четверг, 22 октября 2015 г.

Иван Бунин – «Князь-рыцарь русской литературы»


«Выньте Бунина из русской литературы,
и она потускнеет, лишится радужного блеска
и звёздного сияния его одинокой страннической души».
М. Горький
Иван Алексеевич Бунин как личность, писатель – фигура яркая, колоритная и самобытная. О нем написано неимоверное количество воспоминаний, исследований, критических статей и т.п. Авторами работ являются очень значимые и уважаемые люди. Среди них Г.Адамович, З.Гиппиус, И.Одоевцева, Б.К.Зайцев, К.Г. Паустовский, А.Т.Твардовский В. Катаев В.Ф.Ходасевич, Ю.И. Айхенвальд и многие другие. Только воспоминаний и статей о нем написано столько, что они могли бы составить небольшую библиотеку. Самое интересное заключается в том, что и читается многое это словно роман с захватывающим сюжетом.
Мне же сегодня хотелось поделиться тем, что не перестает восхищать, удивлять и привлекать в личности Ивана Бунина.


Прежде всего, это отношение его к своему происхождению. Всем нам известны слова А.С.Пушкина: «Гордиться славою своих предков не только можно, но и должно». И.А.Бунин, как никто другой, прочувствовал и пронес через всю жизнь смысл пушкинского утверждения. Корни его семьи уходят в ХV век. Бунин отмечал, что его род дал России «немало видных деятелей как на поприще государственном, так и в области искусства, где особенно известны два поэта начала прошлого века: Анна Бунина и Василий Жуковский, один из корифеев русской литературы, сын Афанасия Бунина...». Ни какого чванства или высокомерия, только истинная гордость. Гордость, сопряженная с ответственностью.
Вера Николаевна Муромцева-Бунина записала в своих воспоминаниях: «Ян развивал свою теорию о воспоминаниях, о наследственности, об органичности в поэзии <…> Шмелёв сначала был задет, но затем, когда Ян объяснил, что он говорит о духовности в наследстве, то согласился. Ян говорит: «Вот и ваш талант объясняется, может быть, тем, что предки ваши были староверы, жили духовно, боролись из-за веры. Тут уже начинается культура». Рискну предположить, что происхождение во многом определило жизнь и творчество Ивана Бунина.
Как ярко сказал о нем  М.М.Рощин в книге «Иван Бунин»: «Князь» было домашнее прозвище Ивана Алексеевича Бунина. Не терпел лжи, фальши, чурался неинтересных, неталантливых людей. Особенно строг был в оценках литературных, в литературе тоже следуя своему жесткому кредо, сам держался в особь, берег свою оригинальность, свою личность. Бывал во имя принципа русской классической литературы и крут, и неистов, беспощаден, даже несправедлив. Чем владел, того не уступал. Упорен был и последователен только в своем труде, в страсти писать. Совершенствуясь от произведения к произведению, от других требовал того же. Любил более всего Россию, ее литературу, ее культуру, всю свою потерянную родину, стоял на страже наших духовных богатств. Знал свое предназначение, верил в себя, свой путь, стоял твердо. Мы знаем, кто был графом в нашей литературе. Бунин был ее князь -рыцарем, собою, всей жизнью утвердил, что значит быть русским писателем, — каждой строчкой. Князь — лучше не скажешь».
Всмотритесь в портрет Владимира Россинского (1915 год). Сорокапятилетний Иван Алексеевич изображен художником в пору своего писательского успеха в России.  Перед нами бесспорный классик русской элегантности (в чем можно убедиться, взглянув на любой его фотоснимок). Изящная простота отличала облик И. Бунина на протяжении всего времени. Его костюмы, шляпы, воротнички, и, безусловно, галстуки, с которыми писатель не расставался, были безупречны. Кажущаяся простота облика, как и стиль языка произведений – тщательная кропотливая работа над собой. Именно это отметил рецензент  «Вестника Европы» в 1908 году: «Прозаизм, точность, красота языка доведены до предела. Едва ли найдется еще поэт, у которого слог был бы так не украшен, будничен, как здесь; на протяжении десятков страниц вы не найдете ни одного эпитета, ни одного сравнения, ни одной метафоры... такое опрощение поэтического языка без ущерба для поэзии - под силу только истинному таланту... В отношении живописной точности Бунин не имеет соперников среди русских поэтов».
Таким образом, талан определен по Бунину его происхождением.
Иван Алексеевич Бунин представляется в сознании многих читателей и почитателей великим поэтом и писателем, волшебником слова, продолжателем традиций Пушкина, Толстого, Чехова. Недаром А. Твардовский назвал его «последним русским классиком»… Лауреат двух Пушкинских премий, Почетный академик АН в области изящной словесности, Первый из российских писателей нобелевский лауреат… Национальное достояние. Национальная гордость, аристократ от литературы – это все Иван Бунин.
С раннего детства будущего поэта отличали феноменальная наблюдательность, память, впечатлительность. Бунин сам писал о себе: "Зрение у меня было такое, что я видел все семь звёзд в Плеядах, слухом за версту слышал свист сурка в вечернем поле, пьянел, обоняя запах ландыша или старой книги".
Удивительно интересно и, я бы сказала, весело написал об этом даре «последнего классика» мой любимый писатель Юрий Нагибин в рассказе «Учитель словесности». Не пожалейте времени, прочитайте. Уверена, вы  получите массу удовольствия.
Следующим удивительным фактом является то, что талантливый, гениальный, образованный и утонченный человек не окончил даже гимназии. Может быть и к лучшему, т.к. учителя в большинстве были люди серые и незначительные.  Полностью освоить программу гимназии, а затем и университета Ивану Бунину помог его старший брат Юлий, к тому времени окончивший университет, пробывший год в тюрьме по политическим мотивам и высланный на три года домой. Иван Алексеевич писал о брате: "Он прошел со мной весь гимназический курс, занимался со мной языками, читал мне начатки психологии, философии, общественных и естественных наук; кроме того, мы без конца вели с ним разговоры о литературе". (Кстати история брата, окончившего два факультета Московского университета, лично знавшего С.Перовскую, А. Желябова и посвятившего всего себя революции, не менее интересна).
Существует миф о том, что русская эмиграция, жившая во Франции, французского языка, в общем-то, не знала или знала из рук вон плохо. Что Иван Алексеевич Бунин мог купить в лавке морковку, но не более того, вести литературную беседу с французами он уже был не в состоянии. Удивительно, что почти такая же мысль прослеживается в разговоре Е.Киселева с известным критиком Н.Ивановой в радиопередаче на «Эхо Москвы» от 22 ноября 2009 года (http://echo.msk.ru/programs/all/635528-echo/). Но вот уже 15 октября 2015 года развенчание этого мифа звучит на передаче «Радио Свобода» со слов профессора Торонтского университета, автора фундаментальной французской библиографии русских литераторов «Русские эмигранты в интеллектуальной и литературной жизни межвоенной Франции»: «Если говорить о способности того же Бунина общаться с французами, то это, конечно, неправда - он спокойно мог по-французски с ними общаться. Более того, ясно, что Бунин имел не только достаточно французского языка, чтобы поддерживать разговор со своими французскими коллегами-писателями, у него было достаточно французского, чтобы редактировать переводы своих произведений на французский язык. Это ясно из его общения с переводчиками. Конечно, он, как большинство старших писателей-эмигрантов, пользовался переводчиками при переводе своих произведений на французский, но у него все переводы были авторизованными, то есть у него было достаточное чувство стиля французского языка, чтобы говорить переводчику: это мне нравится, это не нравится».
Другой его особенностью была «охота к перемене мест». Вот как об этом вспоминает Н.Д.Телешев: «Это был человек, что называется, – непоседа. Его всегда тянуло куда-нибудь уехать. Подолгу задерживался он только у себя на родине, в Орловской губернии, в Москве, в Одессе и в Ялте, а то из года в год бродил по свету и писал мне, то из Константинополя, то из Парижа, из Палестины, с Капри, с острова Цейлона...»
Особенно интенсивной скитальческая жизнь писателя была до революции. В эту пору Бунин предпринял и ряд дальних путешествий – в Европу, в Святую Землю, на Цейлон, – и неисчислимое множество поездок по России, европейскую часть которой он исколесил вдоль и поперек, от Волги до Днепра и от Балтийского до Черного моря.
Поэтесса Ирина Одоевцева в мемуарах рассказывала о своих встречах и прогулках в эмиграции с Буниным, во время которых он делился с ней воспоминаниями прошлого. Она пишет в своей книге "На берегах Сены": "Рельсы, - говорил Бунин, - всегда будят во мне мою ненасытную страсть к путешествиям. Ведь больше всего на свете я люблю путешествия. И воспоминания о них. Я объездил чуть ли не весть мир. В одном Константинополе был тринадцать раз. А вот Японии и Китая так и не довелось увидеть. Я и сейчас жалею об этом".
Ирина Одоевцева добавляет: "Он чисто с восточной роскошью и богатством образов, сведений и деталей рассказывает об Африке, о Цейлоне, об Индии. Я иду рядом  с ним, слушаю его и изумляюсь тому, как он умеет показывать то, о чем говорит. Я уже чувствую себя в Дакаре, в Египте, на берегах Ганга". Его память странника, вбирая в себя образы людей, разговоры, шумы и запахи, позволяла с поразительной точностью и лаконичностью нарисовать либо портрет любого человека, либо блестящее описание природы.
Не все читатели интересуются путевыми заметками и стихами поэта, навеянными посещениями различных стран. Зато многие сайты о странах, в которых он побывал, содержат эти стихи, а сайты о путешествиях и туризме украшены знаменитым афоризмом И.А.Бунина: «Человека делают счастливым три вещи: любовь, интересная работа и возможность путешествовать». Добавлю, что И.А.Бунин подарил нам огромное количество афоризмов, например, о любви. Но вот это любимое наше: «Я не червонец, что бы всем нравиться!» тоже его.
Он был удивительным человеком по количеству чувств и эмоций, которые были крайне противоположны и часто сменяемы. С одной стороны он весел, подвижен, артистичен, с другой – грустен, задумчив, мятежен. Воспоминания, написанные в одно время, но различными людьми, создают удивительный противоречивый, но, на мой взгляд, притягательный характер. Во всяком случае, юмор у Бунина был в чести: «Многолетний друг и помощник Бунина Андрей Седых вспоминает, что как-то они с Буниным ехали на парижском такси. Шофер был русский. Бунин, по своему обыкновению, употребил несколько крепких выражений. «Шофер обернулся к нам,  пишет Седых,  и добродушно, словно вся эта ругань к нему не относилась, сказал:
 А вы, господин, должно быть из моряков? Ловко выражаетесь.
— Я не моряк, — как-то строго и скороговоркой ответил Бунин. — Я — почетный академик по разряду изящной словесности.
Тут шофер просто покатился со смеху и долго потом еще не мог успокоиться…
Ему и в голову не пришло, что везет он действительно почетного члена Российской академии по разряду изящной словесности, а не моряка с военного корабля» (http://sergeytsvetkov.livejournal.com/98808.html ).
Г.Адамович в воспоминаниях сохранил меткие замечания И.А.Бунина. Вот одно из них: «Иногда я думаю, не сочинить ли какую-нибудь чепуху, чтобы ничего понять нельзя было, чтобы начало было в конце, а конец в начале. Знаете, как теперь пишут... Уверяю вас, что большинство наших критиков пришло бы в полнейший восторг, а в журнальных статьях было бы сочувственно указано, что "Бунин ищет новых путей". Уж что-что, а без "новых путей" не обошлось бы! За "новые пути" я вам ручаюсь». Не находите ли, что очень актуально для современной литературы в целом и для поэзии в частности?
Одни пишут, что он был желчен, груб и высокомерен  с людьми. Но ведь именно он настаивал на том, чтобы А.И.Куприн продолжал писать, именно Бунин отнес его первые рассказы в журнал. Ни о ком не заботился?  Сегодня Российский еврейский конгресс и Центр «Холокост» инициировали присвоение великому русскому писателю, лауреату Нобелевской премии Ивану Бунину и его супруге Вере Муромцевой - Буниной звания Праведников народов мира. Это звание присуждается людям разных национальностей, которые, рискуя жизнью, спасали евреев во время Холокоста, и считается одним из высших символов уважения еврейского народа. Согласно данным, во время нацистской оккупации Бунины укрывали на своей съемной вилле «Жаннет» в Грассе на юге Франции, по меньшей мере, троих евреев: литературного критика Александра Бахраха, пианиста Александра Либермана и его супругу Стефанию Либерман. 
Его упрекают в расточительности и неумении распоряжаться деньгами. А  вы не находите, что отдать из Нобелевской премии 120 тысяч франков нуждающимся – это лучшее «вложение капитала»? Вложение в свою душу, в свое бессмертие…
В ряде статей встречается мысль, что Бунину не везло с женщинами. Не могу согласиться. Вернее хочется крикнуть: «Не верю!». Вспомним, что Бунин всегда был в хорошей физической форме, обладал хорошей пластикой, был отличным наездником, на вечеринках танцевал «соло», повергая друзей в изумление. У Ивана Алексеевича была богатая мимика и незаурядный актерский талант. Станиславский звал его в Художественный театр и предлагал ему роль Гамлета. Взглянем на многочисленные фото и увидим красивого, подтянутого человека с гордо вскинутым подбородком. Про таких принято говорить: «Похож на английского лорда». Такие мужчины, на мой взгляд, просто обязаны быть окружены вниманием женщин. Литературный секретарь Бунина Андрей Седых свидетельствовал: «У него были романы, хотя свою жену Веру Николаевну он любил настоящей, даже какой-то суеверной любовью… ни на кого Веру Николаевну он не променял бы. И при всем этом он любил видеть около себя молодых, талантливых женщин, ухаживал за ними, флиртовал, и эта потребность с годами только усиливалась…».
Те четыре женщины, с которыми жил Бунин, даны были ему судьбою, чтобы сегодня мы могли наслаждаться его рассказами о любви. «Грамматика любви»…
Бунинские рассказы о любви – это и физика, и химия, высшая математика любви!
Каждая женщина соответствовала потребности возраста нашего героя и преподносила ему либо мудрый  урок, либо новизну и широкий пласт переживаний.
Варвара Пащенко. С юных лет молодой Бунин пытался обрести личное счастье.
Вспомните пушкинские строки: «Пора пришла, она влюбилась». Так и здесь – возраст и трепетное и нежное сердце писателя всегда жаждало любви и страсти.


Испытав прелесть первого чувства, утонченный Бунин писал: «Если бы ты была со мною! Какими горячими и нежными ласками я доказал бы тебе это». Девушка оказалась прагматичной, грезящей о сытом «гнезде». Потому тихо сбежала от юного голодранца, будущего Нобелевского лауреата к среднему обывателю. Писатель получил урок предательства, разочарования, испытал муки ревности и прочие премудрости «науки нежной». Любовь и обман, разочарование и муки: трагическая любовь к Варваре Пащенко подарила миру «Жизнь Арсеньева», а Бунину — первую любовь — «великое счастье, даже если эта любовь не разделена».
Через год, в 1896 году, Бунин встретил Анну Цакни — красавицу греческого происхождения, богатую, артистичную, избалованную мужским вниманием и восхищением. Писатель называл ее «солнечным ударом». Встреча произошла в Одессе. Роман был бурным, т. е. «курортным» и свадьба скоропостижной. Как ни странно, но и она, и Варвара Пащенко остались безучастными к его рифмам... «Мне самому трогательно вспомнить, — рассказывал он брату Юлию, — сколько раз я раскрывал ей душу, полную самой хорошей нежности, — она ничего не чувствует, — кол какой-то… Ни одного моего слова, ни одного моего мнения ни о чём…». Брак развалился из-за недопонимания супругов, разности взглядов и чуждости душевных переживаний. И опять Бунин делился с братом: «Описывать свои страдания отказываюсь, да и ни к чему… Давеча я лежал три часа в степи и рыдал, и кричал, ибо большей муки, большего отчаяния, оскорбления и внезапно потерянной любви, надежды… не переживал ни один человек… Как люблю её, тебе не представить… Дороже у меня никого нет». В 1906 году Иван Бунин, обладая, как все настоящие поэты даром предвидения, посвятит Анне Цакни свое стихотворение «Чужая».
И вот, когда гормоны пришли в согласие с нравственными ценностями, опытом и желаниями, в возрасте 36 лет Бунин встретил 25летнюю Веру Муромцеву, с которой писателю суждено было прожить до самой смерти. Она воспитывалась в дворянской семье, имела прекрасное образование, знала несколько языков, занималась переводами, имела склонность к писательскому ремеслу. Женщина своего круга, с должным образованием и общими интересами. Б.Зайцев о литературных вечерах у себя на квартире («Москва»): «Дух был богемский и бестолковый. Путано, шумно, нехозяйственно — но весело. И весьма молодо... Очень много читали здесь вслух — и я сам, и другие. И Белый, и Бунин. Старше нас, но отчасти меж Зиночек, Любочек, Диесперовых и Грифцовых молодея, читал Бунин стихи... На одном сборище таком встретил он у нас тихую барышню с леонардовскими глазами, из старинной дворянской семьи...».


Впервые за долгое время писатель чувствовал себя по-настоящему счастливым. Влюбленные вместе совершили несколько путешествий: в Египет, Палестину, в Вену, в Алжир, во Францию, на Капри, в Тунис.
Перебравшись после революции во Францию, влюбленные поселились в Грассе, неподалеку от Ниццы. Бунин много писал, Вера Николаевна помогала печатать рукописи, сама публиковала очерки, газетные фельетоны и заметки.
И вдруг писателя охватило давно забытое чувство всепоглощающей страсти к начинающей писательнице  Галине Кузнецовой. Бунин в растерянности: не может отказаться от молодой женщины и не представляет жизни без жены. Взыграл эгоизм, результатом которого стала жизнь втроем. Это были беспокойные годы для всех участников драмы. И только сильнейшее увлечение Г. Кузнецовой М.Степун, с последующим бегством, принесло на виллу Буниных некоторый покой. Бунин воспринял измену трагически. 
Преданная и любящая жена простила писателю все страдания, через которые ей пришлось пройти. Во все даже самые трудные минуты она поддерживала Бунина, окружив его заботой, теплом и пониманием.
Когда-то на вопрос о любви к жене Бунин ответил: ««Любить Веру? Это всё равно, что любить свою руку или ногу». Для кого-то, может быть, это звучит грубо, но для него это доказательство истинного единения, не только взаимопонимания, но и взаимопроникновения. Бунин имел талан писать о любви, Вера имела талант любить. «Любовь — тот же дар, что и талант… Я этим даром одарена…» — писала Вера Николаевна брату, Дмитрию Николаевичу Муромцеву, 11 июня 1934 года.
Бунин всегда стремился постичь чудо женственности, тайну неотразимого женского счастья. “Женщины кажутся мне чем-то загадочным. Чем более изучаю их, тем менее понимаю” — такую фразу выписывает он из дневника Флобера. 
….Известно, что Иван Бунин, как и многие писатели, вел дневник. Последнюю запись он сделал 2 мая 1953 года, за несколько месяцев до смерти, которую, видимо, уже предчувствовал из-за ухудшения здоровья: «Это все-таки поразительно до столбняка! Через некоторое, очень малое время меня не будет — и дела и судьбы всего, всего будут мне неизвестны!». Иван Алексеевич умер на руках жены. Она пережила его на 8 лет. Похоронена в ногах своего супруга на Парижском кладбище Сен-Женевьев-де-Буа.
Бунина читают сейчас на всех европейских языках и на некоторых восточных. У нас он издается миллионными тиражами. В его 80-летие, в 1950 году, Франсуа Мориак писал ему о своем восхищении его творчеством, о симпатии, которую внушала его личность и столь жестокая судьба его. Андре Жид в письме, напечатанном в газете «Фигаро», говорит, что на пороге от 80-летия он обращается к Бунину и приветствует его «от имени Франции», называет его великим художником и пишет: «Я не знаю писателей... у которых ощущения были бы более точны и в то же время неожиданны». Восхищались творчеством Бунина Р. Роллан, называвший его «гениальным художником», Анри де Ренье, Т. Манн , Р.-М. Рильке, Джером Джером, Ярослав Ивашкевич.
Рассказывать, как и читать, находить интересную информацию о Бунине чрезвычайно интересное дело, приносящее все новые и новые открытия. Вот, например, тем, кто не верит в актуальность И.А.Бунина рекомендую прочесть его выступление на юбилее газеты «Московские Ведомости» в 1913 году - http://www.chitalnya.ru/commentary/3538/.
Меня глубоко потрясла еще одна находка – сайт Юрия Бунина (http://www.bunin-yur.ru/bunin.php) – потомка И. А. Бунина. Откройте из любопытства и взгляните на это мальчишеское лицо, так похожее на классика. А как символично, что потомок учится в школе-пансионате с корпусами, похожими на старинные усадьбы с колоннами с лирическим названием «Дубравушка»!
Сам Иван Алексеевич Бунин и все, что происходит вокруг него, дарит нам восхитительные открытия.
Так, в Воронеже на улице Коммунаров появилось граффити с портретом нобелевского лауреата Ивана Бунина. Его сделал пермский художник Виктор Фрукты, который сегодня считается лучшим трафаретчиком России.


Читайте И.А.Бунина, читайте о нем, напоминайте о нем другим…

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...