Габдулла Тукай

 

«Поэтом в подлинном смысле этого слова сделала первая русская революция 1905 года… Революция дала настоящее содержание его стихам, и он нашёл простую, задушевную форму».

С. И. Липкин (1911-2003)

26 апреля – 140 лет со дня рождения татарского поэта, публициста Габдуллы Тукая.

Габдулла Мухамедгарифович Тукаев (1886–1913) – татарский поэт, литературный критик, публицист, переводчик, общественный деятель.

Габдулла Тукай прожил всего 26 лет. За свою короткую жизнь он издал около 30 томов стихов, одним из первых в Казани стал писать для детей и выпустил несколько трудов о татарском фольклоре. Благодаря поэту жители Татарстана познакомились с творчеством А.С. Пушкина, М.Ю. Лермонтова и других русских поэтов.

Поэт родился 26 апреля в деревне Кошлауч Больше-Менгерской волости, Казанского уезда, Казанской губерниии. Его отец, Мухамедгариф Мухамедгалимов (1843-1886), был здесь «указным» муллой, т.е. муллой областного правления, назначенным по указу императора. Отец умер, когда Габдулле было всего несколько месяцев. Мать, Мэмдудэ (1864-1890) умерла, когда ребенку было всего четыре года. В семье были еще брат Мухамметшариф (1873-1890) и сестра Газиза (1877-1963).

«Плакал – некому было утешить, – вспоминал позже поэт, – норовил приласкаться – некому было приголубить, хотел поесть, попить – некому пожалеть – все отталкивали да отпихивали». О жизни в семье деда по материнской линии. Тукай вспоминал: «Меня все толкали и шпыняли. Были у меня слёзы – без утешения, детские шалости – без одобрения, еда и питьё – с укором и злобой. В этой семье я переболел ветрянкой и другими детскими болезнями, был до крайности измождён и истощён». Ребенок, попавший в семью деда Зинатуллы, был лишним, от него избавились. Габдуллу отправили с ямщиком в Казань. Габдулла Тукай рассказал, как оказался в приёмной семье: «Ямщик остановился на Сенном базаре и стал выкрикивать в толпу: „Отдаю ребёнка на воспитание, кто возьмёт?“». В семье Мухамметвали не было детей. И он взял его на воспитание. Почти два года Габдулла Тукай прожил в приемной семье. Но родители заболели и вернули его. «Моё возвращение для домочадцев, считавших, что навсегда избавились от меня, явилось полной неожиданностью. Вскоре дед и бабушка, потерпевшие неудачу устроить меня в городе, задумали найти семью в деревне. Каждого, кто проезжал мимо, спрашивали, нет ли у них желания взять в семью сироту». В 1892–1895 гг. Тукай жил в семье бедного крестьянина Сагди в деревне Кырлай. Детство Габдуллы закончилось, здесь был непосильный труд.

В дальнейшем детство Габдуллы продолжалось в городе Уральске. Купец Галиаскар Усманов с женой, тётей по линии отца, взяли Габдуллу в свою семью. Он учился в медресе меценатов Тухватуллиных. «Мутыгия» – медресе в городе Уральск при Красной мечети (Татарской мечети). Названо по имени имама-хатиба мечети Мутыгуллы Тухватуллина (1845–1920).С середины 1890-х годов шакирды проходили обязательное трёхлетнее обучение в русском классе. Шакирд – студент медресе или аналогичного мусульманского учебного заведения. Новые методы обучения начали широко применяться с 1903 года, когда преподавателем «Мутыгии» стал сын Мутыгуллы Тухватуллина – Камиль Мутыги. В 1903–1905 гг. в медресе действовало литературное общество «Гыйльми меджлис», издавались рукописные журналы.

 Габдулла был очень способным в учёбе. Первые литературные сочинения Тукая частично запечатлены в рукописном журнале «Аль-Гаср аль-джадид» («Новый век») за 1904 г. Тогда же он перевел на татарский язык басни И.А. Крылова. Увлекся русской поэзией, творчеством А.С. Пушкина и М.Ю. Лермонтова. Первое произведение на татарском языке был перевод стихотворения А. Кольцова «Что ты спишь, мужичок?», опубликованный в 1905 г. под названием «Сон мужика».

Во время революции 1905 г. Габдулле Тукаю было 19 лет. Он работал наборщиком в типографии своего друга, сына имама Камиля Тухватуллина.

Вместе они начали выпускать первые в Уральске газеты и журналы на татарском языке: «Фикер» («Мысль»), «Уралец». На страницах этих газет появились первые революционные стихи Тукая.

«О свободе»

Татарин, русский ли – взгляни:

Теперь права у всех одни.

Зипун и фартук в наши дни

Узнали вкус свободы.

Закрыт цензурный комитет,

Чернилам красным сбыта нет,

И обанкротились вослед

Чернильные заводы.

перевод Р. Морана

 

Поэт принимал участие в уличных демонстрациях, публиковал политические статьи и эссе. В фельетоне «Условия» Габдулла Тукай писал: «Пока не рухнет капиталистический строй и на земле не начнется жизнь социалистическая; пока капитал не перестанет на каждом шагу заслонять собой правду, я не вижу никакого смысла в том, чтобы мы назывались мусульманами».

Габдулла был редактором журналов, выходивших в типографии Камиля Тухватуллина – «Эль-гаср-эль-джадида» («Новый век») и сатирического «Уклар» («Стрелы»). Он размещал на страницах новых изданий собственные произведения, переводы на татарский язык басен И.А. Крылова и стихов русских поэтов: А.С. Пушкина, М.Ю. Лермонтова, А.В. Кольцова. Он стал известен не только в Казани, но и в Оренбурге.

В 1906 г. он написал стихотворение «Паразитам», в котором призывает народ не дать «безмозглой туше придавить наш день грядущий…»:

Паразитам, обиралам стих мой кажется кинжалом,

Ведь у них одна дорога: грабить, жалости не зная!

Прекрати писать, Тукаев, есть острог у негодяев,

Повисеть в петле заставят, – помолчи, душа шальная!

Не страшны мне их угрозы, жгут меня народа слезы,

Я пишу, добру и правде никогда не изменяя.

Мал я, но в борьбе неистов, ибо путь социалистов –

Это и моя дорога, справедливая, прямая.

Пусть идет по ней, кто страждет, кто от зла спасенья жаждет,

Тех, кто верен ей, того уж не обманет кривда злая!

 

В стихотворении «Национальные чувства» поэт выступал за светское образование.

Вчера я слышал – кто-то напевал

Наш кровный, светлый, ласковый мотив…

Щемил он сердце, думы навевал,

До боли близок, вечен и красив.

Срываясь, переливы в тишине

Поведали, чем жив родной народ.

В напеве том понятны были мне

Все триста лет страданий и невзгод.

Жил, столько бед претерпевая зря,

Жил, слёзы проливая, горько жил,

Но, чувством кровной общности горя,

в напев свои мечты народ вложил…

Стоял я, потрясённый глубиной,

Величием страдающей души.

Вставал Великий Болгар предо мной…

Катила волны Белая в тиши…

Не снёс я боли – подошёл к нему;

«Земляк, скажи, что за напев – как стон?»

Печально поглядев в ночную тьму,

«Напев мой – Аллюки», ответил он.

 

Он придерживался точки зрения о единстве народа и его культуры, как мы можем увидеть в стихотворении «Самому себе»:

«Хочу разумным быть, чистосердечным.

Душа живет стремлением к свету вечным.

Мне счастье татар дороже жизни,

Дождусь ли я для них хорошей жизни?

До срока думой тяжкою состарен,

Я сам татарин, истинный татарин.

Я дал народу обещаний много.

Исполню ль их – известно только Богу…»

Габдулла днем работает в типографии, редактирует чужие тексты, а ночью пишет свои. Все, что выходит из-под его пера, – статьи, фельетоны, – пропитаны революционным духом.

Его дебютное стихотворение «В саду знаний» опубликовано в 1905 г. в Оренбурге. Это начало стало отправной точкой для человека, перевернувшего татарскую литературу. Габдулла Тукай не просто пишет стихи, он создаёт новые жанры: политическая поэзия, художественная сатира, революционная лирика. Габдулла превращается в голос эпохи. Он обрушивается на предавших идеалы свободы.

«В цветнике науки, братья, не пора ли нам гулять,

Чтоб людей и даже духов нашим счастьем удивлять?!

Чтоб народа светлый разум до восьмого неба мог

Вознестись и нас навеки осчастливил грозный Бог?!

Будем каяться, татары! Долгий сон прервётся пусть.

Мы должны вступить, о братья, на прогресса мудрый путь.

В список диких и отсталых пусть никто нас не внесёт,

И в порыве благородном будем двигаться вперёд.

Есть у нас права, о братья, так скорей докажем их!

Только доводами можно в этом убедить других.

Пусть поверят все народы в то, что есть булгар земля,

Пусть от зависти бледнеют, наши доблести хваля!

Мы, усилья умножая, будем книги выпускать,

Побеждая светлой силой тёмную слепую рать.

Пусть растут труды науки с каждым днём - во много раз,

Пусть на ниве просвещенья увенчает слава нас!

Чтение газет полезно – это знают все давно,

Так давайте жить как люди – и достойно, и умно!

Только знанья правят миром, им не правят дети тьмы.

Прочь, невежество и спячка! Пробуждаемся и мы.

Вас, друзья, благословляю, дети века своего,

Века знания питомцы и хозяева его.

Наши юные герои за перо взялись уже,

И следов былого горя не найти в моей душе.»

 

Габдулла Тукай считал себя некрасивым. Он был невысокого роста, с бельмом на глазу. Он привык к одиночеству и холостой жизни. Но судьба подарила ему любовь. Зайтуна – юная поклонница его таланта, знавшая наизусть его стихи. До этой встречи Тукай общался с критиками, завистникам, равнодушными читателями. У Габдуллы Тукая с девушкой было всего пять встреч. Она стала его музой. Но Габдулла смертельно болен. Зайтуна через 30 лет после смерти Тукая написала воспоминания о нем. О тех пяти встречах, которых хватило, чтобы навсегда остаться в истории.

 Поэт не заботился о своем внешнем облике: у него не было галстуков, популярных воротничков. Он мог купить костюм на два размера больше. Молодых людей, одетых по моде, Тукай называл «манекенами». На памятниках Габдуллу Тукая изображают в тюбетейке, но в жизни он ходил с непокрытой головой. Шапочку, в которой Тукай запечатлен на одной из немногих сохранившихся фотографий, ему дал хозяин фотосалона, где сделали этот снимок.

Габдулла Тукай считал, что писатель, идущий на сделку с совестью, перестаёт быть писателем.

Издатели оренбургских газет и журналов приглашали Габдуллу Тукая к себе, предлагая 40 рублей жалованья. Но он отказался.

Царская цензура строго следила за опубликованными произведениями поэта. За агитацию среди рабочих типографии он оказался на улице.

В начале 1907 г. Тукай покинул медресе «Муты́гия». Начинается его «вольная жизнь». Стихотворение «Не уйдём!», где звучит голос борца, зовущего до конца стоять за честь Родины и демократии:

Кое-кто с кривой душою нам пустой дает совет:

Уходите в край султана, здесь для вас свободы нет!

Не уйдем! Горька отчизна, но в чужбину не уйдем!

Вместо десяти шпионов там пятнадцать мы найдем!

Что за разница, казаки ль там нагайкой бьют сплеча,

Там казачье войско в фесках, но камча – везде камча!

Слава богу, казнокрады и в чужбине есть пока,

И в чужбине баи рады рвать кусок у мужика!

Разве мы ума лишились, чтобы, родину кляня!

В полымя бежать чужое из привычного огня?!

Мы уйдем, когда за нами вдаль уйдут и города,

Цепь лихих тысячелетий, наши горькие года.

От рожденья до кончины за родной живя чертой,

Мы срослись навеки плотью с почвой родины святой!

Вольная страна Россия – наша цель, и до конца

Не уйдем, и не зовите, криводушные сердца!

Отвечаем не изустно, но в печати – навсегда:

Если лучше вам, туда пожалте сами, господа!

перевод Р. Бухараева

 

Стихотворения Г. Тукая «Шурале», «Пара лошадей», «Родной земле», «Не уйдём!» посвящены теме Родины.

Осенью 1907 г. Тукай приехал в Казань, чтобы заняться творчеством. Он вошел в литературные круги, сблизился с молодёжью, группировавшейся вокруг газеты «Эль-Ислах» («Реформа»). Писатель Гафур Кулахметов (Гафур Юнусович Кулахметов (1881-1918), драматург Галиаскар Галиакбарович Камалетдинов (1879-1933) и Габдулла Тукай основали «Яшен» – «Молнию». Первый сатирический журнал, где остроумные пародии на богачей, злые фельетоны о чиновниках-взяточниках, стихи, призывающие к борьбе. В это время Габдулла Тукай занимается сатирическими и юмористическими журналами «Яшен» («Молния»), «Ялт-Йолт» («Зарница»). Поэт продолжил выступать в газетах с эссе и фельетонами о важности образования, о национальной идее, отношениях с другими народами, о войнах, казнокрадстве чиновников и борьбе простых людей за свои права.

Он выступал за реформу образования, за светское образование, доступное и мальчикам, и девочкам.

«Учение самое острое, самое нужное оружие для победы правды над ложью, света над тьмой, чистоты над пороком», говорил поэт.

В 1907 г. вышел в свет его первый сборник – «Стихотворения Габдуллы Тукая». Среди опубликованных произведений было стихотворение «Пара лошадей» о возвращении из Уральска в Казань, ода образованию «О перо!» и «Шурале» об Али-Батыре, девушке-птице Сюимбике и злом лесном духе Шурале.

В Казани Тукай увлекся устным народным творчеством. Он собрал и опубликовал четыре тома фольклорных произведений и народных эпосов. За три года жизни в Казани он издал больше 10 томов собственных стихов и 13 сборников произведений для детей: сказок, рассказов и стихотворений. До него в Татарстане изредка появлялись стихи отдельно для девочек, отдельно для мальчиков.

«Осень. Ночь. Уснуть нет силы.

За стеною ветер плачет;

То не ветер: люд голодный

В страхе смерти лютой плачет».

В этих строчках Тукай верит, что этот народ, забитый, но не сломленный, однажды восстанет. Он видит, как голодают крестьяне в деревнях, как надрываются на фабриках рабочие, как бесправна татарская женщина, запертая в четырёх стенах.

Венцом его сатиры становится поэма «Сенной базар». В ней жадные купцы, и продажные муллы, и чиновники, для которых закон не писан. Цензура в ярости. Полиция шлёт доносы: «Возбуждает к ниспровержению порядка!».

К 1908 г. в творчестве Габуллы Тукая возникает целый цикл поэтических и публицистических произведений. Стихи «Осенние ветры», «Гнёт», «Дача» (1911), «Чего не хватает сельскому люду?» (1912), «Надежды народа…» (1913). Он подружился с Хусаином Мингазетдиновичем Ямашевым (1882-1912), российским революционером, первым татарским большевиком, публицистом. В 1912 г. Габдулла написал стихи «Светлой памяти Хусаина» и «Татарская молодёжь». Большинство его стихотворений и путевых очерков написаны под впечатлениями посещения им деревень Заказанья – своей малой Родины. В них запечатлена реальная действительность. Габдулла Тукай трезво смотрел на сельскую реальность, стремясь охватить социальные контрасты («Чего не хватает сельскому люду?», «Гнёт», «Возвращение в Казань»).

В 1911-1912 гг. он едет по России – Уфа, Троицк, Астрахань, Петербург. И везде нищета, бесправие, отчаяние. По пути он описывал жизнь городов Самары и Уфы, сравнивал цены, дороги, транспорт и обычаи. «Уфа, – писал Тукай, – хотя и намного хуже Казани в отношении архитектуры, но природой своей превосходит многие города. Прежде всего, она на горе. Это означает и летом, и зимой чистый воздух. Она расположена на берегу воспетой во многих наших песнях Агидели. В городе больше деревьев, чем домов. Как это важно в летние дни! На первый взгляд и народ в Уфе кажется трезвым и чистым».

В начале мая 1911 г. Тукай пароходом приезжает в Астрахань, по пути знакомясь с жизнью Поволжья («Дача», очерк «Маленькое путешествие»). Здесь Тукай остаётся в гостях у своего друга поэта Сагита Рамиева (1880-1926), татарского поэта. В Астрахани он встречается с Нариманом Наримановым (1870-1925), азербайджанским писателем и большевиком, сосланным туда за революционную деятельность в родном краю.

Весной 1912 г. Тукай отправляется в путешествие Казань-Уфа-Петербург. Он встречается с М.Гафури, башкирским писателем. В Петербурге состоялась встреча с Муллануром Вахитовым (1885-1918) – татарским революционером.

В Петербурге его, жителя российской глубинки, впечатлила архитектура, транспорт, мощеные мостовые, но главное – образованные жители. «Петербург – место просвещения. <…> И улицы, где расположены учебные заведения, так же красивы и ухожены. В любой час дня, вечером, ночью в разных местах самые разные лекции, занятия» – писал Габдулла Тукай.

Здесь Тукай впервые услышал оперу «Евгений Онегин» в грамзаписи. «Впервые в жизни хочу начать ходить в оперу. <…> Я открыл для себя новый мир», – вспоминал поэт.

Из-за туберкулеза он отправляется в Троицк, где останавливается у купцов Яушевых. Затем он едет в казахскую степь – пить кумыс, надеясь этим поправить своё здоровье.

 В статье для «Ялт-Йолт» он писал: «То ли из чрезмерного фанатизма, то ли по иной причине, с самого детства я не верил медицине. Всегда сравнивал докторов, которые любую болезнь объясняют «нервами», с бабками, которые винят во всем «мор».

В апреле 1913 г. он добровольно пришел в клинику Г.А. Клячкина. Может быть, в последний раз надеясь на чудо.

Борьба за жизнь продолжалась 36 дней. Пока поэт боролся за каждый вздох, книгоиздатели делили его наследие. В Казань поэт вернулся в начале августа. Тукай работал в типографии и продолжал писать.

 Поэта не стало 15 апреля 1913 г. Его похоронили на Татарском кладбище Ново-Татарской слободы в Казани. В день похорон были приостановлены занятия в городских медресе, закрыты магазины, а в татарских газетах беспрерывно печатали соболезнования и некрологи. Петербургская газета «День» назвала Габдуллу Тукая «татарским Пушкиным», статью о поэте и его стихотворение «Пара лошадей» опубликовал эмигрантский журнал The Russian Review в Лондоне.

Пара лошадей

«Край родной, не будь в обиде, край любимый, о, прости,

Место, где я жил надеждой людям пользу принести!

О, прощай, родимый город, город детства моего!

Милый дом во мгле растаял – словно не было его.

Скучно мне, тоскует сердце, горько думать о своем.

Нет друзей моих со мною, я и дума – мы вдвоем.

Как на грех, еще и кучер призадумался, притих,

Ни красавиц он не славит, ни колечек золотых.

Мне недостает чего-то, иль я что-то потерял?

Всем богат я, нет лишь близких, сиротой я нынче стал.

Здесь чужие все: кто эти Мингали и Бикмулла,

Биктимир? Кому известны их поступки и дела?

Я с родными разлучился, жить несносно стало мне,

И по милым я скучаю, как по солнцу, по луне.

И от этих дум тяжелых головою я поник,

И невольно слезы льются – горя горького родник.»

 

Последние годы жизни и деятельности Тукая свидетельствуют о том, что писатель, видел народную действительность, ощущал разлад с враждебным народу обществом. («Первое моё дело после пробуждения», «По случаю юбилея» и другие).

Он был самым высокооплачиваемым поэтом Казани. 50 копеек за строчку – сумма, на которую можно было снять меблированную комнату на сутки. Свои гонорары он тратил быстро. Он покупал книги, помогал друзьям, давал стипендии для талантливых студентов.

Но своего дома у него не было. Он жил в сырой и холодной комнате №40 отеля «Булгар» на углу улиц Татарстан и Московской. Современники вспоминали: стены покрывались инеем, от промозглого воздуха щемило в груди. Для Тукая, чьи лёгкие уже подтачивал туберкулез, это было медленной пыткой. Эта комната была дешёвым ночлегом для поэта, который мог бы жить в роскоши. Сегодня эта комната – памятник.

 Габдулла Тукай оставил 500 рублей учебным заведениям, чтобы дети из бедных семей могли учиться. Даже умирая, он думал не о себе.

«Татары в лице Тукаева потеряли величайшего национального поэта», – писали казанские русскоязычные газеты. Его традиции стали одним из решающих факторов и источников для дальнейшего развития татарской литературы в духе реализма и народности.

Габдулла Тукай считается одним из основоположников татарского языка, он один из первых написал о его выдающейся роли:

«Родной язык – святой язык, отца и матери язык,

Как ты прекрасен! Целый мир в твоём богатстве я постиг!

Качая колыбель, тебя мне в песне открывала мать.

И сказки бабушки я научился понимать.

Родной язык, Родной язык, с тобою смело шёл я вдаль,

Ты радость возвышал мою, ты просветлял мою печаль.

Родной язык, с тобой вдвоём я в первый раз молил Творца:

«О боже, мать мою прости, прости меня, прости отца».

Стихотворения Габдуллы Тукая «Родной язык», «Колыбельная», «Пара лошадей» татарские композиторы переложили на музыку. По мотивам поэмы «Шурале» балетмейстеры Леонид Жуков и Гай Тагиров поставили балет. Премьера прошла на сцене в 1945 г. в Татарском театре оперы и балета. В 1950 г. балет под названием «Али-Батыр» появился в репертуаре Мариинского театра, а в 1955 г. – Большого театра.

Памятники Габдулле Тукаю установлены в Москве, Санкт-Петербурге, Казани. С 1946 г. имя поэта носит татарская государственная филармония в Казани.

 

Список литературы

Агзамов, Ф. И. Тукай – журналист / Ф. И. Агзамов. – Казань : Татарское книжное издательство, 1987. – 271 с.

Бухараев, Р. Габдулла Тукай:125 лет народной памяти / Равиль Бухараев // Дружба народов .– 2011, № 5. – С. 99-103

Габдулла Тукай, 1886-1913 : [фотоальбом : перевод с татарского / автор текста Мухаммет Магдеев ; составитель Зуфара Баширова]. – Казань : Татарское книжное издательство, 2006. – 303 с.

Габдулла Тукай в творчестве Баки Урмаче : альбом / составитель Ф. В. Ахметова-Урмаче. – Казань : Татарское книжное издательство, 2007. – 207 с.

Лаисов, Н. Габдулла Тукай / Н. Лаисов. – Казань : Татарское книжное издательство, 1985. – 86 с

Махмудов, Ш. А. Габдулла Тукай. «Родной язык» / Ш. А. Махмудов // Русский язык в школе. – 2012, № 12. – С. 56-60

Мухаметшина, Р. Ф. Три «Пророка»:А. С. Пушкин, М. Ю. Лермонтов и Г. Тукай в контексте сопряжения культур / Р.Ф. Мухаметшина // Литература в школе. – 2016, №9. – С. 15-18

Ризванова, А.Г. Габдулла Тукай и русская литература / А.Г. Ризванова // Литература в школе. – 2012, № 10. – С. 42-43

Тукай – в реликвиях / составители: Р. Исламов, З. Минуллин. – Казань : Жиен, 2015. Т. 1 : Воспоминания, статьи, комментарии, телеграммы. – 2015. – 967 с.

Т. 2 : Статьи, стихи, разное. – 2015. – 719 с.

Тукай, Г. Думай о народном благе: [стихи] / Габдулла Тукай // Наш современник .– 2011, № 4. – С. 253-256

Файзи, А. С. Тукай : роман / А. Файзи. – Москва : Советская Россия, 1966. – 540 с.

Фридерих, М. Габдулла Тукай как объект идеологической борьбы : [перевод с немецкого] / М. Фридерих. – Казань : Татарское книжное издательство, 2011. – 343 с.

Харис, Р. О поэтическом мире Тукая / Р. Харис // Наш современник .– 2011, № 4. – С. 281-285

 

Любовь Аверина, библиотека №1