорным ведром!
Старики не ходят в школу -
Хорошо быть стариком!

Ёжик резиновый

По роще калиновой,
По роще осиновой
На именины к щенку
В шляпе малиновой
Шёл ёжик резиновый
С дырочкой в правом боку.
Были у ёжика
Зонтик от дождика,
Шляпа и пара галош.
Божьей коровке,
Цветочной головке
Ласково кланялся ёж.
Здравствуйте, ёлки!
На что вам иголки?
Разве мы-волки вокруг?
Как вам не стыдно!
Это обидно,
Когда ощетинился друг.
Милая птица,
Извольте спуститься-
Вы потеряли перо.
На красной аллее,
Где клёны алеют,
Ждёт вас находка в бюро.
Небо лучистое,
Облако чистое.
На именины к щенку
Ёжик резиновый
Шёл и насвистывал
Дырочкой в правом боку.
Много дорожек
Прошёл этот ёжик.
А что подарил он дружку?
Об этом он Ване
Насвистывал в ванне
Дырочкой в правом боку!

Любимый пони

Когда на улице прохладно или жарко
И скачет пони на работу к девяти,
Троллейбус из троллейбусного парка,
Автобус из автобусного парка
Готовы вас к воротам зоопарка,
К воротам зоопарка привезти.
У пони - длинная чёлка
Из нежного шёлка,
Он возит тележку
В такие края,
Где мама каталась
И папа катался,
Когда они были
Такие, как я.
Я днём бы и ночью
На пони катался,
Я дедушкой стал бы,
А с ним не расстался!
Туда, где водятся слоны и бегемоты,
Орангутанги и другие чудеса, -
Летают раз в неделю самолёты,
Потом плывут неделю пароходы,
Потом идут неделю вездеходы,
А пони довезёт за полчаса!
У пони - длинная чёлка
Из нежного шёлка,
Он возит тележку
В такие края,
Где мама каталась
И папа катался,
Когда они были
Такие, как я.
Я днём бы и ночью
На пони катался,
Я дедушкой стал бы,
А с ним не расстался!
Великолепен самолёт за облаками,
И корабли прекрасны все до одного, -
Но трудно самолёт обнять руками,
И трудно пароход обнять руками,
А пони так легко обнять руками,
И так чудесно обнимать его!
У пони - длинная чёлка
Из нежного шёлка,
Он возит тележку
В такие края,
Где мама каталась
И папа катался,
Когда они были
Такие, как я.
Я днём бы и ночью
На пони катался,
Я дедушкой стал бы,
А с ним не расстался!

Трудолюбивая старушка

Ленивая кошка
Не ловит мышей.
Ленивый мальчишка
Не моет ушей.
Ленивая мышка
Не выроет норку.
Ленивый мальчишка
Не любит уборку.
Ленивая мушка
Не хочет летать.
Ленивый мальчишка
Не хочет читать!
Что делать, скажите,
Добрейшей старушке,
Когда завелись
У старушки в избушке:
Ленивая кошка,
Ленивая мышка,
А также ленивая
Сонная мушка
И с ними в придачу
Ленивый мальчишка?
Старушка пошла на охоту -
За кошку!
Привыкла и ловит
Мышей понемножку.
За мышку под брёвнами
Вырыла норку,
Мешочек пшена притащила
И корку.
Потом – за мальчишку! -
Затеяв уборку
И быстренько уши промыв
За мальчишку,
Старушка взяла
Интересную книжку,
Которую залпом прочла -
За мальчишку!
Теперь -
За ленивую, сонную мушку! -
Старушка расправила
Нежные крылья
И вдаль полетела
Проведать подружку!
Ах, завтра старушке
Придётся опять
За мушку – летать,
За мальчишку – читать,
За кошку – мышей на охоте
Хватать,
За мышку – в норе
Под бревном хлопотать.
Как жили бы в этой
Ленивой избушке,
Не будь на земле
Неленивой старушки?

Это – да! Это – нет!

- На эту кушетку,
На эту тахту,
На эту кровать
Или даже на ту,
На этот диван
Или даже на тот,
Где целыми днями
Валяется кот, -
Ложитесь и спите,
Пожалуйста, сами! -
Сказал я за ужином
Папе и маме,
Двум бабушкам сразу -
И папиной маме,
И с ней за компанию
Маминой маме.
- Не надо, - сказал я, -
Подушку взбивать,
А также простынкой
Кровать накрывать,
А также не надо
Кровать согревать
Моим одеялом
Из шерсти верблюда!
Я спать не пойду
Ни за что, никогда,
Я буду слоняться
Туда и сюда,
Плясать
Или просто за ухом чесать -
Но спать,
Безусловно,
Я больше не буду!
Кататься верхом на слоне -
Это да!
Запеть петухом в тишине -
Это да!
Шептаться со львом при луне -
Это да!
Шататься от стенки к стене -
Это да!
Но только не спать -
Ни за что, никогда!
Не спать никогда -
Ни на левом боку,
Ни на спине,
Ни на правом боку,
Ни подпирая ладонью щеку,
Ни задирая свой нос к потолку,
Ни высунув руку,
Ни высунув ногу,
Чтоб спину погладить
Английскому догу.
Глаза в темноте закрывать -
Это нет!
Лежать в темноте и зевать -
Это нет!
И носом в подушку клевать -
Это нет!
Кататься верхом на слоне -
Это да!
Слоняться верхом на коте -
Это да!
Верхаться на слонокоте -
Это да!
Но спаться уже никогду не пойда!

Я вареники леплю

Я вареники леплю,
Я вареники люблю,
С творогом люблю, с клубникой,
С мясом, с вишнями, с черникой,
С ежевикой и морошкой,
Но сильней всего -
С картошкой!
Ох, вареники с картошкой
В кипятке плывут бочком,
Вкусно машут гребешками,
Пахнут жареным лучком!
Из кастрюли приоткрытой
Царь вареников со свитой
Запыхтел:
«Моя царица
Тут боится
Развариться!
Я готов и беспокоюсь -
Где подливка или соус?»
Залезай в кастрюлю ложкой,
Там вареники с картошкой,
Золотые,
Налитые,
Раскудряво завитые!
Мы как выудим оттуда,
Как положим их на блюдо -
Целый город, целый свет
К нам примчится на обед:
- Не у вас ли, не у вас ли
В золотистом луке, в масле
Царь-вареник белолицый
Размурлыкался с царицей?
- Ну, конечно! Налетайте
На вареники с картошкой,
В соус луковый макайте
Все вареники с картошкой!
Я вареники леплю -
Всех на свете накормлю!
Налетайте с вилкой, с ложкой
На вареники с картошкой!

Цветок

У меня живёт цветок.
Он бы море выпить мог.
Дам водички-
Он глотает
И немножко расцветает!

Что на что похоже?

На горе шумит ветла,
На ветле звенит пчела,
Полосатая как зебра.
В нашу лодку иногда
Набирается вода,
В глубине плывёт звезда,
Серебристая как рыба.
В роще – клёны и дубы,
А под ними есть грибы,
Каждый гриб похож на зонтик.
Вышел месяц молодой,
Небо кажется водой,
Туча кажется волной,
Месяц – лодкой деревянной.
До чего же всё похоже!
Значит, я, наверно, тоже
На кого-нибудь похож!
Я пошёл и крикнул козам,
Уткам, овцам и стрекозам:
- На кого же я похож?

Белый козлик повернулся,
По-козлячьи улыбнулся
И сказал по-человечьи:
- Разве ты не видишь сам?

Ты добрее, чем телёнок,
Веселее, чем козлёнок,
Ты совсем ещё ребёнок,
Но похож на человека!

Песенка про сказку

Сказка по лесу идёт -
Сказку за руку ведёт,
Из реки выходит сказка!
Из трамвая! Из ворот!
Это что за хоровод?
Это сказок хоровод!
Сказка-умница и прелесть,
С нами рядышком живёт,
Чтобы,
Чтобы,
Чтобы снова
Добрый злого
Победил!
Чтобы добрый,
Чтобы злого
Стать хорошим
Убедил!
Ух, за мной и за тобой
Сказки бегают гурьбой!
Обожаемые сказки -
Слаще ягоды любой!
В сказке солнышко горит,
Справедливость в ней царит!
Сказка - умница и прелесть,
Ей повсюду путь открыт,
Чтобы,
Чтобы,
Чтобы снова
Добрый злого
Победил!
Чтобы добрый,
Чтобы злого
Стать хорошим
Убедил!

Это кто?..
Вырастает из ботинок,
Вырастает из пальто,
Он всё время из чего-то
Вырастает… Это – кто?..

Вырастает из рубашек,
Вырастает он из брюк,
И всё время вырастают
Пара ног его и рук.

Он бежит и вырастает,
Он лежит и вырастает,
Он растёт на карусели,
В зоопарке и в постели.

Он из шапки меховой
Вырастает головой,
А из куртки шерстяной
Вырастает он спиной.

Вырастает из футболок,
Вырастает из трусов,
Сам дорос до книжных полок
Он сегодня в пять часов!

Взрослый так не вырастает
Из ботинок и рубах.
Кто так быстро вырастает
Не на дамских каблуках?..

Кто да кто? Артём Агапкин!
Детство, детство у него, –
Из всего он вырастает,
Дорастает до всего.

Человек он молодецкий
И достиг больших высот!
Только детский, детский, детский
Мой читатель так растёт.

Кошачьи стихи

Букет котов
У меня уже готов
Для тебя букет котов,
Очень свежие коты!
Они не вянут, как цветы.

Вянут розы и жасмин,
Вянут клумбы георгин,
Вянут цветики в саду,
На лугу и на пруду,

А у меня - букет котов
Изумительной красы,
И, в отличье от цветов,
Он мяукает в усы.

Я несу букет котов,
Дай скорее вазу.
Очень свежие коты -
Это видно сразу!

Котик

Котик мягенький,
Котик ласковый,
Коготки из лап
Hе вытаскивай.
Ты мypлыкалка,
Ты мяyкалка,
Ты пyшистая моя кyколка!
Hе гоняйся во сне за птичкою,
Hе гоняйся во сне за бабочкой.
Утpом вымоюсь я водичкою,
А ты - языком и лапочкой
 

Разноцветные котята

Кувыркаются на крыше
Разноцветные котята:
Чёрный, белый, серый, рыжий,
Голубой и полосатый.
Даже маленьких котят
Мамы красить не хотят
Одинаково!
Что за радость, если детки
Будут все - одной расцветки?


Вышел Котик на прогулку
Вышел Котик
На тропинку,
На прогулку,
На разминку,
Облизнул
Усатый ротик,
Выгнул
Бархатную спинку.

А навстречу
Вышел Песик
Прогуляться
На минутку,
В то и в это
Сунуть носик -
В будку,
В утку,
В незабудку.

Котик
Песика увидел -
И давай фырчать
Как зверь!
Песик
Котика увидел
И давай рычать
Как зверь!

И пошла у них атака,
Отвратительная драка -
Тот мяучит,
Этот лает,
Дым идет, огонь пылает!
Котик раненый ползет,
Ухо Песику грызет!

Видя эту переделку
Задудел
Козел в дуделку!
Барабан
Схватил Баран -
Дал сигнал:
Шурум-барам!

Утки, крякнув на лужайке,
Подхватили балалайки,
Побежали на дорогу,
Чтоб на струнах бить тревогу!

Ах ты Котик,
Безобразник!
Не пойдешь в кино
На праздник!
Ах ты Песик,
Безобразник!
Не пойдешь в кино
На праздник!

Дома будете сидеть,
Друг на дружечку глядеть,
Подавать друг дружечке
Чай да сахар в кружечке!

У котёнка работёнка
У котёнка работёнка -
Ловят серого мышонка,
Ловят серого чертёнка
Три котёнка, три кота.
А мышонок удирает,
Он от смеха умирает,
Серым хвостиком играет
Перед носом у кота,
Напевает: «Тра-та-та,
Это что за суета?
Ловят бедного мышонка
Три котёнка, три кота,
Но никто поймать не может,
И никто понять не может,
Что такое быстрота!
Уважаемые кошки,
Не болят ли ваши ножки?
Вы не умерли от страха?
Всё же я - не черепаха!
Уважаемые кошки,
Вам лежать бы на окошке,
Вам бы лучше, так сказать,
Суп из блюдечка лизать.
Уважаемые кошки,
Вы назойливы, как мошки,
Вы ленивее моржей
И противнее ужей!»
У котёнка работёнка -
Он сидит и ждёт мышонка.
Он решил к приходу мыши
Прыгать дальше всех и выше!
Он устроил тренировку,
Пробегает стометровку.
Приучил себя к порядку -
Утром делает зарядку.
Получается прекрасно!

Малиновая кошка
У Марфы на кухне
Стояло лукошко,
В котором дремала
Домашняя кошка.
Лукошко стояло,
А кошка дремала,
Дремала на дне,
Улыбаясь во сне.

Марфута спросонок
Пошла к леснику
С лукошком,
Где кошка спала на боку.
Марфута не знала
Что кошка в лукошке
Дремала на дне,
Улыбаясь во сне ...

Лесник, насыпая
Малину в лукошко,
С болтливой Марфутой
Отвлекся немножко.
Лесник не заметил,
Что кошка в лукошке
Дремала на дне,
Улыбаясь во сне ...

А кошка проснулась
И выгнула спину,
И пробовать стала
Лесную малину.
Никто не заметил,
Что кошка в лукошке
Хихикает тихо
И чмокает лихо!

Лесник
Сковородку с грибами приносит,
Марфуту любезно
Позавтракать просит.
Над ними хихикает
Кошка в лукошке -
В свое удовольствие
Ест продовольствие!

Марфута наелась
Маслятами на год,
А кошка
Малиновой стала от ягод.
Малиновый зверь
На малиновых лапах, -
Какой благородный
Малиновый запах!

Подходит Марфута
И видит в лукошке
Улыбку усатой
Малиновой кошки.
- Таких не бывает! -
Марфута сказала.
- Такие бывают! -
Ей кошка сказала
И гордо
Малиновый бант завязала!


Комментарии на Фейсбуке «Мгновеники»
 
* * *
Санкции – разве они из-за Крыма?
Врёте! А чистая правда без грима –
В том, что покуда Россия жива,
Санкции будут расти, как трава!

Санкции будут плодиться, как мухи, –
Поводов для русофобской чернухи
Столько, что бесится санкций братва,
Сколько столетий Россия жива!

Санкции будут за вдох и за выдох,
Будут они в нескончаемых видах,
В олимпиадах пылать, как дрова, –
Всё потому, что Россия жива!

Санкциям если назначили цену,
Чтобы они подлежали обмену, –
Значит, у сделки цена такова:
Чтоб не осталась Россия жива!

Санкции – разве они из-за Крыма?
Их нескончаемость необозрима,
Только не будет у них торжества, –
Крым торжествует – Россия жива!

Премию – санкциям, премию Нобеля
Дайте за то, что они не угробили
Нас – и, покуда Россия жива,
Санкции будут расти, как трава!

Дипломатерный язык
Сказала западу Россия: «Здравствуй, друг!
Бери меня, не выпускай из рук!»
А запад ей ответил: «Здравствуй, враг,
Мы на тебя натравим всех собак!»

И натравили всех собак вокруг,
Им говорит Россия: «Здравствуй, друг!»
В ответ собаки лают: «Здравствуй, враг,
Ты – раненый медведь, Иван-дурак!»

Россию рвут снаружи, но смотри –
Россию рвут не хуже изнутри,
Им говорит Россия: «Здравствуй, друг!»
А рвущий изнутри – элитный круг,

А рвущий изнутри – себе не враг,
Дорвался он до необъятных благ, –
Его Россия тащит, как бурлак,
Как раненый медведь, Иван-дурак.

Но говорит ему Россия: «Здравствуй, друг!
Бери меня, не выпускай из рук!»
И он берёт, как беспощадный враг,
В отместку натравивший всех собак:

Собаки лают, что Россия – адский мрак,
Истории отброс, помойный бак,
Дегенератов умственный недуг.
Но всем вокруг – Россия: «Здравствуй, друг!»

Язык сегодня дипломатерный таков:
Россия – враг, а у России нет врагов,
С цепи спустили на Россию всех собак,
Мечтая слышать от России: «Здравствуй, враг!»

Но здравствуй – это будь здоров и не болей,
А дипломатерный язык – не дуралей.
Не здравствуй, враг, не жди таких услуг,
На дипломатерном жаргоне – «Здравствуй, друг!»
 
Крещённый русским языком
Мы?.. За Донбасс? Донбасс – за нас!
За всех за нас – Донбасс,
За всех, кому хотят отсечь
Родной язык, родную речь,
И уничтожить целиком –
Кого?.. Отвечу прямиком:
Крещённых русским языком!

Кому Донбасс – тяжёлый крест?
Кто взять мечтает под арест,
Угробить, вычистить скребком
Крещённых русским языком?
Какой поляк, в какой стране
Дрессировал какой спецназ,
Мечтая, что сгорит в огне
Донбасс!.. За что? За всех за нас!

Какой страны какая рать
Каким карательным полком
Донбасс намерена стирать –
До тла!.. И в бешенстве каком
Вопят каратели сейчас,
Что убивает их Донбасс,
Крещённый русским языком?
Но языков – большой запас,
Где не сошёл с ума Донбасс!

Любить карателей своих
Способен – кто? Несчастный псих,
Манкурт безмозглый, идиот, –
Но у Донбасса дух не тот!
Своих карателей как раз
Не может полюбить Донбасс,
А запад хочет, чтоб любил!
Донбасс, однако, не дебил,
Он бьёт карателей спецназ –
За всех за нас! Мы – за Донбасс?
 
Бессмертный полк
В России надо жить и после смерти,
Россия – родина Бессмертного Полка.
От ужаса вопят и воют черти,
Узнав Бессмертный полк издалека.

Когда идёт Бессмертный Полк истории, –
Трясётся чертовня со всех сторон:
Бессмертный Полк – защитник территории,
Чтоб мы не стали пищей для ворон.

Бессмертный Полк – он всех народов лица,
Которые в России – всей душой.
А доля чертовни бездарной – злиться,
Какой у нас Бессмертный Полк большой!

Бессмертный Полк, в его священной силе –
«Клеветникам России» – на века!
И после смерти надо жить в России,
В огромности Бессмертного Полка.
 
* * *
Когда я слышу, что на той войне
Нам лучше было сдаться той стране,
Чьи граждане богаче нас намного,
Я благодарна, что по воле Бога
Тогда не ваши были времена,
Была не вашей та страна и та война.
Теперь - всё ваше. На своей войне
Свою страну сдавайте той стране,
Чьи граждане богаче вас намного.
Я благодарна, что по воле Бога
Ни глазом, ни наощупь не видна
Моя страна и в ней моя дорога,
Моя дорога и моя страна,
Чьи граждане в любые времена
Свободней всех, богаче всех - намного.
 
Русофобская классика
(шлягер!)
Опричнина, Грозный, мозги Ильича,
Где сифилис, зверствуя, как саранча,
Воткнул революцию нам сгоряча!
Но Сталин явился, и вскоре Ильич
Бревном подавился и впал в паралич,
А Сталин в Германию слал поезда,
Пшеницу он вёз для фашистов туда!
Но Гитлер имел замечательный план –
Убить коммунистов, евреев, цыган,
Покончить с таким слабоумным скотом
И Дом Европейский устроить потом!

На Сталина Гитлер напал, наконец,
Страну разгромил бы – и делу венец,
Но Сталин фашистам устроил страшок,
Он их сталинградил и стёр в порошок, –
Теперь он ужасней, чем Гитлер, в сто раз,
Хотя гитлерьё драпануло от нас.
Должны мы признаться, что хуже мы всех,
Должны мы угробить себя без помех,
Улечься в гробу добровольно, рядком
И гвоздики в крышку забить молотком!

Но нет на хозяйстве у русских рабов
Ни гвоздиков столько, ни столько гробов,
Рабы не умеют создать и продать
Такую продукцию и благодать!
Рабы вместо этих гробов и гвоздей
Вколачивать в космос умеют людей,
И первыми в космосе были рабы,
Которых рабами считают жлобы,
Чья шваль русофобская, денег мешок,
Мечтает Россию стереть в порошок!

И шваль русофобская убеждена,
Что станет элитой глобальной она,
Когда русофобская вошь победит
Россию!.. Но Ленин ужасно вредит,
И Сталин, и Грозный, и Минин с Пожарским,
И с матом, где русский с монгольско-татарским,
И с матом, где русский с донецким бурятом
Ужасно вредят русофобским ребятам!..
А вся русофобская классика – вошь,
Которая ползает рядом и сплошь.

Для запада Россия – лютый враг
Для запада Россия – лютый враг:
Россия не вторгается в Ирак,
Не погружает Ливию во мрак,
Не вешает Саддама и на части
Не рвёт Каддафи, хохоча от счастья!

Россия – вредоносная страна,
Переписать историю должна:
Не победила Гитлера она!
Америка с Европой победили,
А русские им только навредили!

Россия угрожает всем подряд:
Ей льют и сыплют ненависти яд,
И травят, травят, но она не травится,
Привыкла к яду этому красавица, –
Страна такая западу не нравится!

Для запада Россия – в горле кость
И просто лишний на планете гость.
Но сколько бы Россию ни марали,
А в плане исторической морали,
И Крым, и Севастополь к ней удрали.

Для запада Россия – лютый враг:
Не вторгнешься в Россию, как в Ирак,
Не омайданишь пятою колонной,
Колонной русофобии зловонной,
Где флаг погрома – знак великих благ!

Россию надо гнать с планеты прочь,
Россия – дьявол кровожадной власти:
Нет виселиц, никто живьём на части
Не рвёт Каддафи, хохоча от счастья, –
Но в этом запад нам готов помочь!

В любой момент готовы нам помочь
Погромы, снайперы, египетская ночь!
 
* * *
Не будь, Россия, ничьей добычей!
Не следуй правилам тех приличий,
Какие хищник диктует жертвам, -
Не будь съедобной!.. Не верь экспертам,
Чей опыт славен словесным блудом, -
Тогда не будешь дежурным блюдом,
Закуской, жертвой звериной страсти –
Порвать с восторгом тебя на части!

Не будь безгрешной!.. Из тех, кто живы,
Никто не ангел, - упрёки лживы.
Не будь пушистой, а будь зубастой!
Чисты фашисты, как тюбик с пастой,
Чисты фашисты, как зубик с пломбой,
Как в небесах санитары с бомбой.
Не говори, что бывает хуже!..
Не жди пощады в глобальной луже.

Не будь, Россия, страной-тарелкой,
Разбитой вдребезги подлой сделкой, -
Страной осколков, отдельно взятых
В разъединённых российских штатах.
Не будь разъёмной!.. Не верь экспертам,
Не следуй правилам тех приличий,
Какие хищник диктует жертвам...
Не будь, Россия, ничьей добычей!

Сейчасно
Россию любить не модно,
Не выгодно и опасно.
Но честно и благородно –
Россию любить сейчасно.

Когда она будет в моде, –
Полюбит её отродье,
Которое ей от злости
Сейчасно ломает кости!..

Страна моей любви
Я – странный человек, люблю свою страну,
Особенно люблю в трагическое время,
Когда со всех сторон хулят её одну
И травят клеветой – в эпохоти гареме.

Эпохоть такова, что подлое враньё
Имеет все права над нами издеваться,
Бросать в костёр дрова, но я не сдам её –
Страну моей любви!.. И ей не дам сдаваться!

Я – странный человек, в любые времена
Люблю свою страну, и это – внутривенно,
И не взирая на... когда моя страна
Меня за невраньё не любит откровенно!

Эпохоть такова, что подлое враньё
Имеет все права над нами издеваться,
Но чудом я жива, и я не сдам её –
Страну моей любви!.. И ей не дам сдаваться!

Я – странный человек, мне – сотни тысяч лет,
Где Вечное Теперь и вечные повторы.
Люблю свою страну, и мрак её, и свет.
Особенно люблю – под лай фашистской своры!

http://www.owl.ru/morits/
http://litkarta.chelreglib.ru/persons/writers/moric-yunna-petrovna/ 

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...