Почему, если белый цвет традиционно ассоциируется с
добром, а черный – со злом, в русском языке есть поговорки типа
«личико беленько, да ума маленько» или «черен мак, да вкусен, а бела редька, да
горька»? Что это за модный цвет «аделаидовый» (да и кто та Аделаида, в честь
которой назвали цвет)? И, наконец, почему в русском языке есть различие между
голубым и синим цветом, а во многих языках этого различия нет?
На эти и многие другие вопросы отвечает в своей книге «Цвет в русской культуре» Марина Голубева.
Книга разбита на части хронологически, и начинается
все с «цветового кода Древней Руси». По причине того, что до наших дней дошло
очень мало объектов быта древнерусского человека, деталей архитектуры, судить о
цветах древности мы можем только исходя из письменных источников. В старинных
текстах же можно отметить проблему с цветообозначениями – людям просто не
хватало подходящих слов, и цвета были непосредственно связаны с
соответствующими предметами, вроде «серебряный», «черненый», «охра», «киноварь»
(сегодня такие цвета тоже есть –
«малиновый», «фиалковый»,
«фисташковый» и т. д.). Относительно самостоятельными в то время были
только белый, черный и красный.
«Белый» этимологически восходит к корню *bhe в
значении «светлый», «блестящий», и эпитет «белый» встречается во многих
словосочетаниях вроде «белый свет», «белый день», «белы руки», «Русь белая»,
где белый не просто цвет, но синоним блага, добродетели и даже праведности.
Вместе с тем белый – это свободный: крестьяне делились на белых – свободных от зависимости и черных – выполняющих государственные повинности. Белое
духовенство жило в миру, а черное – это монахи, уходившие
в монастырь. «Белая кость» –
дворяне, «черная кость» – рабочие. 
«Архангел Михаил» икона, ок. 1300, Ярославль
Белый и черный – два важнейших цвета
для древнерусского человека, но черный был не всегда антиподом белого и
символизировал тьму и мрак. Черный – это и цвет земли, и,
как уже было сказано выше, цвет рабочих, цвет монашества. С принятием
христианства можно заметить, что черный – это и цвет крыльев
архангела Михаила, неумолимого в борьбе со злом, в иконописи.
Красный, в свою очередь, это
не только цвет сияния пламени, это еще и «красивый», оттуда и «красна девица»,
«красное крыльцо», «Красная площадь». «Красный день календаря» – радостный, праздничный. У красного, в отличие от
черного и белого, были оттенки –
алый, червленый, рдяный, багряный
– или образованные от сырья, из которого получали
краситель, или пришедшие из других языков.
Знали древние русичи и о золотом (сияющий золотой имел
положительную коннотацию в отличие от блеклого, болезненного желтого), а также
о синем, голубом и зеленом.
С синим цветом особенно интересно! Судя по древним
текстам, синий – это черный с металлическим отливом, «синь ворон»,
«сини как сажа» в отношении чернокожего человека, «синегривый» конь. Считается,
что «синий» этимологически схож с глаголом «сиять», а значит синий это «сияющий
черный». Синий зачастую использовался в древних текстах в негативном ключе, в
синеве водных глубин можно утонуть. Голубой же, напротив, цвет благостный – цвет неба, позднее – символический цвет
Девы Марии. Изначально в текстах вместо «голубого» использовался «лазоревый»,
цвет лазури, а голубой, скорее всего, восходит к цвету голубиного горла (хотя
сегодня цвет голубиного горла сложно назвать чисто голубым). У зеленого цвета
на Руси почти нет сложной символики – это цвет травы,
зеленого луга.
В следующей части книги автор рассматривает не менее интересные и «красочные» аспекты: откуда брались различные краски и пигменты, которыми пользовались наши предки, киноварь, червлень, сурик, ярь, лазурь, охра и т. д. (интересно происхождение цвета «крап», получаемого из марены красильной, который по сей день находит свое отражение в известных краповых беретах российский десантников). Так же мы узнаем как люди в древности красили ткани, какие цвета использовались в храмах, какими пестрели боярские дома, а какими – царские палаты.
Немного повторяет первую главу, но в то же время
является очень интересной глава о цветах, используемых в сказках и в малых
формах фольклора. Так «сивка-бурка вещая каурка» – эпитет,
имеющий отношение к необычному, трехцветному окрасу лошади: и светло-серому, и
коричневому, и рыжему.
Очень любопытна часть о цветах в русском обществе
XVIII – XIX веков. С Петром I из Европы пришли не только новый стиль, кухня,
архитектура и законодательство, но и новые цвета. 
Пюсовый цвет
А к XIX веку использовать банальные «красный» и
«синий» стало совсем не модно, появились изысканные цвета: «бедра испуганной
нимфы» (носить панталоны такого оттенка не гнушались и мужчины), «пюсовый»
(цвет блошиного брюшка, красно-коричневый), «иудина дерева» (ярко-розовый) и
«куропаткина глаза» (светло-красный). Дело дошло уже и до совсем необычных
оттенков вроде «бисмарк-фуризо», коричневого с красноватым отливом цвета
«разгневанного Бисмарка», немецкого канцлера, или «аделаидина цвета». К
сожалению, в честь какой Аделаиды цвет получил свое название история
умалчивает, однако Ф.М. Достоевский, к примеру, в «Селе Степанчикове и его
обитателях» ясно дает понять, что цвет может быть «аделаидин», но не
«аграфенин», потому как «Аделаида, по крайней мере, иностранное имя,
облагороженное-с, а Аграфеной могут называть всякую последнюю бабу-с». Судя
по всему, «аделаидин» цвет –
оттенок сине-красного,
темно-красно-лилового или фиолетового.
Не совсем понятными мне показались главы о светских
художниках – символика цвета для них уже совсем ничего не
значила. Символизм и культурный подтекст цвету мог придать конкретный художник,
например, синестет Василий Кандинский (о Кандинском, кстати, в книге также
можно прочитать в главе о русских исследователях цветов и красок), однако
«эпохально» цвета на картинах перестали иметь какую-то скрытую символику.
Последняя же глава – «цвет в государственной символике и геральдике» – напротив,
насыщена смысловыми значениями и скрытыми подтекстами.
Совсем скоро книга появится на полках отдела
социально-гуманитарной литературы Центральной библиотеки им. А.С. Пушкина – очень советую поскорее с ней ознакомиться, ведь я
раскрыла для вас далеко не все ее тайны.
С этой книгой вас ждет не просто путешествие в мир
цвета и красок, но в мир русской культуры, истории, литературы и живописи – увлекательное приключение, которое никого из читателей
не оставит равнодушным.
Ольга Сустретова
Комментариев нет
Отправить комментарий