вторник, 7 июля 2020 г.

День победы Русского флота в Чесменском сражении


В июле 2012 г. Президент России Владимир Путин подписал поправки в закон «О днях воинской славы и памятных датах России», постановив: День победы Русского флота в Чесменском сражении 7 июля считать Днем воинской славы России.
Что мы знаем об этой, одной из крупнейших битв эпохи парусного флота, когда-то названной жемчужиной военно-морских баталий, произошедшей 250 лет назад, 5-7 июля (24-26 июня по старому стилю) в Чесменской бухте? Помним ли имена тех, кто отличился в этой битве, кто командовал судами, кто не терял головы в этом огненном смерче и, одержав блестящую победу, открыл России путь в океан? Таких знатоков наберется совсем немного. А ведь этот бой вошел в учебники военной истории всех стран мира. 


А сколько стихов было сложено о ней! Выдающийся российский поэт ХVIII века М.М. Херасков посвятил этой победе огромную поэму «Чесменский бой». 
...За что ни схватится, все гибнет и горит;
Огонь небесну твердь, пучину кровь багрит;
Подъемлют якори, от смерти убегают;
Тесняся, корабли друг друга зажигают.
Вопль, шум и томный крик пронзают горизонт,
Казалося, горит кругом земля и понт,
Как будто целый мир приближился к кончине,
Волнуется огонь и дым в морской пучине...

И если раньше об этой битве знали только по российским источникам, то открытые позже турецкие документы оценивают этот бой практически так же, только отношение иное. Если Россия ликует, то в турецкой исторической литературе закрепилось устойчивое словосочетание: «Чесменское бедствие, Чесменская катастрофа».
Чесменская победа увековечена в одной из трех полосок на вороте форменки российского моряка. 
граф Алексей Орлов

«На-тка, что наши аржанушки чудесят!» — восторгался граф Алексей Орлов. А «аржанушки» — русские моряки, скудный дневной рацион которых подчас состоял из одних ржаных сухарей, уничтожили почти весь турецкий флот, и заставили с уважением говорить о России как о великой морской державе.

Трудно шла Россия к этой победе. Это была первая большая победа в морской баталии первой русско-турецкой войны (1768-1774) за выход нашей страны к Черному и Средиземному морям, длившейся долгих восемь лет и окончившейся совсем не так, как ожидала Порта. 
Русско-турецкие войны – особая глава в отечественной истории. XVIII век был временем постоянных столкновений между Российской и Османской империей, которая, утратив былую мощь и славу владычицы Черного, Красного и Белого (Средиземного) морей, тем не менее, яростно сопротивлялась появлению русского торгового и особенно военно-морского флота в этих морях, считая своей исключительной собственностью проливы Босфор и Дарданеллы и наглухо закрыв их для российских кораблей. А вассал и союзник Порты на Черном море, Крым, уже четыреста лет изматывал Россию внезапными набегами. 
Чтобы раз и навсегда положить этому конец, Екатерина II вознамерилась, как она сама заявляла, «подпалить Турецкую империю со всех четырех сторон». Для этого затевалась грандиозная экспедиция русского флота с Балтики в Средиземное море к Дарданеллам. Задуманное императрицей было настолько сложным и рискованным, и предполагало столько непредвиденных дипломатических случайностей и военных затруднений, что поручить верховное руководство экспедицией она могла только беззаветно преданному лично ей человеку, умному, хитрому, предусмотрительному. Всеми этими качествами обладал граф Алексей Орлов. Есть предположение, что именно он и подсказал императрице идею похода. 
Турецкий султан Мустафа III был любезно осведомлен французскими союзниками о подготовке экспедиции, но не поверил в реальность угрозы, заявляя, что вообще отказывается даже понимать, как это русские корабли могут добраться морем из Кронштадта к берегам Турции. И у него был резон так считать. Русские эскадры никогда не ходили по такому сложному пути протяженностью около 4,5 тысячи морских миль через Балтику, извилистые проливы, бурное Северное море, вечно неспокойный, особенно осенью, Бискайский залив, узкий Гибралтарский пролив и Средиземное море, полностью контролируемое Турцией.
адмирал Григорий Спиридов

Но русские моряки под командованием 34-летнего генерал-аншефа Алексея Орлова и 56-летнего адмирала Григория Спиридова, опытного и осторожного флотоводца, много лет служившего главным командиром Кронштадтского порта, знающего Балтику как свои пять пальцев, преодолели все трудности и выполнили поставленную перед ними задачу.
Выйдя летом 1769 года из Кронштадта, эскадра Спиридова в феврале 1770 года, преодолев сложнейший путь и превратности судьбы в лице французов и испанцев, пытавшихся помешать переброске русских кораблей, капризы погоды, бури, болезни, уносившие жизни моряков практически каждый день, достигла греческих берегов и высадила десант на полуостров Морея. Им помогали греческие повстанцы, а к греческим берегам подходила вторая эскадра, под командованием контр-адмирала Джона Элфинстона, опытного мореплавателя. 
контр-адмирал Джон Элфинстон
Турецкий флот превосходил российские силы почти в два раза. Расчет на восстание греков не оправдался. И тогда Орлов, посоветовавшись со своими адмиралами, принял очень смелое, но единственно возможное решение – навязать туркам как можно скорее генеральное морское сражение. И либо победить, либо с честью пасть в бою. Оценивая сегодня это решение, можно только поражаться отчаянному мужеству русских моряков. В чужих морях, уступая в силе противнику, не получая поддержки местного населения, решиться на такую битву могли только безумцы или…обладающие железной выдержкой и холодным умом, все четко рассчитавшие профессионалы. 

21 апреля 1770 г. русский десант, который возглавлял сын «арапа Петра Великого» и двоюродный дед Александра Сергеевича Пушкина Иван Абрамович Ганнибал, (ему А.С.Пушкин посвятил строки в «Моей родословной»
Иван Абрамович Ганнибал

И был отец он Ганнибала,
Пред кем средь чесменских пучин
Громада кораблей вспылала,
И пал впервые Наварин),
 овладел турецкой крепостью Наварин.  Во второй половине мая, взорвав и разрушив Наваринскую крепость, русская эскадра вышла в открытое море на поиск кораблей противника.  

Корабли пошли на остров Хиос в Эгейском море – в глубине его и была Чесма, ставшая западнёй и погибелью для турецкого флота. Турецкий флот состоял из 73-х судов. «Турецкий флот был значительно сильнее русского как по количеству судов, так и по их артиллерийской мощи,  отмечал известный историк Е.В.Тарле. - ...Но турецкое высшее морское командование умело расставить свои суда к бою, однако оно решительно неспособно было руководить ими в бою. Начать с того, что капудан-паша почел благоразумным перед боем съехать на берег и оттуда уже не показывался, пока шла битва». 
капитан Самуил Грейг

Сражение в Хиосском проливе, где столкнулись друг с другом русский флот под командованием капитана Самуила Грейга, шотландца, принятого на русскую службу, в будущем прославленного адмирала и турецкий флот под командованием Джезаирли Гази Хасан-паши, началось 5 июля. Турецкие источники свидетельствуют, что район острова Хиос был выбран турками не случайно. Их хитроумный план заключался в том, что среди мелких гористых островов с извилистыми берегами русские парусники потеряют маневренность и окажутся легкой добычей для абордажных команд. Но благодаря превосходству русских моряков над противником в боевом искусстве и флотской выучке, в мужестве и решительности, ловушка не сработала. 
«Три иерарха»

В четыре часа утра капитан «Трех иерархов» Самуил Грейг поднял сигнал «Гнать за неприятелем, и русские корабли двинулись на турок в Хиосский пролив. Нужно сказать, что Хиосский бой был хаотичным и бестолковым и с той, и с другой стороны. Но удача была на стороне России. 
Художник И.Айвазовский
Во время абордажного боя погиб турецкий флагман, тяжелые повреждения получили и другие корабли. Османские моряки дрогнули и спасались беспорядочным бегством в Чесменскую бухту. В результате этого сражения инициатива перешла к русским. Но турецкий флот, хотя и основательно потрепанный, продолжал оставаться грозной силой, по-прежнему намного превосходившей русскую эскадру в боевой мощи.
На военном совете, собранном графом А. Орловым, было решено уничтожить турецкие корабли на их собственной базе совместным ударом корабельной артиллерии и брандеров (кораблей-поджигателей). Скученность турецких судов в Чесменской бухте исключала для них возможность маневра. Был сформирован ударный отряд под командованием Самуила Грейга. Он включал четыре брандера и корабли прикрытия. Подготовка брандеров была поручена И.А.Ганнибалу, уже отличившемуся в Наварине. Самым трудным оказалось отобрать командиров и экипажи для зажигательных судов — брандеров. Им предстояло идти почти на верную смерть.
Стояла на карте и собственная судьба Орлова (гибель флота императрица ему ни за что бы не простила), и авторитет, и честь российского государства. Через много лет он вспоминал, что в те роковые часы «на кону стоял весь европейский политик России». Бесстрашный Орлов, никогда не боявшийся никого и ничего, по собственному его признанию в донесении Екатерине II, «ужаснулся от предстоящего», глядя на корабли, заполнившие бухту. Неудачная атака могла стать последней для русских моряков, тем более что турки вполне могли сами применить брандеры, а пути отхода были фактически отрезаны островами, усеявшими Хиосский пролив. Но граф Орлов не раз ставил свою жизнь на кон. Он верил в свою судьбу и удачу. 
Принятый план был выполнен полностью. Удачным выстрелом с корабля (артиллерией командовал все тот же И.А.Ганнибал) было подожжено первое турецкое судно. Русские брандеры, в задачу которых входило сцепиться с вражескими судами и зажечь их, ринулись на противника. «Когда русские брандеры стали приближаться к турецкому флоту, то по признанию самого Гассана-паши (рассказавшего это барону Тотту), турки убеждены были сначала, что это русские перебежчики, идущие добровольно сдаваться,  пишет Е.В.Тарле И турки «молились о благополучном прибытии [русских судов], в то же время твердо решив заковать в кандалы [их] экипаж и уже предвкушая удовольствие повести их с триумфом в Константинополь»Два брандера спохватившиеся турки расстреляли, третий не нанёс противнику серьёзного вреда. Четвёртый брандер, под командой лейтенанта Дмитрия Ильина сцепился с 84-пушечным линейным кораблём. Ильин поджёг брандер, а сам вместе с командой покинул его на шлюпке. Корабль взорвался и поджёг большинство оставшихся турецких кораблей.
Чесменская бухта, по воспоминаниям современников, представляла собой огромный пылающий факел. Турецкие корабли один за другим взрывались и взлетали на воздух. К исходу ночи бухта превратилась в сплошное море огня. Горели и взрывались турецкие брандеры, так и не использованные неприятелем, огонь с парусников перелетал на еще не тронутые пламенем. «Пожар турецкого флота сделался общим, — зафиксировал в «Собственноручном журнале» Грейг. — Легче вообразить, чем описать ужас, остолбенение и замешательство, овладевшие неприятелем. Турки прекратили всякое сопротивление, даже на тех судах, которые еще не загорелись; большая часть гребных судов или затонула, или опрокинулась от множества людей, бросавшихся на них. Целые команды, в страхе и отчаянии, кидались в воду, поверхность бухты была покрыта великим множеством несчастных, спасавшихся и топивших один другого... Страх турок был до того велик, что они не только оставляли суда... и прибрежные батареи, но даже бежали из замка и города Чесмы, оставленных уж гарнизоном и жителями».».

После боя русские моряки занялись спасением выживших турок. Граф А.Г.Орлов отдал приказ подобрать в море раненых турок и «перевезти на корабль для перевязывания ран и подания возможной помощи». По сохранившемуся донесению, спасенных таким образом турок было множество, и, когда здоровье их пошло на поправку, «большому числу из них от Высочайшего имени Ее Императорского Величества дана была свобода».
Европа узнала об этой блестящей победе русского оружия прежде России. Екатерина II писала графу Орлову: «Европа вся дивится великому нашему подвигу и с любопытством обращает теперь на вас, исполнителя оного, свои взоры; безпристрастные все радуются успехам нашим и желают оным распространения и прочности; напротив того, державы, славе и возвышению империи нашей завиствующие, и на нас за то злобствующие, раздражаясь от часу более в неистовой своей ненависти, усугубляют, вопреки, коварства и ухищрения свои».

Адмирал Спиридов писал в донесении: «Слава Богу и честь Всероссийскому флоту! … неприятельский военный флот... атаковали, разбили, разломали, сожгли, на небо пустили, потопили и в пепел обратили, и оставили на том месте престрашное позорище, а сами стали быть во всём Архипелаге нашей Всемилостивейшей Государыни господствующи Итоги сражения при Чесме были настолько очевидны и бесспорны, что турки сразу же признали своё поражение. 

В результате выдающейся победы в Чесменском морском сражении русский флот получил контроль над Эгейским морем и блокировал пролив Дарданеллы. Главным итогом Русско-турецкой войны 1768-1774 годов стало завоевание Россией выхода к Чёрному морю. Получившее по итогам Кючук-Кайнарджийского мира независимость Крымское ханство в 1783 году официально прекратило своё существование, а Крым был присоединён к России. Именно тогда русским адмиралом, героем Чесменского сражения Федотом Клокачёвым был заложен Черноморский флот, ставший гордостью и славой государства Российского.
Федот Клокачёв

Говорят, что Чесменскую победу первыми прославили петербургские шляпницы. В журнале «Модные ежемесячные сочинения» решительно предлагалось читательницам отказаться от шляпок устаревших фасонов «Расцветающая приятность» и «Прелестная простота», украшенных бантами и цветами. На смену им предлагались сооружения на голове немыслимых размеров, в центре которых возвышались модели кораблей. И, конечно, модные петербургские дамы немедленно украсили свои головы такими шляпками. «…а потому что патриотки!» 
Императрица Екатерина Великая щедро наградила героев сражения и повелела увековечить память о нём. Погибшим морякам на берегу Чесменской бухты был поставлен памятник. 
В память о Чесменской победе вскоре была выбита медаль, которая, как говорилось в указе Императрицы Екатерины Великой, жаловалась «всем находившимся на оном флоте во время сего Чесменского счастливого происшествия как морским, так и сухопутным нижним чинам (...), чтобы они в память носили их на голубой ленте в петлице». В честь этой победы в Гатчине был установлен Чесменский обелиск, а в Царском Селе – Чесменская колонна. 
Чесменская колонна

В столице Российской Империи эту славную победу Русского флота решили увековечить, построив Чесменский дворец и Чесменскую церковь. Граф Алексей Орлов получил право присоединить к фамилии наименование Чесменского. Имя «Чесма» носил эскадренный броненосец российского военного флота. Немецкому художнику Я.Ф. Хаккерту Екатерина II заказала картину о Чесменском сражении. 
художник Я.Ф. Хаккерт

В 1771 году картина была представлена императрице. Несмотря на то, что картину художник писал на основании впечатлений очевидцев, он допустил некоторые неточности, чем были крайне недовольны участники событий, в первую очередь граф Орлов. Хаккерт объяснил это тем, что ему никогда не приходилось видеть взрывающееся и горящее судно. Тогда, по приказанию императрицы Екатерины II, в присутствии художника на рейде итальянского порта Ливорно был взорван русский корабль «Святая Варвара». Вторую картину «Гибель турецкого флота в Чесменском бою», хранящуюся в Эрмитаже, Я.Ф. Хаккерт написал тоже 1771 году. Он внес в нее ряд существенных изменений, которые намного приблизили изображение к реалиям тех событий. Всего Якобом Филиппом Гаккертом было выполнено 12 картин, 6 из них посвящены непосредственно Чесменскому сражению. Самой известной картиной серии является полотно «Сожжение турецкого флота в ночь на 26 июня 1770 года».
художник Я.Ф. Хаккерт

И.Айвазовский писал свои картины спустя 80 лет после событий. Как художник Главного морского штаба он был обязан отображать победы русского флота, а Чесменское сражение было одной из самых популярных тем в середине XIX столетия. Испытывая сильное влияние романтической традиции, на первое место Айвазовский поставил романтизм восприятия. Главным сюжетом картины он сделал пылающий строй турецкого флота. Используя документальные источники, а также полотна Я.Ф. Хаккерта, он дал свою интерпретацию и оценку сражения, соответствовавшие общей тенденции историографии XIX века, которая подчёркивала роль и величие флота в истории России.
Художник И.Айвазовский

Мы не очень благодарные потомки, мы забываем заслуги наших предков, не знаем собственной истории, ищем героев в голливудских фильмах и фантастической литературе. Давайте вспомним свою историю, сохраненную для нас в книгах российских историков и будем гордиться тем, что мы – потомки людей, не отступавших ни перед какими трудностями, столько раз спасавших нашу страну в великих битвах и вызывавших уважение и восхищение даже у недругов. 


Предлагаем познакомиться с литературой, в которой отражены события Чесменского сражения.

Лучшее, что было написано о Чесменском бое – это труд Е. В. Тарле «Чесменский бой и первая русская экспедиция в Архипелаг (1769-1774)». Все, что было написано позже, с небольшими вариациями – пересказ Тарле.
В исследовании дан подробный анализ международной обстановки и положения России на международной арене, состояния турецкого и российского флотов, интересов Англии, Франции, Оттоманской Порты и России в Средиземноморье. Даны интересные характеристики многих исторических личностей и наших, и зарубежных, действовавших в то время: военных, дипломатов, государственных деятелей.
Увлекательно рассказывается, как подбирались командующие эскадрами и боевыми кораблями, почему выбор пал именно на них, а не на других, не менее храбрых офицеров, иногда более подготовленных. Как составился тандем А. Орлова, не просто смелого до дерзости человека, но, самое главное, мыслящего нестандартно и умеющего принимать неожиданные решения, и уже довольно пожилого и не очень здорового адмирала Спиридова, прекрасного аналитика, человека с холодной головой, в которой как в компьютере, содержалось столько информации, что хватило бы на несколько человек. Интересно следить за всеми тонкостями и хитросплетениями международных интриг, о которых Тарле знает, наверное, больше, чем сами участники событий. Сама картина боя у Тарле расписана во всех подробностях и с очень четким расположением событий по хронологии. И, конечно, огромное количество использованных документов, делает исследование не просто интересным, а максимально достоверным.


В книгах Н. Шефова «Битвы России» и «Самые знаменитые войны и битвы России», Чесменская битва рассматривается в ряду других великих битв России. Поскольку эти издания представляют из себя своего рода энциклопедии, то и описание Чесменского боя дано довольно коротко, но подробно и полно. Написаны статьи доступным языком. Книга «Битвы России» снабжена удобным справочным аппаратом, куда входят карты, схемы, именной и хронологический указатели. Прекрасный справочник для людей, интересующихся военной историей России.

Книга А. Раздолгина и М. Фатеева «На румбах морской славы» представляет из себя хорошо иллюстрированное издание, посвященное Российскому флоту и российскому кораблестроению. Что из себя представляли корабли, участвовавшие в Чесменском сражении, особенности их конструкции, боевые характеристики. Почему наш довольно малочисленный флот разбил почти вдвое превосходящий наш по количеству судов турецкий флот? На эти вопросы отвечают авторы книги.

Книга В.А. Золотарева и И.А. Козлова «Российский военный флот на Черном море и в Восточном Средиземноморье» рассматривает Чесменское сражение в ряду других морских битв с Османской империей, как одно из событий, способствовавших окончательному закреплению России на Черном море и в Крыму. Создание Черноморского флота как главное завоевание России в результате краха Порты. Главное достоинство книги – использование архивных документов, ранее нигде не публиковавшихся.

В.Д. Доценко в книге «Мифы и легенды Российского флота» пытается разрушить некие стереотипы, которые долгие годы не подвергались сомнению при рассмотрении известных событий. Чесменского боя это коснулось в наименьшей степени. Значение самой битвы и ее последствий для России не пересматривается. Но оценку действий ее участников автор подверг критике. Восторги по поводу командующего экспедицией А. Орлова он считает преувеличенными, а вот адмирал Г. Спиридов, по мнению автора, недооценен. Именно его автор считает главным героем сражения. Хиосское сражение, по мнению В. Доценко, было проведено безграмотно всеми участниками боя, из-за чего был потерян российский флагман и чудом не погибли старшие офицеры. В заключении автор приводит стихотворение на смерть адмирала Грейга, которое уже тогда было библиографической редкостью. Написано оно было его генерал-адъютантом, подполковником Павлом Голенищевым-Кутузовым.


Из журнальных публикаций наиболее интересна статья В. Н Филаса. «И. К. Айвазовский против Я. Ф. Хаккерта: подходы к интерпретации Чесменского сражения» в «Военно-историческом журнале». Картины известных художников, писавших Чесменский бой, рассматриваются с точки зрения документальности соответствия реальным событиям. Автор скрупулезно изучает живописные полотна на предмет точности расстановки судов, реалистичности взрывов, правильности изображения флагов и элементов кораблей и тому подобных деталей. Он находит ряд неточностей, причем даже географического содержания, например, мыс Кызыл-Бурун на картине Хаккерта смещен со своего места, чтобы не закрывал изображенные корабли. Автор статьи анализирует причины таких отступлений художников от того, что было на самом деле, но в конце статьи делает вывод, что, несмотря на такие неточности, картины все равно хороши, а творцы имеют право на собственную интерпретацию даже великих событий. 

Список литературы:
 Доценко В. Д. Мифы и легенды Российского флота / В. Д. Доценко. – Санкт-Петербург, 2002.
Золотарев В.А. Российский военный флот на Черном море и в Восточном          Средиземноморье / В.А.Золотарев, И.А.Козлов. – М.,1988
Лопатин В. «Наичувствительный удар оттоманской гордости…»/ В. Лопатин // Родина. – 2010. – №2. – С.80-82.
Раздолгин, А. А. На румбах морской славы / А. А. Раздолгин, М. А. Фатеев. – Л., 1988.
Сражение, положившее начало маневренной тактике русского флота. Чесменское    сражение между русской и турецкой эскадрами 24-26 июня 1770 года. // Военно-исторический журнал. – 2008. – №6. – С.2-3. 
Тарле Е. В. Избранные сочинения : в 4 томах / Е. В.Тарле. – М.,1994.
  Т. 4 : Чесменский бой и первая русская экспедиция в Архипелаг, с 7-104.
Филас В.Н. И. К. Айвазовский против Я. Ф. Хаккерта : подходы к интерпретации Чесменского сражения / В. Н. Филас // Военно-исторический журнал. – 2015. – № 7. – С. 62-66 .
Шефов Н.А. Битвы России / Н.А.Шефов. – М., 2004. 
Шефов Н.А. Самые знаменитые войны и битвы России / Н.А.Шефов. – М.,2000.

Элеонора Дьяконова, библиотекарь 
Центральной библиотеки им. А.С. Пушкина

Комментариев нет:

Отправка комментария

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...