В День семьи, любви и верности предлагаем
подборку стихотворений о любви, ожидании и войне. Современной войне. О любви
оберегающей, хранящей от бед, спасающей, о любви, свет которой хранит наших
защитников, знающих, что их любят и ждут.
Лишь Победа — остановит кровь.
И — проступит, как во время оно, —
Свет и Совесть, Вера и Любовь —
На иконах русских и знамёнах...
Л. Ладейщикова
* * *
Если муж твой и брат, в руки взяв автомат,
В камуфляж неспеша облачился,
Не спеши бить в набат, не спеши бить в набат —
Он мужчина. Его час случился.
Если солнечным днём или ночью с дождём
Он рюкзак свой за спину закинет,
Ты скажи: «Подождём, всей семьей подождём,
Пока срок твой военный не минет».
Если обнял твой друг теплотой своих рук,
Ты слезу придержи, улыбнувшись.
Если пули вокруг, если взрывы вокруг,
Он улыбку лишь вспомнит, пригнувшись.
Если он на войне смотрит вдаль на броне,
Ты скажи, что гордишься героем.
Это нужно вдвойне, да, им нужно вдвойне,
Тем, кто вдаль уходил ровным строем.
Если вновь тишина, натянулась струна,
Не звонит он, не пишет, не слышит...
Будь сильнее, жена, будь смелее, жена —
Пока веришь и ждешь, знай, он дышит!
И однажды тогда, когда спят города,
Он вернётся домой после боя...
И теперь на года, и теперь навсегда
Будет рядом он только с тобою!
А. Храмов
* * *
Поднимется ветер, уляжется боль.
Война как вершина искусства.
Мне так не хватало разлуки с тобой,
что я обесценивал чувства.
Не думал, что буду способен мечтать,
от пуль укрываясь в траншее,
о том, как любви кровяная печать
свой след оставляет на шее.
Не верил в умение слепнущих глаз
твой образ ловить до рассвета —
в тумане, в дыму ли, который прожгла
ракетница, будто комета.
Не знал, что надменные губы твои
дрожат, если я исчезаю.
Война как вершина искусства любви.
Я думаю, верю и знаю.
Д. Артис
* * *
Я здесь, и мысли о тебе
наполнены любовью.
Жую простуду на губе
и сплёвываю кровью.
Смотрю, процеживая мрак,
и слепну от пожарищ.
Лицом к лицу заклятый враг,
плечом к плечу — товарищ.
Ты с нами, мы в одном строю,
ты тоже месишь глину.
Я грудью за тебя стою,
ты — прикрываешь спину.
Мороз нахлынувшей зимы
и жар лихой годины…
Ты тоже здесь, и, значит, мы
никем не победимы.
Д. Артис
Письмо
Я на север гляжу, где твой дом,
Где зажгла ты огонь у окна.
Город зябнет за тонким дождём,
И по стёклам ползёт тишина.
И я вижу твой клетчатый плед,
Как нахохлилась ты над столом,
Абажуром изрезанный свет
Над моим — слишком кратким письмом:
«...Ты прости меня, слышишь, не мог отказать —
Как ребятам по жизни смотрел бы в глаза?
Ты прости, ты прости — всё нельзя рассказать...»
Рассказать... Рассказать...
Я на север гляжу, где звезда
Закачалась в ладонях ветвей,
Где когда-нибудь будет она
Отражаться в глазах сыновей.
Что ты! Что ты — не спорю с тобой!
Пусть родится красавица дочь.
Вот покончу с проклятой войной —
Будет звёздами взорвана ночь!
«...Мы под самым аулом неделю стоим.
Днем жара, тошнотворный пожарищный дым.
Но нам всё-таки легче, чем многим другим...»
Чем другим... Чем другим...
Я на север гляжу, где судьбой
Мне дарованы лучшие дни —
Заградившись панельной стеной,
Были мы бесконечно одни...
Из долины вздымается тень,
Все отчетливей трассы свинца.
Я на север гляжу через щель —
Чтобы снайпер не видел лица.
«...А у дома берёзы ссыпают листву,
И рябина сгорает в закатном ветру.
Я люблю. Я люблю тебя — значит приду».
Я люблю... Я приду.
В. Дворцов
* * *
В окопах стерпишь все невзгоды,
Ведь знаешь — дома ждёт Она:
Уйдёт из сердца непогода,
И буйствует в душе весна!
Когда на фронте обостренье, —
Не пишем вам и не звоним.
Пусть не терзают вас сомненья:
Мы любим вас, — боготворим!
Слова любви и обожанья
Ещё не раз мы скажем вслух.
Подарят вам в любви признанья:
И сын, и муж, и просто друг.
В юдоли этой необжитой
Нам кто бы что ни говорил,
Мы будем вашею защитой
И знаем, что надёжен тыл!
И пусть Судьба рукой незримой
Подарит женщине сполна:
Любить взахлёб и быть любимой, —
Всегда желанной, как весна!
И. Витюк
Письмо с фронта
Ты дождёшься меня —
Точно знаю!
Я вернусь из огня! —
Обещаю!
Жди! — И силы найдёшь
Ты в молитве!
И беду отведёшь
В грозной битве!
Верю: в схватке любой
Всё осилю —
За Тебя! За Любовь!
За Россию!
Будет это зимой
Или в мае…
Но вернусь я живой! —
Точно знаю!
И. Витюк
Мой ангел
Речи нет о побывке домой,
Каждый день я в смертельном бою.
Но твой образ до боли родной,
Я всегда в своём сердце храню.
Жди меня и в приметы не верь.
Мы заслужим счастливого дня.
Не бывает войны без потерь,
Ты не раз выручала меня.
И опять мне в бою повезло,
Град свинцовый без устали лил.
Только смерти коварной на зло,
Меня кто-то крылами укрыл.
Я очнулся, а ангел стоял,
Кровь стекала с истерзанных крыл.
Я лица твой увидел овал,
Но помочь уже не было сил.
Врач сказал: «Повоюешь ещё,
Три осколка достал из груди».
Я ответил ему: «Хорошо!»
Ну а ты меня, ангел, дождись.
В. Гвоздёв
Загадаю желанье
Загадаю желанье растущей луне:
Губы, милые сердцу, увидеть во сне,
Наяву чтоб не кончился боекомплект,
Да хранили Всевышний и бронежилет.
Загадаю мечту, лишь сорвется звезда:
Да минует меня рикошетом беда,
Да пошлют небеса разуменье понять,
Что должно изменить, а что надо принять.
Попрошу у Вселенной, чтобы милой глаза
Поволокой тоски не застлала слеза,
Чтоб в груди той, что снится, не выла метель,
Чтобы в девичьем сердце всегда цвел апрель.
Загадаю желанье растущей луне,
Чтоб надежды лучи не померкли в окне,
Согревая меня светом встречи с тобой...
Чтобы ты дождалась. Чтобы я был живой.
Загадаю желанье растущей луне:
Не остаться навечно на этой войне...
В. Пикалов
Помолись за меня
Помолись за меня. Мне так рано собой
Пополнять череду безвозвратных потерь...
Слышишь — сердце стучит... я дышу, я — живой!
Знаю, смертны мы все, но давай — не теперь...
Попроси за меня лики тёмных икон,
Ибо я недостоин о чём-то просить...
Ибо жизнь на кону, но побит будет кон...
А мне много не нужно, мне только бы жить...
Попроси за меня... помолись синеве —
Да пошлют небеса мне дорогу домой.
Не остаться лицом лежать в этой траве...
Мне не нужно наград... Я хочу быть живой...
Помолись за меня
Помолись за меня. Мне так рано собой
Пополнять череду безвозвратных потерь...
Слышишь — сердце стучит... я дышу, я — живой!
Знаю, смертны мы все, но давай — не теперь...
Попроси за меня лики тёмных икон,
Ибо я недостоин о чём-то просить...
Ибо жизнь на кону, но побит будет кон...
А мне много не нужно, мне только бы жить...
Попроси за меня... помолись синеве —
Да пошлют небеса мне дорогу домой.
Не остаться лицом лежать в этой траве...
Мне не нужно наград... Я хочу быть живой...
В. Пикалов
* * *
В блиндаже фонарь качает,
тени пляшут на стене,
а боец над кружкой чая
что-то шепчет в полусне.
И летит чуть слышный шёпот
далеко от блиндажа,
от промёрзшего окопа
и от звёзд, что сторожат
эту степь, едва живую,
но не сданную врагу...
Что же шепчет он?
«Целую.
И вернусь.
Когда смогу...»
Ю. Беридзе
Весточки с войны
Жизнь у нас с тобой —
полосы.
Весточки с войны —
голосом:
«Жив-здоров. Привет
Танечке.
Я на Рождество
к мамочке».
Весточки с войны —
птицами.
Часто по ночам
снится мне:
лесополоса
кронами
машет небесам
с дронами.
Снится по ночам
странное:
руки у берёз
ранены.
А они спешат,
милые,
уберечь тебя
силою.
Силой неземной,
ведомой
только небесам...
С бедами
сил тебе дают
справиться.
Понапрасну смерть
скалится.
Впереди светлы
полосы.
Хриплым от войны
голосом
скажешь, заглушив
выстрелы:
«Всё... Конец войне.
Выстоял».
А. Кованов
Песня ополченца
Эта Горловка —
Нож у горла мне,
Злая вязкая тишина.
Листьев шорохом,
Дальним всполохом
Будоражит мне кровь она.
Здесь от грохота
Стены охали,
А на окнах здесь — всё кресты.
Но за окнами,
Светлоокая,
Верю, ждёшь меня верно — ты.
Нет, не умерло
В мёрзлых сумерках
Всё, что теплилось, как свеча...
Эта Горловка —
Чаша горькая,
Бьётся кровь в виски, горяча...
А. Полубота
Жди меня
Ты жди меня, и я вернусь, родная.
Не знаю день и год, но я вернусь.
Быть может, я вернусь, как снег растает,
Я никого и ничего уж не боюсь.
Что вижу, не хочу я видеть больше,
Но что поделать, я ведь на войне.
Она идет уже намного дольше,
Все по-другому представлялось мне.
Но явь страшна и жизнь так скоротечна,
Не успеваю здесь считать недели.
А по ночам гляжу на Путь я Млечный,
Ведь на него так часто мы глядели.
С тобою не успели пожениться,
Мобилизация, и вот уже в строю.
Любовь к тебе не перестала биться
В далеком не родимом мне краю.
Пройдет война, не вечно ей беситься,
Замолкнут пушки, ружья разрядят.
Как хочется росою мне умыться,
Ведь скоро осень, птицы полетят.
Мне хочется домой, тоскую очень,
Устал я без красивых глаз твоих.
Здесь частые без сна бывают ночи,
Рождается средь звезд о милой стих.
Ты жди меня, вернуться обещаю,
Молись — чтобы Господь защиту дал.
Сегодня на задание уезжаю,
Я без тебя, родная, быть устал...
А. Белокопытов
* * *
Ты мне пишешь, что выпал снег,
Бахромою укутав сосны…
Драгоценный мой человек!
Необъятный мой свет, мой космос!
А на улице… Вот бедлам!
И снежки, и замёрзшие слёзы.
По волшебным спешат делам
Захмелевшие дедморозы.
Ты мне пишешь, что каждую ночь
Просишь Бога явить нам милость.
Что взрослеет без папы дочь,
Что тебе наша свадьба снилась.
Пусть зима и метели пусть,
Пусть молитвенник в изголовье.
Отвечаю, что я вернусь.
Я живой! Из Донецка с любовью!
Д. Филиппов
* * *
Солёный ветер, капли на руках,
Твои глаза, туманные спросонок.
Из моря вырастает Кара-Даг,
И мы — одно: ты, я и наш ребёнок.
И этот кадр цел и невредим,
Он тяжелей военного билета.
И мы с тобою отвоюем Крым
У прошлого, у памяти, у лета.
Но я сейчас пишу тебе о том,
Что вижу утром, выпрыгнув с КамАЗа,
Не Кара-Даг вдали, а террикон
Израненного минами Донбасса.
Что путь домой лежит сквозь смерть, сквозь снег,
И в этом не упрямство виновато.
Он не меняется из века в век —
Путь русского мужчины и солдата.
Но верь, душа моя, наступит срок,
Когда не будет ни тревог, ни страха,
И мы с тобою ляжем на песок
Под ласковою тенью Кара-Дага
И будем слушать, как шумит волна.
Из года в год, из века в век, по кругу…
И будем твёрдо знать, что жизнь дана,
Чтоб никогда не отпускать друг друга.
Д. Филиппов
За терриконом
Допустим, завтра кончится война
И не начнётся Третья мировая.
Тоску и копоть с наших лиц смывая,
Зарядит тёплый ливень до утра.
Что тебе снилось, девочка родная?
Открой скорее сонные глаза, —
Я победил! И ты со мной незримо,
Любовь твоя крепка и нерушима,
Она меня от гибели хранит.
Или хранила? Впрочем, всё неважно.
По небу самолёт летит бумажный,
И вновь звезда с звездою говорит.
Всё схлынет, как волна, и будет так:
Закончится война (допустим, в марте).
Водяное, Авдеевка, Спартак
Останутся лишь точками на карте.
Останутся зарубками в душе,
Колючим сном, фугасом у дороги,
Разрывом мины, схроном в гараже,
Осколками рассеянной тревоги.
Любимая, мир наступил уже,
Родившись в муках на твоём пороге.
Не плачь, моя родная, не кричи,
Я не привёз от Киева ключи
И потерял в степи ключи от дома.
И если даже я сейчас с тобой,
Пью чай и удивляюсь, что живой,
Я — там, остался там, за терриконом.
Д. Филиппов
Крым
Господь любит сапёров, и Он посылает дождь.
Размыло поля, дороги, в чернозёме буксуют танки.
После выезда я лягу спать. Ты ночью ко мне придёшь
И до рассвета будешь читать хокку и танки.
О том, как прекрасен мир без войны и зла,
Как волшебно пахнет темя у нашей дочки.
Мне хочется, чтобы кривая нас пронесла
(Тебя и меня) вместе до крайней точки,
За которой лишь тёплый и первозданный свет…
С утра командир разбудит меня осторожно,
И мы пойдём туда, откуда возврата нет,
Откуда вернуться живым почти невозможно.
Но в это «почти» вмещается наша боль,
Наш дом и наш Крым, усиленные стократно,
Наш парк, а в парке стрелиция, как пароль.
А это значит, я должен прийти обратно.
Утром солнечный луч поцелует твоё лицо,
И ровно за миг до того, как совсем проснуться,
Ты вспомнишь и парк, и Крым, и к дому крыльцо,
И то, что я живым обещал вернуться!
Д. Филиппов
Завтра
Алый рассвет нам подарит разлуку,
Станет тебя у меня вырывать.
Дай я сожму твою нежную руку,
Дай на прощание поцеловать.
Завтра я буду бежать к самолёту,
Вновь нас разделят луга и леса.
Снова я в небо уйду на работу,
Где помогают родные глаза.
Завтра поставим на кон свои жизни,
Небо пройдётся по каждой судьбе,
Я доверяюсь любимой Отчизне,
Я доверяюсь на службу тебе.
Я не поверю, что станет нас меньше,
Небо не станет к себе забирать.
Как нас отнять у земли и у женщин?
Разве возможно у них нас отнять!
Я возвращусь, я тебе обещаю,
Мой парашют в небесах расцветёт,
Словно ромашка весёлого мая,
Прямо под окна твои принесёт.
Д. Гайфуллин
Эсэмэска
Жизнь военной стала как-то резко.
Тяжела разлука, но терплю.
Много ли расскажет эсэмэска?
«Жив, здоров, скучаю и люблю».
Журавли над нами протрубили,
Льёт в траншеи талая вода,
А у вас в заснеженной Сибири
Не ослабевают холода.
Птицами у нас полна округа,
Щебет их спасает от тоски…
Как же далеко мы друг от друга!
Как же мы отчаянно близки!
Милая, хотя бы только взглядом
Дотянуться до родных краёв.
Пусть на миг, но вновь услышать рядом
Лёгкое дыхание твоё.
Снова бой гремит у перелеска.
Нам туда… Пиши… Не тороплю…
В небеса уходит эсэмэска:
«Жив, здоров, скучаю и люблю».
В. Кирюшин
Женщина солдата
Мне женщина махнула из окна.
О боже! Как она была красива.
Дрожащий голос с нежным переливом
И под руками гибкая спина.
Я от печали милую не спас.
Она же мне свои давала крылья.
Любила так, как женщины любили
Перед разлукой нас в последний раз.
Бессильная моя перед войной,
Без слёз стояла молча у порога.
Ей быть для всех серьёзной недотрогой,
А мне — любимой преданной женой.
И видится: упрямо губы сжав,
Она присядет у зеркальной дверцы,
Без колебаний зашнурует берцы,
А туфельки свои поставит в шкаф.
О женщинах нам петь, как о святом.
В тяжёлую минуту рядом с нами
Они подхватят выпавшее знамя,
Закрыть собой сумеют, как щитом.
Они уйдут в окоп зимой в метель.
Они войдут в больничные палаты.
Наденут камуфляжные бушлаты,
Как надевали бабушки шинель.
Любимая махнула из окна.
И в горести она была красивой.
Я буду воевать за всю Россию,
Где ждёт меня живым моя жена.
Ю. Волк
* * *
Не надо, музыканты, на миноре
Мой пулемёт не выпал, не остыл
Там на востоке возле кромки моря
Стоит мой дом, где мой надёжный тыл.
Где женщина не рвёт слезами душу,
Но всякий час надеется и ждёт.
Там в золотистой россыпи веснушек
Смеётся дочь и дремлет в кресле кот.
Сияет в центре маленькой вселенной
Их желтое светило ночника.
За этот мир мне море по колено
И по плечу мне служба в ЧВК.
Я возвращусь морозной зимней ночью.
Я прилечу сюда на край страны
Расцеловать веснушки спящей дочки
И сонные глаза своей жены.
Счастливые глаза моих любимых.
Кто знает, тот всегда меня поймёт.
Вот потому мне так необходимо
Идти не выпуская пулемёт.
Не надо, братья, песен на миноре.
Не ослабеют воля и рука.
Пусть возле дома тихо дышит море,
И дочка спит при свете ночника.
Ю. Волк
Завтра утром на войну
На окне оборки тюля —
Грозовые облака,
Заклубились, всколыхнулись
От сырого сквозняка.
Парусами вздулись шторы —
Два встревоженных крыла,
Кораблём навстречу шторму
Наша комната плыла.
Мы царапались о мели,
Догоняли миражи.
Постепенно леденели
От безденежья и лжи.
Наступил конец раздорам,
Оставлять тебя одну
Мне придётся очень скоро.
Завтра утром на войну.
Ты теперь — жена солдата,
Груз обиды позабыт.
Будет сниться небогатый,
Наш такой уютный быт.
Ты не плачь, родная Юля,
Верю я: наверняка
Мне ни мина и ни пуля
Не достанутся пока.
Я везучий, я рисковый,
И всего дороже мне:
Репродукция Крамского
В нашей спальне на стене.
Незнакомка на которой
Ухмыльнулась свысока,
Смотрит барыня с укором,
Что пошёл я в ЧВК.
Провожая день вчерашний,
Был сосед навеселе.
А у нас в красивых чашках
Чай на кухонном столе.
Мы с тобой, моя родная,
Обойдёмся без вина,
Потому что понимаем —
Не для радости война.
Кошка гладит мягкой лапой,
По стеклу колотит дождь.
Ты в кругу настольной лампы
Оберег в дорогу шьешь.
Только дочь одна смеётся,
В конопушках морща нос,
Наше рыженькое солнце
С вихрем спутанных волос.
Слов не тратим понапрасну,
Обниму любя жену.
Мне за вас таких прекрасных
Завтра утром на войну.
Ю. Волк
Романс
Прощальные часы полны осенней хмари,
Тревога и печаль любимого лица.
Багряная листва на мокром тротуаре
Напоминает нам упавшие сердца.
Вечерний разговор — прощальная беседа.
Мы не находим слов — мы молча говорим.
Сказали мне глаза «Я жду тебя с победой»,
Заверила рука «ты мне необходим».
Красноречивей слов вечернее молчанье.
Объятия твои по-девичьи нежны.
А темные глаза так горестно печальны.
Понятно стало мне, что клятвы не нужны.
Игристое вино не тронуто в бокалах.
И только тихий вздох нарушил тишину:
— Я долго ждал тебя.
— Я так тебя искала.
— Я за тебя молюсь.
— Мне завтра на войну.
Пусть будет этот миг нам вечностью казаться.
Не даст тебя убить ни минам, ни свинцу.
Но, боже, как хотят тебя запомнить пальцы,
И слепо и легко блуждая по лицу.
Ю. Волк
Моя колдунья
Однажды поздно на исходе дня
В круговороте бесконечных будней
Ты, сидя у вечернего огня,
Вдруг понимаешь — долго нет меня
И, может, никогда меня не будет.
А я просил: «В бессмертие поверь,
Как бабушка когда-то в сорок первом.»
Но ощутила милая теперь
Невосполнимость главной из потерь
Всем существом, как оголённым нервом.
У женщины предчувствовать беду
Особый дар, который дан ей свыше.
Увидела, как я горю в аду
И помощи уже совсем не жду.
Она одна смогла меня услышать.
Пришла во сне и не дала пропасть.
Вернуть меня отчаянно хотела.
Из губ твоих напился жизни всласть
Летел до звёзд, чтоб на заре упасть,
Вернуться в обессиленное тело.
Приходишь ты, покорна и тиха
Присядешь в изголовье, околдуешь
Блаженством первородного греха
И сгинешь с первым криком петуха
А мне оставишь сладость поцелуя.
Ю. Волк
Прощание славянки. Марш
Ухожу, не простившись с тобою,
не могу твой нарушить покой…
Вот шеренги, готовые к бою,
вот костры над родною рекой.
Лунным светом твой сон заметает,
этот отблеск не гаснет во мне.
И походная песня взлетает,
и со мной ты простишься во сне.
В едином строю,
единой судьбой
за землю свою
уходим в бой,
уходим в бой.
Любимая моя,
я знаю, ты встретишь меня.
Летит над нами
святое знамя,
в бою от гибели храня.
Перелески, холмы и погосты…
Мы уходим сквозь дымный туман
в грозный бой за российские вёрсты,
за всевечное братство славян.
Ждёт ли нас православная тризна,
иль вернёмся с победных полей,
поимённо о каждом Отчизна
молвит в светлой молитве своей.
В едином строю,
единой судьбой
за землю свою
уходим в бой,
уходим в бой.
Любимая моя,
я знаю, ты встретишь меня.
Летит над нами
святое знамя,
в бою от гибели храня.
В. Хомяков
* * *
Людей убивает огонь и свинец
По дьявольской воле иль Божьей?
Вам пишет в землянке ваш муж и отец
В холодных степях Запорожья,
Где ветер пронизывает до костей
И только на Бога надежда.
Мы ждём тишины и хороших вестей
В грязи и под мокрой одеждой.
Но вести тревожны и сердцу в груди
Становится тесно от горя.
Ты помнишь, как осенью я уходил,
Надеясь, что встретимся вскоре?
Родная, проснись и мой голос услышь
Сквозь ветер и грохот орудий,
Под их канонаду приснится малыш...
Она же меня и разбудит.
И жатву продолжат огонь и свинец.
Пора. Я на том подытожу:
На свете всему наступает конец —
И это закончится тоже.
Е. Перцев
* * *
На нашу долю это бремя выпало,
И мы с тобой вдвоём его несем.
Мы не стыдимся сделанного выбора
И Господа благодарим за всё.
Дрожит земля, израненная минами,
И дымом степь затянута густым.
Я знаю, всё пройдёт, моя любимая.
Всё сбудется для нас за то, что ты
Так тосковала, так ждала и верила,
И слышала ночами голос мой...
Наступит день: умолкнет артиллерия.
Наступит час: и я приду домой.
Е. Перцев
Возвращайся!
Твёрдый шаг, руки отмашка,
Плац горячий строевой.
В перекур солдат ромашку
Разглядел перед собой.
С ней вопрос решить не сложно.
Варианты: да и нет.
У ромашки придорожной
Он хотел узнать ответ.
Не жена и не подружка.
Так случилось той весной...
Будто их свело друг с дружкой
Тайным промыслом, судьбой.
В день отъезда у вокзала
При посадке, на ходу...
Адресок продиктовала.
Он ответил: «Я найду!»
А ещё она сказала:
«Возвращайся. Буду ждать!»
Уплывал перрон вокзала...
Может, счудилось? Как знать?!
«Да!» – ответила ромашка,
Лепестки отдав сполна.
То знакомство – не промашка.
Будет ждать тебя она.
С. Манжелеев
* * *
Грузились молча в кузов мужики —
Война, как и любовь, всегда нежданна.
Жена смотрела вслед — и взмах её руки
В душе запечатлелся очень странно.
Подумалось: «Быть может, никогда
Не встретимся уже на этом свете;
Пусть этот взмах мне светит, как звезда,
И если на него не суждено ответить».
Ушла в поля луганская пехота,
И тех полях мы не считали дни —
Ты жив пока, но хрипло стонет кто-то —
В один печальный миг слились они.
Но я вернулся — взмах руки, наверно,
Хранил меня и в смерть не отпускал;
И в тех полях, как ангел верный,
Меня, забытого, искал.
Осталась мне последняя работа —
Хранить тот свет, сиявший мне во мгле;
Ушла в поля небесная пехота,
А я опять остался на земле.
В. Даренский
* * *
Не бойся, моя хорошая, страха нет.
Есть плач матерей у церковной большой свечи
Под рокот снарядов. И кроткое имярек,
Что тихой молитвой до первых лучей звучит.
Есть рык автомата, рубиново-красный лист
Упавший с рябины, свинцовым дождём задет.
На нашей земле убивает детей — фашист —
Но страха, моя хорошая, страха — нет.
Немецкими «кошками» к Волге прощупан путь,
Но видит в прицеле наводчик фашистский крест:
И в этот момент что-то русскую щемит грудь —
Поэтому, моя нежная, страха — нет!
Поэтому, моя милая, страх — труха
В глазницах пустынных домов — за селом — село,
И будет ещё украинская ночь тиха
Когда их Россия укроет своим крылом.
Потом, через многие годы, придёт весна,
В полях васильковых, под небом, совьёт букет
И вспомнит страна, что сегодня была война
Поэтому, моя милая, страха нет.
И детские слёзы покуда горчат в груди,
И ждёт тишины над полями брусничный цвет
Мы выстоим, сможем, прорвёмся и победим...
Ведь смерти, моя хорошая… Смерти — нет!
Р. Башкардин
Константину Симонову
Пути вели войска к Берлину.
Где на машинах, где пешком,
Бойцы месили грязь и глину,
Махали девушкам с флажком.
И среди этого народа
Шагал к Победе налегке
И он, и все четыре года
Поклоны бил своей строке.
Она его одолевала,
И среди дыма и огня
И он во сне шептал, бывало,
Два вечных слова «Жди меня!»
Их в бой несли и умирали,
Шептали их в госпиталях,
И что дождутся дома, знали
Ходившие на костылях.
Война закончилась и точка.
Пришли, медалями звеня,
Кого спасла на фронте строчка,
Точней, молитва «Жди меня!»
Да и сейчас, когда непросто,
В местах, где плавится броня,
Солдаты в строй встают по росту,
И тоже шепчут: «Жди меня!»
М. Силкин
Марш «Прощание славянки»
Мальчишкам нужны самолёты и танки,
И подвиг им нужен, как птице полёт.
Но что же так грустен мотив у «Славянки»,
Когда вдруг мужчины уходят в поход?
Искусаны губы, заломлены руки…
Что ж делать, такая у женщин судьба.
Проходят солдаты, победные звуки
Армейская вслед им выводит труба.
Шоссе… Бездорожье… Леса и землянки…
Конечно, с победой вернутся опять!
И марш расставанья, «Прощанье славянки»,
Торжественным гимном их будет встречать!
А. Савицкий
* * *
Слово «Любовь» не требует перевода.
Так же, как слово «Кохання».
Звук, прерываемый поцелуями, стоит ли произносить?
Есть перевод понятнейший: твои пальцы и губ касания,
И на тонком запястье желанной моей нить
Пульса. И днепровские светлые воды,
Которые никому — слышите — не остановить,
Сколько бы ни прилагал кто-то злості та старания.
Потому, что Любовь! Потому, что Кохання.
Потому, что Всевышний заповедовал нам любить.
П. Рыков
Я вернусь...
Я вернусь, когда закончу бой.
Бой за мир, за родину, за веру.
Я вернусь. Вернусь к тебе одной.
К моей милой, ласковой и смелой.
Жди меня. И я к тебе вернусь.
Не страшны мне вражеские силы.
Я к щеке любимой прислонюсь.
Мы с тобой, родная, неделимы.
Образ твой не раз меня спасал.
Голос твой я слышу под обстрелом.
Ты мой ангел, Бог тебя послал.
Чтоб теплом своим меня ты грела.
Мы ещё с тобою поживем.
Рано нам на век с тобой прощаться.
Я вернусь, и мы построим дом.
Будем жить и жизнью наслаждаться.
Жди меня. Судьбою суждено.
Нам пройти все беды и ненастья.
Я вернусь всем нечистям назло.
Мы с тобой заслуживаем счастья!
Жди меня и рук не опускай.
За меня молись и не сдавайся.
Я вернусь к тебе, ты это знай.
И в моей любви не сомневайся.
Я вернусь. Меня ты только жди.
Обещаю, скоро я приеду.
Не страшны нам грозы и дожди.
Я добуду для тебя победу!
Ю. Кивва
О любви
Сергею Тишкину, позывной «Птица»
О любви ты не хочешь?
Тогда — споём!
О минутах ли, прожитых
Не вдвоём,
О началах ли,
Принятых как разбег,
О югах, на которых
Сегодня снег.
Об автобусе тряском,
Полях в дыму,
О кровинках последних —
В своём дому,
За которым — по воле чужой —
Размах,
О прощании скомканном
Впопыхах…
О погибшей пол-роте
Под Кременной,
О тебе — в перерывах
Между войной.
Как своими глазами
Я видел смерть,
Но она пощадила —
К тебе суметь
Долететь, доползти,
Перебраться вплавь,
Эту тишь под Славянском —
Поди, поправь!
О руке твоей,
Гладившей хлад стекла.
И о песне,
С которой меня — ждала...
О войне ты не хочешь,
Любовь моя?
Я — солдат!
Мне призывом — моя земля!
Мне служением —
Первый нелёгкий бой
За безоблачность нашу,
За нас с тобой.
Мне победой — вера,
Ты слышишь, грусть?
Я приду к тебе, милая,
Я вернусь! —
Из любой тревоги,
Из темноты.
Мне в последнем бою —
Возвращеньем — ты…
С. Размыслович
Как ты там...
Как ты там...
Как ты там без меня, в дни трудов и тревог,
И в минуты сомнений, внезапных как будто?
Как ты там, без меня, где никто не помог
Пережить это новое хмурое утро?
Где ты ходишь, скажи, по бульварам каким,
Кто тебе невзначай попадётся навстречу?
Может быть, поднимаясь по высям крутым,
Не заметила ты, как уже стало легче?
Как ты там без меня — в буднях славя мечту,
В чувствах путаясь, и иногда — пропадая?
В редких фото я все твои мысли прочту,
И отвечу, шутя, прямо в цель попадая.
Кто там рядом с тобой сможет сон превозмочь,
Когда в полночь густую, склоняясь под лампой,
Ты сидишь у окна? Повзрослевшая дочь.
Как когда-то давно поджидавшая папу.
Как ты там... Без меня... Я и поутру жду,
И зову тебя громко, как прежде, к обеду.
А, бывает, конфет под подушку кладу.
...Я собрался уже.
И я завтра приеду.
С. Размыслович
Вдвоём
Глубиннее всех глубин —
До самых подводных сеч —
Я буду тебя любить,
Я стану тебя беречь.
Привижусь тебе — исход,
Припомнюсь тебе — стократ —
Высотнее всех высот,
До самых небесных врат.
И ширь бестелесых крыл —
Бесхитростный горизонт,
Взмывая из душных вилл,
Родством к облакам взойдёт.
Уменьшится бренный мир
До точки в окне твоём.
Из самых тончайших лир
Мы будем звенеть — вдвоём.
С. Размыслович
* * *
Состоянье женщины — ждать.
Будь она подруга иль мать,
будь она невеста, жена,
бытом серым окружена.
Расставанье с женщиной — стон.
Князь Великий, воин простой
покидает отчий очаг —
боль одна в небесных очах.
Ложь святая женщин — любовь.
Ей отрадой станет любой,
чей извечно ждать будет лик,
по ком радость выльется в крик.
Л. Гонтарева
* * *
Он обязательно вернется...
Из всех боев, со всех широт.
Путь даже мир перевернется,
Но смерть его не приберёт.
Пройдя по закоулкам ада
(Того, который на земле),
Привыкнув спать под канонаду,
Он будет знать, что там, в тепле,
Под чистым небом и с молитвой,
Как яркий луч из темноты,
Из каждой, самой страшной битвы,
Ждёшь ты его. И любишь ты.
О. Гражданцева
Вернись
Здесь и сейчас тихий закат,
В доме звучит молитва.
Милый мой друг, храбрый солдат,
Выйди живым из битвы.
Где ты и как ныне живёшь?
Может, сейчас в бою.
Знаю одно: весточку ждёшь,
Веришь в любовь мою.
Я день и ночь Бога молю
За нас с тобой, за жизнь.
Только вернись, только вернись,
Только живым вернись!
Там далеко — дождь из свинца,
В рваных воронках — кровь.
И берегут сердце бойца
Мужество и любовь.
Там далеко в годы войны
Прадед мой ранен был.
Новости вновь боли полны.
Сколько хватает сил,
Я день и ночь Бога молю
За нас с тобой, за жизнь.
Только вернись, только вернись,
Только живым вернись!
Е. Гостева
Молитва любящей Женщины
Пусть тебя моя любовь хранит.
Слышишь, как моё сердечко бьётся?
В нём, как эхо, снова раздаётся
Вечная мелодия молитв.
Жду тебя, ежесекундно жду.
Слышишь, как душа ночами плачет?
Пусть тебя от пули Вера спрячет,
Пусть спасёт и отведёт беду.
Как могу, пытаюсь оградить
Я тебя в аду кровавой битвы,
Шлю с надеждой Господу молитвы,
Чтобы смог тебя он защитить.
Верю, что вернёшься ты домой,
Вылечу я птичкою навстречу,
Руки-крылья положу на плечи:
«Дождалась тебя я, милый мой!»
Пусть тебя моя любовь хранит,
Пусть, как ангел, над тобою дышит.
Знаю, что твоё сердечко слышит
Вечные слова моих молитв.
А. Стародубов
* * *
Он уезжает или приезжает?
Она его на поезд провожает,
и слёз не льёт, и не дрожит губой.
Я знаю, что её зовут Любовь.
А как его? Да как вообще угодно…
Любое имя из имён народных
он сменит на два слога позывных
и умирать пойдёт за семерых.
Ну что ты, в самом деле, — он не сгинет!
Скажи мне (я молиться стану) имя:
по позывным Господь не разберёт.
Молись за всех, за весь большой народ.
И за неё молись, пускай дождётся
дончанина, самарца, новгородца,
читинца, москвича и петербуржца —
поэта, музыканта, вольнодумца.
Пускай дождётся. Ждать она умеет.
И доживут они до юбилея,
чтоб никогда не вспомнить при потомках
ни этот день, ни поезд, ни котомку.
А будут помнить что? Как в век кевлара
она его собою прикрывала —
живою плотью крепкую броню.
Словами: «Милый, я тебя люблю…»
А. Ревякина
Молитва о муже
Меня ты не обманывал ни разу —
И огорошил сразу напрямик:
«С женой не обсуждаются приказы,
Военный перед Родиной — должник.
Я убываю завтра на рассвете —
Уже собрал походный вещмешок.
Ты для меня — одна на белом свете,
И нам с тобой во всём поможет Бог!»
Я верю провиденью или чуду —
И будет безопасен твой полёт.
Любимый, день и ночь молиться буду. —
Молитва на войне тебя спасёт.
Я буду ждать наперекор ненастью,
И за тебя я Господа молю,
Чтоб вместе быть и в горести, и в счастье,
И видит Бог, как я тебя люблю!
О. Москаленко
Жду
Пришло и к моему гнезду…
Пришло и встало у крылечка.
Я превратилась в слово ЖДУ,
Такое горькое словечко.
На полке замерли часы,
А в доме тихо, как в музее…
А ты у лесополосы
Лежишь в пристрелянной траншее.
Такую лямочку тяну,
Не разорваться бы на части.
Сейчас у мира на кону
Моё заплаканное счастье.
Моя вселенная теперь —
Пустое кресло у торшера,
А эта скрипнувшая дверь —
Моя единственная вера.
Из крана капает вода,
Всю ночь идёт программа «Вести»…
Из разных цифр навсегда
Я запрещаю цифру двести!
Дождусь черёмухи в меду,
Для встречи выберу обновы…
Я превратилась в слово ЖДУ,
Моё молитвенное слово.
И. Мацигура
Молитва
Богородица!
Мати моя!
Милосердная матинка!
Сделай так, чтобы все сыновья
Вернулись домой без царапинки!
Дай сухарика, дай кисет,
Обогрей в непогодину.
Это очень тяжёлый крест —
Защищать свою Родину.
Если выпадет пуля в грудь
На чужом полустаночке,
Поспеши ветерком подуть
На кровавые раночки.
У распятия есть цена —
Ожидание матери.
И за Мужество ордена,
Как куличи на скатерти.
И. Мацигура
* * *
Все боялись Града, а расцвела любовь.
Да такая, что выше спутников и ракет.
Сердце мерно качает боль, разбавляя кровь,
Ничего сильнее любви моей в мире нет.
И встаёшь ты несокрушимый в моей броне,
И проносится мимо стальное крошево, шелестя.
И идёшь ты сквозь гарь и пламя войны ко мне,
Узнавая по всем приметам легко меня.
И я раз за разом опять проживаю ад,
Побеждаю его, воскрешая тебя собой.
Просто чтобы со мной остался твой карий взгляд.
Просто чтоб ты вернулся: любимый, родной, живой.
Если есть в мире Бог, то вера моя крепка,
Я учусь и смиренью тихому, и мольбе.
И на юго-востоке грохочет моя война,
Наполняя молитву мыслями о тебе.
А. Себянина
* * *
И когда подступает тьма, оттесняя свет,
Ад распахивает чертоги свои, грозя,
Я читаю свою молитву, которой нет,
Потому что она до точки вся про тебя.
И когда за горло хватает звериный страх,
И студеной водой становится в венах кровь.
Я читаю молитву свою в стихах,
Потому что вера моя — любовь.
И когда пылает алым костром закат,
Минометный вой наполняет воздух глухим свинцом.
Развернув чертей, отправляю обратно в ад.
И свиваю страхи тугим кольцом.
А. Себянина
Вернись!
Голодный, уставший, неделю не мытый, —
С окопом давно, воедино, срослись.
От злости костяшки до крови избиты…
Ты только вернись, слышишь, только вернись!
Истрепаны нервы тоской, напряженьем
И той неизвестностью, что впереди.
Но русский не знает путей к пораженью:
Он будет упорно к Победе идти!
Нет силы на свете, что русского сломит.
Армады нет той, что его победит.
Историю предков, России он помнит
И с верою, свято, у сердца хранит!
С. Алексеенко
Молитва
Молитву написать, какую?
Чтоб под крылом хранила вас.
В любой мороз, в жару любую.
И каждый день, и каждый час.
Сплетем ее из женской ласки,
Из горьких материнских слез;
Из детской, выдуманной сказки;
Из ветра меж родных берез.
Еще добавим запах поля
И свет любимого окна,
А также доблести и воли,
Чтоб вас наполнила она.
Еще спокойствия и веры,
Что дома любят вас и ждут.
И ожидания Победы,
Чтоб к звездам запустить салют.
С. Алексеенко
Романс
Не покидай меня,
Не покидай.
И эта ночь пускай продлится вечно,
Пускай горит
Оплавленною свечкой
На небе
Предрассветная звезда.
Прошу тебя,
Меня не покидай!..
Пускай вперёд
проносятся года,
И вихрем
Жизнь суровая завертит,
Но знаю я:
Любовь сильнее смерти,
И что бы ни случилось,
Никогда
Не покидай меня,
Не покидай.
Пройдёт война,
Уляжется беда,
В спокойных вОдах
заиграет солнце.
Любовь весенней птицей обернётся,
Чтобы остаться с нами
Навсегда...
Но ты сейчас
Меня не покидай!
Не покидай меня...
Не покидай...
Н. Дьякова
Тебе
Горячие точки
За давностью не горячи,
Отвага медалью отмечена —
Будто не в счёт...
Глядишь — и не видишь.
И, слушая, только молчишь.
Что скажешь, я знаю,
Но я не готова ещё…
Вчера говорили,
Что твой однокашник
летит,
Вчера отражался
В глазах твоих чёрный закат,
Что скажешь, я знаю...
Что — надо,
что — должен идти.
Седой мой полковник!
Ты — самый отважный
солдат…
Горячие точки...
Рассветного солнца лучи
Запутались в ярких
Искринках родных твоих глаз.
Всё вроде обычно:
Проверил в кармане ключи...
Я знаю — Донбасс.
Там — ребята...
Горячая точка сейчас…
Н. Дьякова
Я — рядом
1.
В твоих глазах я вижу не смерть, но — Жизнь.
Нет, это не я, а ты говоришь мне: держись…
Твоя сила перетекает по венам в судьбу мою.
Я тонкое эхо, струна… Я тебя пою!
И, словно за нить,
вытягиваю твою тоску.
И нить на глазах — смотри! —
выплавляю в строку.
И ты, как прозрачный воздух,
светлеешь вдруг!
Я рядом, мой брат...
Я рядом, мой кровный друг.
2.
Я — Огонь, который ты открываешь в «ответку»,
Пуля из твоего патрона,
летящая метко…
Я — каждый твой нерв,
ярость в твоей груди.
Иди, мой русский Айвенго, вперёд иди!
Вперёд и вверх, —
чтоб было наверняка.
Пусть дух славянский
вздымается к облакам!
Я — это МЫ, нас тысячи за тобой,
В молитве за жизнь твою,
Русский герой.
Е. Хапланова
Держись за нить
На белой простыне моих молитв
Твой путь не разруши́м земной бедою.
Вернёшься из любых житейских битв,
Помазанный Любви живой водою...
Я, вы́полоскав сумраки и страх,
Вновь постелю гармонию и вечность.
Птиц голосистых рассажу в садах —
их трель любую грусть твою излечит.
Держись за Нить — я вытяну судьбу
Из всех болот, невзгод и потрясений.
А без тебя дышать я не смогу
Ни в холода, ни в тёплый день весенний...
И значит, ты обязан долго жить.
На веру и надежду уповаю.
Каких Святых мне за тебя молить?!
Пока ты жив, родной, — и я живая...
Е. Хапланова
Проводы
Если мне суждено на роду
Провожать на сраженье мужчину,
Я приму со смиреньем беду,
Не заплачу и выпрямлю спину.
Разогнусь, как тугая лоза.
Ни унынья в глазах, ни тревоги.
Пусть бойца не печалит слеза
На прощальном родимом пороге.
Он обнимет покрепче — и в бой!
Защищать, побеждать, не сдаваться!
Я вернусь сиротливо домой
И позволю себе нарыдаться.
Будут стоны до неба слышны.
Необъятна их горькая мера.
А солдата в окопах войны
Пусть согреют улыбка и вера.
А. Токарева
* * *
Сердце скользнуло вниз —
Воздуха не хватает.
Милый, прошу, вернись!
В вечности голос тает…
Май набирает ход,
Яблони в белой пене.
Ждать мне полгода, год?
Сколько нужно терпения?
Лето. Июнь. Гроза.
Или война приснилась?
Дождь. По щеке слеза
Капелькою скатилась.
Вот и июльский зной.
Лето набрало силу.
Ты почему не со мной?
Где тебя носит, милый?
Август берёт своё.
Требует даже душу.
Чёрное вороньё
Вновь над Россией кружит.
Первое сентября.
Дети в четвёртом классе.
Где ты, любовь моя?
Знаю, ты на Донбассе.
Осень кладёт листву
Под ноги. Так красиво!
Верю, люблю, живу.
Жду тебя с новой силой.
Сердце стучит мне: «Верь!
И в октябре, и в мае».
Ты открываешь дверь —
Я тебя обнимаю.
О. Белых
Сон
Приснился мне сегодня лес.
Не наш. Другой. Луганский.
Сидел в лесу в окопе бес,
Плевался жаром адским.
Разворотило всё вокруг
Взорвавшимся снарядом.
Но я с тобой, мой верный друг,
Я здесь, любимый, рядом.
Прикрыла я тебя крылом
От вражеских осколков,
А бесы лезут напролом
В нацистских все наколках.
Гудит чужая сторона
И поливает «Градом».
Идёт священная война,
Но я с тобою рядом:
Тебя хранит любовь моя,
Крылатая брюнетка.
И ты, от взрыва устояв,
Опять стреляешь метко.
В дыму войны она — маяк,
Хоть не доступна взгляду.
Ты выстоишь в любых боях,
Ведь я с тобою рядом!
О. Белых
* * *
Детей укладываю спать
И выключаю свет.
Хотела бы я точно знать,
Что боли в жизни нет,
Что нет печали и тоски,
Тревоги и войны.
Сжимают голову тиски
Фальшивой тишины,
Подкатывает к горлу страх —
Балкон, восьмой этаж.
Ты где-то там, в чужих лесах —
Окоп, огонь, блиндаж…
А здесь по-прежнему течёт
Обычных дней река.
И ночью так же звездочёт
Гоняет облака.
Стою на нашем этаже —
Весь Запад предо мной.
Когда закончится уже
Игра людей с войной?
О. Белых
* * *
Расскажи, какая она — война?
И о чем она говорит тебе,
Если прут вперед за волной волна
Эти нелюди? И за ними бес.
А с тобою — Бог! Я ему молюсь.
Каждый вдох с утра для тебя, родной.
Я тебе, наверно, совсем не снюсь —
Сновидения отменены войной.
Пусть она выбирает хоть чёрный цвет,
Хоть коричневый — я тебя ей не дам!
У меня в палитре есть жизни свет,
Я расцвечу тёмное навсегда!
А пока шепчу я: «Работай, муж!
Ты умеешь жить!» Я умею — ждать
До дождей осенних и стылых луж.
И однажды смогу я тебя обнять!
Ты расскажешь, какая она — война?..
Или нет, молчи, мне не стоит знать!
У меня задача сейчас одна:
Ждать с войны тебя, милый, живого ждать.
О. Белых
* * *
Неизвестность и тревога —
Спутники мои.
Улетают за подмогой
Мысли-журавли.
А потом летят обратно
Ночи напролёт:
Где мой славный воин ратный?
Чем сейчас живёт?
Мне неведомы задачи
Что пред ним стоят.
Только шлю ему удачи,
Чтоб пришёл назад.
Чтоб вернулся невредимым
И живым домой,
Как народ, непобедимый
Русский воин мой!
О. Белых
Он живой!
Опять тревожиться и ждать —
Ещё один заход.
Молитвы «про себя» шептать,
Искать удачи код,
Чтоб вышла рота без потерь,
Где он живой и все.
Чтоб в рай им не открыли дверь
В той лесополосе.
Сказали б: «Рано! Марш назад!
Детей любить, жену.
Придётся вам пройти сквозь ад,
Чтоб отстоять страну,
Но с вами Бог! Ведь на войне
И Боже боевой».
А ночью ангел скажет мне:
«Я видел, он живой!»
О. Белых
О чем пишу?
О чем пишу? Я вам поведаю:
О том, что мир горит в огне,
Работаю или обедаю —
Меня здесь нет, я на войне.
Гуляю с сыновьями вечером,
Считая пятна на Луне,
Окликните — я не отвечу вам,
Меня здесь нет, я на войне.
Веду машину в мегаполисе —
«Маяк» на радиоволне.
С передовой нужны мне новости,
Ведь я не здесь, я на войне.
Читаю детям сказки Пушкина
И засыпаю, но во сне
Не в тереме и не в избушке я,
Не в сказке я, а на войне.
Я не могу быть просто женщиной,
И в этом нет моей вины.
Вернусь к тому, что мне завещано,
Когда мой муж придёт с войны.
О. Белых
Жена десантника
Посвящается всем женщинам,
ждущим мужей со спецоперации
Я сильная, но дай мне Бог
Ни разу не проверить силу!
Чтоб не ослеп муж, не оглох,
Не ранен был невыносимо.
Чтоб в чёрном не стоять у рва
И землю не бросать горстями,
Не знать, что чувствует вдова,
Не видеть пропасть между нами.
Я сильная, но дай мне Бог
Не знать, что может сделать атом,
Не быть застигнутой врасплох
Врагом бездушным с автоматом.
Пусть мой защитник не предаст,
Пусть я останусь русской бабой,
Сильнее всех! И Бог мне даст
Дождаться мужа и стать слабой.
О. Белых
Эмоциональные качели
Эмоциональные качели —
Обжигает страх, как кипяток.
Кислорода нет, я на пределе,
Будто мне, а не тебе в висок
Прилетел осколок от «кассеты»,
Будто кровь моя, а не твоя.
Пульсом бьется «Где ты, где ты, где ты?»
Но хохочут в детской сыновья.
Но шумят за окнами березы.
Но рожает кошка трех котят.
Всё живет. И только мои слезы
Без тебя жить вовсе не хотят.
Позвонишь — и сразу полегчает,
Я заплачу, даже зареву.
Слезы есть, и это означает:
Ты живой!
И я теперь живу!
О. Белых
Любовь через линию фронта
Над Запорожьем дождь и над Москвой —
Одно и то же раненое небо.
Прижмусь к стеклу — как будто мы с тобой
Стоим вдвоём, укрывшись серым пледом,
Как будто в мире больше нет войны,
И тишину несёт на пальцах ветер.
Мне страшно не очнуться до весны,
Мне страшно до весны тебя не встретить,
Но я в руках храню твоё тепло,
Доверив наши жизни воле Божьей.
...Я глажу дождь в Москве через стекло,
Чтоб он обнял тебя под Запорожьем.
Т. Селезнёва
Апрель
Как рады за окном синички
Приходу раннему тепла,
А у тебя другие «птички»,
Трава, сожжённая дотла.
Да, твой апрель опять простужен,
В окопах талая вода,
А я шепчу: «Ты очень нужен,
Я дома. Жду тебя всегда.»
И если было бы возможно,
Я прилетела б в твой апрель,
Где так пронзительно-тревожно
Гудит свинцовая капель.
Согрела б чай душистый с мятой,
Укутала б в пушистый плед,
А ты бы хвастался ребятам,
Что любишь и роднее нет.
Но я одна в своём апреле,
Меня не радует тепло.
Скворцы домой уж прилетели...
Вернись, родной, врагам назло!
Е. Ключищева
Во славу женщины пою
Во славу женщины пою.
Во славу дочери и мамы.
Во славу той, кого молю
Защиты божьими словами.
Тебе, единственной, всю ночь
Слова любви шептать надеюсь,
И боль утраты превозмочь,
От твоего тепла согреюсь.
Во славу женщины пою.
Во славу праздной или падшей,
Во славу той, с кем был в бою,
И в час последний провожавшей.
К тебе бесценной и простой -
Просить награды и прощенья.
Испить воды в июльский зной
С твоих ладоней наслаждение.
Во славу женщины пою.
Во славу плачущей, кричащей.
Во славу клявшейся «Люблю!»
С войны проклятой нас встречавшей.
К тебе в ромашковом венце
Опять паду в изнеможении,
И все слезинки на лице
Я зацелую в исступлении.
С. Шухардина
* * *
Не оплакивай воина,
Провожая на фронт.
Всё. Колонна построена
У чугунных ворот.
В гимнастерочку хрусткую,
Погоди, не реви.
Пусть солдатушки русские
Помнят строгость любви.
Из объятий терзающих
Он идет не на смерть.
На священных ристалищах
Добывается честь,
Добывается Родина,
Добывается дом.
Как ты там ни расстроена,
Отревешься потом,
Вспомнив юность,
супружество
В приутихшем дому.
А сейчас нужно мужество
И тебе, и ему.
Не казачья же вольница,
Не мальчишки гурьбой,
Это —
русское воинство
Отправляется в бой.
М. Ватутина
Заклинание
Бойцам СВО с позывным «ZOV»
Когда тебя кто-то ждёт —
С тобой беды не случится.
Закончится ратный поход.
Домой возвратятся птицы.
Глаза не выплачет мать,
Шагов вспоминая звуки.
Успеют героев обнять
Любимые, дети, внуки.
Солдат ты или народ,
Стихия или мессия —
Пусть смерть за версту обойдёт
Того, кого ждёт Россия.
Т. Дугиль
Возьми меня, мой милый, на войну
Возьми меня, мой милый, на войну!
Ведь ты пойдёшь — иначе ты не сможешь
И, станется, головушку там сложишь…
Возьми меня, мой милый, на войну.
Возьми меня с собой, я пригожусь.
Я понимаю: на войне — не в сказке.
Но я умею делать перевязки
И крови, и страданий не боюсь.
Возьми меня с собою на войну.
Я не переживу разлуки нашей.
Я буду борщ бойцам варить и кашу
И пыльные рубахи простирну.
Не думай, не поверю я словам,
Что на войне, мол, женщинам не место…
Нас Бог лепил, крутое выбрав тесто,
В продленье рода и на помощь вам.
Но мало мне на Бога уповать.
Тебя мне не заменят миллионы.
Я буду подносить тебе патроны.
Я буду твою спину прикрывать.
Ты говорил: «С тобой нам по пути».
Но если встанем на краю могилы,
Тебе отдам любовь свою и силы
И не позволю первому уйти.
Закончится война. Мы победим.
Народ России этого достоин!
А мы, вернувшись, дом себе построим
И девочку и мальчика родим.
Возьми меня, мой милый, на войну!
Возьми меня, мой милый, на войну!
Н. Кожевникова
Я дождусь тебя
Александру
Я храню твой амулет, ожидая встречи.
Где теперь, в каких краях службу ты несёшь?
А у нас который день неспокойный вечер:
По стеклу и по спине пробегает дрожь.
Выполняю твой приказ: не сижу без дела.
Да и как в такие дни можно усидеть?
Чтоб винтовка по врагу панихиду пела,
Будет тыл своим трудом о Победе петь.
Я дождусь тебя. Когда стихнет непогода,
Будем слушать ворожбу звёздной тишины.
А пока ты бережёшь мирный сон народа,
Мой любимый человек, Сын своей страны!
Л. Потийко
Жди меня
Я устала. Веришь ли, как будто
Грузом лет ломает позвонки.
Только бы в последнюю минуту
Чувствовать тепло Твоей руки;
Знать, что Ты вернулся невредимым
С этой, трижды проклятой, войны.
Боже, до чего невыносимо
Ждать в холодных сумерках весны!
День, неделя, месяц — всё тревожней
Эти безответные гудки.
«Я прошу вас, будьте осторожны» —
И ни слова больше, ни строки.
Я живу. Но как-то по привычке,
Слушая обстрелы и дожди...
И храню закладку на страничке
С наставленьем Симонова: «Жди».
«Жди меня...» И, кажется, сквозь строки,
Давней опалённые войной,
Слышится мне голос Твой далёкий
И белеет локон Твой льняной.
Л. Потийко
Письмо российскому солдату
Где ты, мой адресат неведомый —
Там, где «градами» путь проторенный,
Там, где времени ход замедленный
Или жизней полет ускоренный?
Воронье над убитой пашнею,
Вдоволь черного, вдоволь красного,
И опять говорит «калашников»,
Потому, что не слышат разума.
И наступит день, лишь хватило бы
Меры Божьего правосудия.
Ты сейчас соберешься с силами,
Чтобы вновь зарядить орудие.
Это будет тобою пройдено
Всею крепостью духа нашего
И вернешься тогда на родину,
Потому что там столько важного!
Потому что вот так назначено,
Слишком много еще не сделано,
Где-то чудо рожденья мальчика,
Где-то дом и большое дерево,
И мечты, и закаты рыжие,
И весны золотая звонница.
Я прошу тебя, только выживи,
Чтобы это могло исполниться!
Над Россией покров расправили
Триколором призыва грозного,
А свеча за тебя, о здравии
Все горит и горит у образа!
Т. Сушенцова
* * *
Сынов-мужей мы снарядим на битву
И слезы самоцветные смахнем.
Воскурим ладан. Вознесем молитвы.
Душистою кадильницей взмахнем.
Покуда смерть — языческая жрица —
На поле брани рыщет в скорбный час.
Пусть покаянье с наших уст струится,
И самоцветы катятся из глаз.
Мы верим, что исход сражений бренных
Нетленной Высшей Волей предрешен...
Да не оставит вера благоверных,
Отринувших еду, питье и жен!
Пока сияют с древнего оклада,
И этот свет в столетьях не померк —
Чернено-серебро, червлено-злато
И перекатный жемчуг русских рек!
Д. Кан
* * *
Конь буланый. Меч булатный
Небеса в крови.
На священный подвиг ратный,
Русь, благослови!
Среди злой хазарской ночи
Сыновьям вослед
Голубые вдовьи очи
Льют свой слезный свет.
И былинное раздолье
Осенил окрест
Православный ветер воли,
Посланный с небес.
Наш поклон родному дому,
Божьему лучу...
Щит к щиту. Шелом к шелому.
И плечо к плечу.
Д. Кан
Ушедшим на СВО
Возвращайтесь домой, мужики.
Нам без вас по ночам одиноко.
И пустынна так наша дорога,
Если рядом нет вашей руки.
Мы, склонясь на родное плечо,
Вам расскажем о том, что тревожит.
Нам разлука — морозом по коже,
А от слёз — на щеках горячо.
Возвращайтесь, родные, скорей.
Наши души без вас сиротеют.
Есть одно, что нам сердце согреет —
Звук шагов из открытых дверей.
А. Евдокимова
Наследство ангела
Мой ангел защитного цвета,
Военные письма твои
Я буду читать до рассвета,
Как пери стихи Навои;
В обнимку с твоею гитарой
Порой коротая часы,
В лучах фотокарточки старой
До утренней майской росы.
Как-будто вернусь ненадолго
В прекрасное наше вчера,
Где горном священного долга
Ещё не звенят вечера,
Где сад ещё пахнет жасмином
И звёзды не меркнут в дыму,
Где розы пылают кармином,
Лечу я к тебе одному —
Туда, где не надо прощаться
И вечность постылую ждать...
Как сладко туда возвращаться
И счастье от бед ограждать...
Мой ангел защитного цвета,
Мы в памяти этой вдвоём
В сиянье и блеске расцвета
Всегда безмятежно живём,
И эту любовь без завета
Не тронут ни смерть, ни года,
Мой ангел защитного цвета,
Ты в сердце моём навсегда.
И. Узденова
* * *
Небес плывут калачики...
Лег палец на курок...
Не промахнитесь, мальчики,
И — да храни вас бог.
Вы нам сыны по возрасту,
А по судьбе — отцы.
Внимают ветра посвисту,
Весенние певцы.
До воскресенья вербного
Уже рукой подать.
От помысла неверного
Себя бы удержать.
И медленно выводится
От вздоха до строки:
Храни вас Богородица,
Мужья, отцы, сынки...
А маятник качается
От радостей до тризн.
И этот день кончается
Как маленькая жизнь.
Небес плывут калачики,
На юг ли, на восток...
Мы будем ждать вас, мальчики,
И да храни вас бог!
В. Пшеничная
Облака
Ах, облака, летят, летят,
Куда, куда вы?
Туда, где выстрелы гремят,
На поле славы.
Летите, милые мои,
На фронт, к солдатам,
Как письма белые любви,
Ложитесь рядом.
Прольётся над окопом дождь
Рассветной ранью.
Любимый, ты и так поймёшь
Мое посланье.
Я — облако в родном краю,
Над полем битвы.
Пусть упасёт тебя в бою
Моя молитва.
Л. Берзина
* * *
В твоих глазах печаль,
усталость,
и еле видимый укор:
тебе негаданно досталась
судьба солдатская. Как вор,
война похитить умудрилась
мечты и сердца мерный стук,
лишь бьётся птицей
сизокрылой
в тисках «зелёнки» пушка.
Звук
артиллерийской канонады
в тылу не ведом, но поверь,
что за тебя стократно
на́ день
мы молим Господа теперь.
Твоей бронёй незримой к бою
пусть будет пламень
наших слов,
а синь небес над головою —
как Богородицы покров.
Анаит Агабекян
Прощание
Такого вовек не выдумать, не выписать древней вязью,
Как плакала Ярославна взахлеб на груди у князя.
Мол, бабам всю душу вынули, а бабы-то не из стали,
Мол, ваши мужские игры до чертиков нас достали,
Мол, как от таких рожать-то, сироток плодить по свету.
Езжай себе, князь, на битву, езжай, коли сраму нету!
Езжай, мой родимый сокол, прости, что в сердцах перечу,
Спаси тебя ангел Божий, а мне уж и плакать нечем.
От раны злодейской вражьей я б телом тебя закрыла,
Да бабья такая доля, прости меня, дуру, милый...
Прости, мой князь, прости, мой свет, прости, моя отрада,
Я буду ждать, я буду жить, покуда ты живой.
Каким бы ни был, сокол мой, другого мне не надо.
Усталый, раненый, больной — вернись ко мне, родной!
Раздулись у князя ноздри, в висках заиграли жилы:
-— Не кликай беды, голуба! Вернемся, коль будем живы.
Красу изведешь слезами, душа пропадет в юдоли.
Я взял бы тебя с собою, да бабе не место в поле.
Прильнула… И ком у горла: — кровинка моя, супруга…
Прижал бы к себе покрепче — да слишком тверда кольчуга.
И в ратном широком поле всё чувствовал за спиною
Свой дом и родную землю, и ту, что назвал женою.
Прости, мой князь, прости, мой свет, прости, моя отрада,
Я буду ждать, я буду жить, покуда ты живой.
Каким бы ни был, сокол мой, другого мне не надо.
Усталый, раненый, больной — вернись ко мне, родной!
Над Русью гремели битвы, вставали в степях курганы,
На тризнах князья седые считали былые раны.
И плакали ярославны по бабьим своим законам,
Лицом припадая к латам и к лётным комбинезонам.
Простите им эти слёзы в промоинах глаз кровавых:
Не нужно им ни медалей, ни вашей посмертной славы.
Простите им эту слабость, подставьте им ваши плечи,
Вернитесь, князья, живыми, вернитесь с жестокой сечи!
В. Белоусова
* * *
Нынче радости вовсе не место,
Столько горя пришлось нам узнать!
Плачут вдовы, горюют невесты,
Воют матери вьюгам под стать.
Но сияет победно и нежно,
Тьму пронзая, поэзии нить.
Возрождая в нас веру, надежду,
Убеждая нас жить и любить…
Слово в сердце храню неустанно —
Горько, яростно, преданно, зло,
Чтобы к милому во поле бранном
Оберегом желанным дошло.
Чтоб, верша своё ратное дело
По законам Руси вековым,
Окрылённо о будущем пело
Это слово Победы сквозь дым.
Чтоб, забыв про усталость и жалость,
Словно сокол взлетало с руки
И с любимыми рядом сражалось
Всем смертям и врагам вопреки!
Н. Попова
Перед возвращением на фронт
Ни надышаться, ни наговориться —
Мгновения летят за горизонт.
И ты, на день вернувшийся в столицу,
Опять на западный уедешь фронт.
Здесь вишня будет плакать снегом белым,
И станет обнимать поля туман...
...А там — земля от крови почернела,
И кто-то гибнет от смертельных ран.
И я запоминаю каждый отзвук
Мелодии сгорающего дня.
Пока вокруг дрожит от взрывов воздух,
Мне кажется, что целились — в меня.
Мне кажется, я задохнусь от боли,
Едва представив в мареве зари,
Как в выжженную степь уходит воин,
Как гаснет небо, как трава горит.
И мне, живущей пламенем молитвы,
Молиться с каждым днём всё тяжелей:
Я вижу списки раненых, убитых,
И становлюсь и яростней, и злей,
Ни вскрикнуть, ни смолчать, ни отвернуться:
Мне кажется, мир навсегда во мгле.
...Но брызги мать-и-мачехи зажгутся
На опалённой битвами земле.
Т. Селезнева
«А ты, война, добычи не добилась…»
Ане Долгаревой
А ты, война, добычи не добилась.
Ещё одну победу над тобой
Я воспеваю!
Женщина — влюбилась.
Среди беды. Среди тоски тупой.
В бетонном пепле, в пекле артобстрела,
Саму себя почти спалив дотла,
Она сама в себе вчера узрела,
Чего никак представить не могла.
В кого? Она, пожалуй, вам не скажет,
Ведь над любовью, словно над птенцом,
Она дрожит. Он ею честно нажит
Там, где всё небо кашляет свинцом.
Я говорю вам, в темени телесной,
В прогорклой ли от горести крови
Любовь из мёртвой восстает воскресной,
Хоть на каком кресте ни умертви.
И вот тебе, война, знаменье это:
Любовь пришла — она своё вернёт,
И долго от его бронежилета
Она своей щеки не отомкнёт.
М. Ватутина
Невесты
На войне женихи, чьи-то братья
(без войны не бывать и столетью),
И становятся белые платья
По зиме маскировочной сетью.
Долетают боёв отголоски,
И дрожащие девичьи руки
Распускают их все на полоски,
Позабыв про душевные муки.
Покрывают блиндаж благодатью
Не заметной приборам и глазу,
Эти белые-белые платья,
Не надетые в жизни ни разу.
Будут позже цветы и объятья,
И родятся когда-нибудь дети,
А пока подвенечные платья
Превращают невесты в масксети.
И. Кучерова
Маскировочная сеть
«Свадебное платье! Точно! Точно!
Нечего ему в шкафу висеть! —
Эта мысль пришла внезапно ночью, —
Будет маскировочная сеть!»
К шкафу бросилась. Открыла дверь. Застыла.
Платье... Месяц лишь назад она
С женихом на свадьбе вальс кружила...
А теперь он далеко... Война.
Выпал снег. Теперь как на ладони
Танки, бэтээры и бойцы.
Муж писал... А сердце стонет, стонет.
И в руке сверкнули ножницы!
Шёлк и органза — снегов белее.
«Я сумею! Только бы успеть!»
Ножницы защёлкали. «Скорее!
Будет маскировочная сеть!»
Щёлк — лоскутик первого свиданья.
Щёлк — и под ногами бьётся ночь...
Ножницы крушат воспоминанья.
Только бы любимому помочь!
«Позвоню подружкам, тёте, маме.
Надо хорошенько посмотреть
Свадебное платье в чемодане...»
Будет маскировочная сеть!
...Сеть пришла! Успели! Довязали!
Платье муж узнал! Узнал жену!
Свадебные платья укрывали
Технику, бойцов и всю страну!
Л. Сердечная
Платье невесты
Белое, белое платье —
Всё в кружевах, фата!
Жар поцелуев, объятья,
Жизнь впереди — мечта!
Ножницы платье белое
Режут в ленты-кольцо.
Женщины сети делают,
Чтоб защитить бойцов.
Словно святым покровом,
Укрыть ребят средь снегов.
В каждом бою суровом
Бойцов бережет любовь.
Белые платья невесты —
Снежность ангельских крыл…
Чтобы отец небесный
Родных людей защитил
И. Скородумова
Жёнам Добрых русских
Муж на войне... Дни бесконечно тянутся.
Душа болит, она измождена.
Но всё пройдёт, плохое там останется.
Терпи и жди! Ты — воина жена!
Он за тебя рискует и сражается,
Бьёт очень точно: цель поражена.
Тебя он любит так, что задыхается.
Молись и жди! Ты — воина жена!
Сегодня он с врагом бесстрашно борется.
В России мир, страна защищена.
И он на полпути не остановится,
Гордись и жди! Ты — воина жена!
Придёт с войны, в душе всё успокоится.
Любовью будешь вновь окружена,
Скажи ему, пусть он не беспокоится:
«Люблю и жду! Я — воина жена!»
И. Буренкова
Жена офицера
Снова ночь наступает и зажглись фонари.
Крышу снег засыпает, иней лёг у двери.
Ты задвинула шторы и устало легла.
День промчался так скоро — вновь его ты ждала.
За окном утром серо, ты встаёшь чуть заря.
Ты жена офицера — часа нет тратить зря.
Трое деток в кроватях, а на них ты одна.
Муж бежит в маскхалате: знает — дома жена!
Целый день ты в заботах: свет и газ, школа, сад.
У тебя нет субботы, нет дороги назад,
Ведь твой муж вновь уехал, защищает страну.
Смерть кружится со смехом, но он верит в жену.
Снова кашель у младшей, ей и годика нет,
И уроки у старшей — рисовать мир планет,
А сынок просит громко: «Прочитай про войну,
Где воюет наш папа!» — Голос рвёт тишину.
К ночи дети уснули. Месяц светит в окно.
Молча в кухне на стуле, но не смотришь кино.
Ты не ходишь на танцы, не идёшь в ресторан,
Просишь только о шансе, чтоб не умер от ран.
И слезу ты украдкой утираешь сквозь грусть,
Замерла над тетрадкой, пишешь: «Знай, я дождусь!»
Пусть однажды, как громом, говорят, что пропал.
Позвонил. Есть связь с домом! Враг в него не попал!
Он на фронте полгода — ты полгода без сна,
Но осилит невзгоды офицера жена.
Снова он не на связи, снова нет новостей.
Снова где-то по грязи, вспоминая детей.
Войны — дело мужское, но в строю вся семья.
Не находишь покоя, ты сама не своя.
И решила помочь им, тем, кто ранен в огне.
Среди дел, между прочим, на незримой войне.
Помогая героям, что без рук и без ног,
Ты мечтала порою, что раздастся звонок.
И звонка дождалась ты, но раздался не в дверь —
Его ранило малость, но он жив, только верь.
И теперь скоро встреча, та, что долго ждала.
Снова в комнате вечер, спать теперь ты легла.
Дети тоже в кроватках, в доме вновь тишина.
Спят все тихо и сладко: отпускает война.
Силой духа и верой ты смогла устоять,
Ты жена офицера и нельзя пойти вспять.
Он был там, на войне, ты здесь бой вела свой.
И спасибо жене: он вернулся живой!
А. Храмов
Женщина по имени Война
Жёнам офицеров
Тучи друг за другом, словно ночи,
Глубже неба сердца глубина.
Я тебя ревную очень-очень
К женщине по имени война.
Обовьёт дымами и окрутит
Лентами простреленных дорог,
Раненого бросит на распутье…
Как ты мог уйти с ней?! Как ты мог?!
Обещала лёгкую победу,
Но даёт посмертно ордена.
За тобой, родной, пойду по следу
Женщины по имени война.
В. Ефимовская
Песни:
Обязательно вернусь
Музыка: М. Фадеев
Я, я обязательно вернусь,
Вернусь зелёною листвой.
Дождём тебя слегка коснусь,
А может радугой цветной.
А может, я вернусь зимой,
Вернусь рождественской звездой.
Быть может, снегом на окне,
Цветным узором на стекле.
Я вернусь
И дочке в глазки загляну.
Я вернусь
И сердцем сына обниму.
Ладонью к ручке прикоснусь.
Даю вам слово, я вернусь.
Даю вам слово и клянусь.
Я вернусь к тебе живой,
Вернусь, раздавленный судьбой.
Вернусь свечой на алтаре,
Застывшим солнцем в декабре.
Я вернусь
И дочке в глазки загляну.
Я вернусь
И сердцем сына обниму.
Ладонью к ручке прикоснусь.
Даю вам слово, я вернусь.
Даю вам слово и клянусь.
М. Гуцериев
Ты жди меня дома
Музыка: О. Спиридонова
Исп.: В. Денисов и О. Спиридонова
Ты жди меня дома,
А я вернусь с победой.
По тихим улицам снова
Будем гулять до рассвета.
А ты жди меня дома, родная,
Сквозь снаряды и грохот войны.
Меня твоя вера спасает
Там, где от шансов нули.
И в бессонные долгие ночи
Я с истерзанною душой,
И сквозь тысячи пустых многоточий —
Сообщение: «Я живой!»
Ты жди меня дома,
А я вернусь с победой.
По тихим улицам снова
Будем гулять до рассвета
И петь любимые песни,
Всем миром их подпевая.
Ты жди меня дома,
И я вернусь, родная.
Как же хочется нам дожить
Всем до мирной своей весны.
Просто жить и любить
Там, где нет никакой войны.
Твоя вера — сила моя,
Ведь любовь сильнее войны.
Среди чёрного воронья
Ты просто меня жди.
Ты жди меня дома,
А я вернусь с победой.
По тихим улицам снова
Будем гулять до рассвета
И петь любимые песни,
Всем миром их подпевая.
Ты жди меня дома,
И я вернусь, родная.
И я вернусь, родная,
Я жду тебя дома.
О. Спиридонова
Он моя часть...
Музыка: К. Губин
Исп.: И. Аллегрова
Мне не вырезать его из памяти скальпелем,
Как не стереть из алфавита букв имени.
Даты до сих пор на почтовых штампелях,
Вопреки дождям, остались синими.
Сделаны попытки и ходы заменные,
В химии моей мало что меняется,
И моя душа влюбленно-пленная
Плачет да кается! Плачет да кается!
Он прописан где-то в ДНК,
Он проходит веной по руке.
Он и сейчас со мной, наверняка,
Только вдалеке…
Он в ночной звенящей тишине,
Он, как ангел, не дает упасть.
И как бы не хотелось мне,
Он моя часть!
И как бы не хотелось мне,
Он моя часть!
Мне не растворить его в бездонной нежности,
Ещё немного времени и мир затопится,
Стерты очертания и детали внешности,
Оттого сильней увидеть хочется.
И однажды вздрогнет большая вселенная,
И от крика сердца все камни сломаются,
Так моя душа влюбленно-пленная
Плачет да кается! Плачет да кается!
Он прописан где-то в ДНК,
Он проходит веной по руке.
Он и сейчас со мной, наверняка,
Только вдалеке…
Он в ночной звенящей тишине,
Он, как ангел, не дает упасть.
И как бы не хотелось мне,
Он моя часть!
И как бы не хотелось мне,
Он моя часть!
К. Губин
Молитва
Музыка: О. Тян
Исп.: И. Аллегрова
Тяжело в душе, опустевший дом.
На столе лежит семейный старый наш альбом.
В мыслях я с тобой, за тобой иду,
По всем дорогам вместе мы,
А наяву ты в бою, а я жду.
Возвращайтесь домой, мальчики,
Мы вас ждем, и за вас все молимся,
Просим помощи у всех ангелов
Уберечь, сохранить и вернуть домой.
Возвращайтесь домой, милые,
Сердце сильно щемит за вас, любимые!
Вы — защитники нашей родины,
И пусть хранит вас Господь!
Фото дальних лет выцвело почти —
Гимнастёрка, светлый взгляд, медаль на груди.
Много лет прошло, вспоминаю я:
С победой дед вернулся в дом,
Знаю, он был бы горд за тебя.
Возвращайтесь домой, мальчики,
Мы вас ждем, и за вас все молимся,
Просим помощи у всех ангелов
Уберечь, сохранить и вернуть домой.
Возвращайтесь домой, милые,
Мы вас любим и ждём, любимые!
Вы — защитники нашей родины,
И пусть хранит вас Господь!
Возвращайтесь домой, мальчики,
Дома ждут, и за вас все молятся,
Просят помощи у всех ангелов
Уберечь, сохранить и вернуть домой.
Возвращайтесь домой, милые,
Силы духа вам всем, любимые!
Вы — защитники нашей родины.
Да хранит вас Господь!
Да хранит вас Господь!
О. Тян
Комментариев нет
Отправить комментарий