пятница, 2 октября 2026 г.

Цветовой код живописи. Белый


Рисунки в пещере Ласко, 18-15 тыс. лет до н.э.
По сути своей белый цвет это совокупность всех остальных цветов спектра. С появлением книгопечатания черный и белый цвета оказались крепко связаны, и тем самым отделены от остального, «хроматического» мира, а открытие Ньютона и вовсе вывело эти цвета за пределы спектра. Долгие годы белый будто и вовсе был лишен статуса цвета, что нашло свое отражение и в языке (например, синонимичность «бесцветного» с белым, слово «пробел», как синоним отсутствия чего-либо или разделение фотографии на черно-белую и цветную).
Однако, белый цвет в искусстве мы можем найти с самых ранних времен.
На стенах древних пещер белого, конечно, не так много, как черного или красного, но уже в пещерах Шове, Ласко, Альтамира и других мы можем найти рисунки, в которых присутствует белый. Для этого использовали краски на основе мела, кальцита или каолина.
Накхт и госпожа Тауи приносят подношения, фреска из гробницы Накхта, ок.1401-1439 гг до н.э.
Если посмотрим на древнеегипетскую фреску, то увидим, что белый – цвет одежды египтян, причем знатных, ведь не все могли позволить себе купить одежду из отбеленного льна. Белыми были и бинты, при помощи которых мумифицировали усопших. Белый был цветом чистоты – именно в такой одежде следовало представать человеку перед судом Осириса, прежде чем отправиться в загробный мир (это сказалось позднее и на традиционном цвете погребального савана в других культурах, кстати, интересно, что европейские привидения белого цвета именно потому, что они сохраняют свой посмертный облик, т.е. за счет савана).
              
Белый цвет ассоциируется у нас также с древнегреческими статуями. Согласитесь, что, представляя Дорифора или Дискобола, мы видим их белыми в своем воображении. Однако, современные исследователи сходятся во мнении, что древние греки зачастую раскрашивали свои скульптуры, однако со временем красочный слой разрушался под действием влаги, воздуха, почвы, солнечного света и перепадов температуры. Многие произведения провели больше тысячи лет под землей и были найдены уже почти лишенными своего первозданного цвета или же были найдены в римских копиях – римляне как раз изготовляли копии греческих статуй из белого мрамора, не воспроизводя ту роспись, что покрывала оригиналы.
Как божественный цвет, цвет святости, белый фигурирует как раз со времен Древней Греции: боги Олимпа, согласно преданиям, одеты в белое, в мифологии Зевс неоднократно обращается в животных белого цвета, чтобы соединиться со своими возлюбленными, в жертву богам принято приносить животных с белой шкурой или же птиц с белым оперением.
Неизв.верхнерейнский мастер, Мадонна с земляникой, 1420
Если говорить уже о средневековой, христианской символике, то белый цвет играет важную роль в иконографии Девы Марии.
Во-первых, если мы видим Мадонну с белыми цветами в руках или поблизости, будь то жасмин, лилия, роза или цветы земляники, то белый будет ассоциироваться с чистотой и непорочностью Богоматери. То же касается белых животных и птиц, в особенности голубей и лебедей. Во-вторых, белыми красками зачастую изображена сцена Благовещения.
Данте Габриэль Россетти, Благовещение, 1850
Но особенно белым получилось полотно прерафаэлита Данте Габриэля Россетти на эту тему. В белом и архангел Гавриил, и сама Мария, и комната, и, конечно же, лилия, которую Гавриил протягивает Мадонне. Добиться такой белизны на картинах удалось только к середине XIX века, ведь прежде холсты грунтовали с использованием темного пигмента, и только прерафаэлиты выбрали грунтовку с использованием свинцовых белил. Так темный тон холста не просвечивал сквозь масляные краски, да и недавно изобретенные свинцовые белила внесли свой вклад в чистоту белого цвета на картинах, что были написаны в тот период и позднее.
Однако, стоит заметить, что одежда Пресвятой Девы на картинах и иконах не белая – о ней мы подробнее поговорим, когда речь зайдет о красном и синем цветах. Вместе с тем в католическом богослужении на праздники, связанные с Девой Марией (Благовещение, Успение, Рождество Богородицы и Сретение) литургисты рекомендуют использовать белый цвет.
Еще белый – это цвет снега.
Братья Лимбург, лист из «Великолепного часослова герцога Берийского», февраль
Самым первым снежным пейзажем считается миниатюра, иллюстрирующая февраль из цикла «Времена года» в «Великолепном часослове герцога Берийского». Он был создан в период с 1410 по 1490 годы рядом художников, но основные миниатюры приписываются братьям Лимбург, включая и ту, что является сейчас предметом нашего интереса.
Хенрик Аверкамп, Сцена на льду у башни, 1610
Конечно, много снежных пейзажей мы будем находить и в дальнейшей истории искусства, начиная от работ голландца Хенрика Аверкампа и заканчивая родными для нас сценами из «Снегурочки» Васнецова или Врубеля.
Что касается одежды, то как и в Древнем Египте, белый на протяжении веков оставался символом чистоты, гигиены, опрятности.
Томас Икинс, Клиника Агнью, 1889
Это и белый цвет медицинских халатов.
Гравюра С. Рейнольдса, Королева Виктория и принц Альберт возвращаются со свадебной церемонии, 1840
И белый цвет платья невесты, который, правда, вошел в моду относительно поздно, лишь во времена королевы Виктории.
Франсуа Клуэ, Мария Стюарт, 1560
А вот, к примеру, если мы увидим королеву, одетую в белое, на портрете XV-XVI века в разных странах, то белый цвет ее наряда может означать, что та носит траур по умершему супругу, как делали, к примеру, Мария Стюарт или Клеменция Венгерская. Эта традиция была перенята из французского этикета благодаря королевам из династии Валуа («белая королева» Бланка Наваррская, супруга короля Франции Филиппа IV Валуа носила траур по мужу 48 лет, вплоть до своей кончины, и все это время одевалась только в белое).
К слову, как символика монархии (касательно не только вдовствующих королев, но и императорской власти в целом) белый цвет проследовал от белых геральдических лилий, используемых в Западной Европе еще с XII века, в более поздние эпохи где сторонники монархии стали «белыми» (сравним с «красными» революционерами).
Наконец, как и все остальные цвета белый вырывается из оков символизма в конце XIX века.
Джеймс Макнейр Уистлер, Симфония в белом №1, 1862
Первые веяния модернизма уже демонстрируют нам попытки художников воздействовать на зрителя чистым цветом. Здесь уже нет какого-то скрытого подтекста, нам предлагается созерцать и испытывать эмоции, не подключая разум и не предпринимая попытки вспомнить исторические и культурные отсылки. Таковы «симфонии» Джеймса Уистлера, например, «Симфония в белом №1» или абстрактные полотна Марка Ротко.
Альфонс Алле, «Первое причастие анемичных девиц в зимнюю пору», 1897
А закончить рассказ о белом цвете в живописи хотелось бы работой Альфонса Алле, придумавшего концептуальное искусство прежде, чем оно появилось официально, и нарисовавшего черный квадрат еще до Малевича.
А также белый квадрат.
С присущим Алле юмором нарисованный на белом фоне белый прямоугольник художник назвал «Первое причастие анемичных девиц в зимнюю пору».
Вот такой он, белый цвет – цвет чистоты и непорочности, холода и стерильности, подвенечного платья и погребального савана.
В следующий раз мы поговорим о другом очень важном цвете в искусстве, черном.

Ольга Сустретова

Комментариев нет

Отправить комментарий

Яндекс.Метрика
Наверх
  « » – —